Рожденные в завоеваниях - Фридман Селия С. - Страница 112

Феран медленно приблизился, удивляясь поведению Затара. За все время знакомства Феран никогда не чувствовал в нем такого сильного напряжения, как сейчас. Это было видно даже по его жестам, если знать, куда смотреть, что совершенно немыслимо! Феран выбрал место, где освещение позволит ему рассмотреть в деталях блестящую поверхность. Наконец он нашел такое место рядом с картиной и посмотрел на произведение искусства, которое на протяжении столетий оставалось похороненым в пыли.

И задрожал.

— Ты видишь, — сказал притиера.

— Хаша… — Феран протянул палец, чтобы притронуться к древнему холсту, в той части, которую закончили реставрировать рабочие. Это правда! А если это правда… — Подделка? — уточнил он с сомнением.

— Я проверял, — сказал Затар. — Возраст подходит. Молекулярный состав материалов, состояние запечанного помещения, в котором ее нашли, все остальное. То, что находится перед тобой, на самом деле было создано более десяти тысяч лет назад — хотя картину, конечно, нашли в значительно худшем состоянии, чем ты видишь теперь, — Затар сделал паузу. — Значит, я догадался правильно. Чужак на картине — азеанец.

Ферану потребовалось время, чтобы снова заговорить.

— Много тысячелетий назад, до того, как расу стандартизировали, они выглядели именно так. Конечно, с большими изменениями в пигментации, которая в частности и являлась целью обобщения, — он посмотрел на тепло-коричневую кожу человека на картине, догадался о секретах, которые он скрывал, и содрогнулся. — Его выдает строение лица. Но я не понимаю, как это случилось. Так рано никаких контактов быть не могло. Азеа не осуществляла сверхсветовых полетов до стандартизации; Бракси никогда не заходила дальше Лугаста…

— История, в лучшем случае, неточная наука. То, что мы знаем из прошлого, очевидно, не соответствует действительности. Определенно у обоих наших народов достаточно причин притворяться, что между ними не существовало никаких мирных контактов.

— А это подтверждается другими источниками?

— Нет. В ранней браксинской истории есть провалы. Это — один из них. Харкур Великий делал заметки о всех иностранных расах, которые встречал, но многие из этих записей были утеряны, когда к власти пришли браксаны. Потеряны на Берросе, когда правительство перебралось на Бракси. Это еще одна причина исследовать бывшую столицу, — Затар невесело рассмеялся. — Кажется, я нашел больше, чем предполагал.

Феран прочитал надпись на раме и поежился.

— Если надпись точна… — вымолвил он.

— Я уверен в этом, — кивнул притиера.

— …тогда она … — Феран не смог закончить фразу.

— Да, Анжа лиу Митете — браксинка. Если говорить точнее, то мутация, отвечающая за ее странный цвет волос, проявлялась в нас во времена Харкура, когда Азеа и Бракси были связаны между собой. Этот контакт и оставил след в ее генах.

— Ты ей сказал? — уточнил Феран.

— Нет.

— Но ты…

— Теперь все не так просто, Феран, — Затар колебался и сумятица у него в голове влияла на сказанное. — Анжа лиу Митете дезертировала.

Феран услышал, но не понял.

— Дезертировала? — переспросил он недоуменно.

— Покинула Империю, — добавил притиера. — Насколько я понимаю, без объяснений. Даже Звездный Контроль, кажется, не ожидал от нее такого. Это, конечно, могло быть притворством, но…

— Невозможно. То есть то, что она дезертировала. Нет. Я не могу в это поверить!

— Верь, не верь, а это случилось, — и Затар рассказал Ферану все историю, как ему доложили шпионы.

«Завоеватель» отправился на ремонт на Луриен и вскоре после этого командир звездного флота и пять членов ее экипажа исчезли. Вместе с каким-то новым дипломатическим транспортом, предназначенным для осуществления перевозок внутри Активной Военной Зоны, — над ним тогда работали военные. Связь очевидна: список обвинений, которые вскоре будут выдвинуты против лиу Митете, начинается с кражи и кончается государственной изменой.

— На нее это непохоже, — пробормотал Феран, в то время как внутренний голос подсказывал ему обратное: «Очень похоже, Феран, очень похоже».

— Враг больше всего опасен, когда непредсказуем, — подвел итог Затар.

— Но Анжа все делала ради войны…

— И политика заставила ее пойти на мир, которого она не хотела. Послушай, Феран, ты ведь все понимаешь! Ты сидел на переговорах рядом со мной — разве ты это не увидел? Если бы Анже позволили действовать так, как она считает нужным, то мы никогда не заключили бы этот мирный договор. И она могла бы принести нам невероятные разрушения во время эпидемии чумы и после нее, если бы они ее не остановили. Как любой воин может спокойно повиноваться после таких ограничений? Каждый день, пока мы соблюдали наши обязательства по договору, был для нее, вероятно, как заноза в палец. Пока Анжа не сломалась окончательно. И отправилась — куда? Я должен знать это, Феран. Она слишком опасна, свободно разгуливая по галактике. Слишком непредсказуема. Я должен найти ее.

Ферана грызло постоянно растущее чувство тревоги, он начинал осознавать намерения Затара.

— Притиера, нет способа… — начал он.

— Ты найдешь ее для меня! — оборвал его Затар.

— Это невозможно! — воскликнул Феран.

— Твой хваленый Институт утверждает, что все возможно. Расстояние — не преграда для телепатии…

— …но это слишком неясно, сосредоточиться можно лишь на ограниченной области, притиера! Если нужно искать по всей галактике…

— Мы можем сократить поле, Феран, — быстро заговорил Затар. — Значительно сократить. «Звездные птицы» передвигаются быстро, но протяженность полета все равно ограничена. Это сузит границы твоих поисков.

Страх — очень давний страх — объял Ферана.

— Она меня убьет! — в ужасе крикнул он.

— Придется рискнуть. Ты ведь не боишься, Феран. У зондов есть хитрости, которые не могут освоить простые телепаты. Или, по крайней мере, так говорил ты сам. Неужели ты не можешь воспользоваться своими уловками для самозащиты?

Не исключено… Абстрактное прикосновение, не ассоциирующееся с конкретной личностью, может пройти незамеченным. Если он сможет найти Ее.

— Никто никогда ничего подобного не делал… — несмело сказал зонд.

— Значит, ты будешь первым, — Затар начинал злиться и Феран это чувствовал. — Ты должен ясно понять: или ты принадлежишь мне, или — ты погиб. Ты будешь служить мне — успешно — или я тебя убью.

Бледное лицо Ферана побелело еще больше.

— Притиера…

— Анжа — это угроза, — объяснил Затар. — Я должен ее найти и ты — мое единственное орудие против нее. Выбирай!

Феран чувствовал тяжесть кандалов на своих руках, чудовищный груз несвободы.

— Я попытаюсь, — выдавил он. — Но я не знаю, возможно ли такое…

— Если ты не способен служить мне, результат будет таким же, как если бы ты отказался. Все просто, зонд, — Затар открыл дверь, пресекая любые возражения телепата. Рабочие вновь вошли в мастерскую, покорные и не проявлявшие никакого любопытства. — Отчитаешься утром, — приказал притиера, — О результатах.

Феран стоял на крыше особняка семьи Зарвати, его мышцы сводило от страха, и он пытался собраться с духом, чтобы начать. Он размышлял о том, какая судьба хуже. Потерпеть поражение и принять на себя гнев Затара? Или преуспеть и столкнуться с гневом Анжи? Феран содрогнулся при мысли об этом. Но из них двоих Затар представлял более близкую угрозу, и поэтому Феран устроился у стены обсерватории и позволил своему сознанию свободно бродить, искать живое среди звезд.

… коснуться насилия и стремлений, ярких граней и светящегося золота богатства… сосредоточиться на некоей культуре, ничего более. Он был непривычен к такому виду работы, поэтому у него возникли трудности с фокусировкой на том, что от него требовалось. Вон там, сознание или два сознания ярко выделяются на фоне тьмы… (он напрягся)… губернатор, алчный и корыстолюбивый; он болен раком, неизлечимым из-за какого-то жестокого медицинского закона, который он сам и ввел, не ожидая, что закон прищемит и его самого… Женщина, с такой тягой к звездам, что ее жажда вибрирует в Пустоте, она совсем растрогала телепата… Тысяча других, в равной степени выдающихся умов; в равной степени нормальных, потоки мыслей, сливающихся с Пустотой, поднимались, выходили на поверхность и снова поднимались где-то, когда-то… и ни одна из них не принадлежала Ей, ни по силе, ни по устремлению.