Рожденные в завоеваниях - Фридман Селия С. - Страница 83

Я посмотрел, где находится планета Ури. Может, мне не следовало этого делать. Может, мне просто следовало забыть обо всем случившемся.

Однако теперь уже слишком поздно.

Ури находится у Военной Границы, у зоны активных боевых действий. В секторе, контролируемом Затаром. Это означает, что или какие-то контрабандисты прорвались сквозь его силки — а это маловероятно — или он сам как-то с этим связан.

Я попытаюсь не вспоминать об этом. Очень постараюсь.

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

«Между настоящими врагами никогда не бывает мира».

Анжа быстро, размашистым шагом шла к Институту. Она только что прилетела и не собиралась нигде задерживаться — ни для того, чтобы посмаковать атмосферу планеты, ни для того, чтобы насладиться великолепным видом, ни для того, чтобы заново поразмыслить о своих действиях. Она была зла и едва сдерживала свой гнев. Горе тому, кто попадет под горячую руку!

Знакомые ступеньки и знакомые залы; жизнь продолжается, но Институт всегда неизменен. Анжа отправила впереди себя короткую мысль, чтобы предупредить директора о своем визите — просто знак вежливости — и появилась перед его кабинетом через мгновение.

— Впустить, — приказала она. — Анжа лиу Митете.

Последовала пауза; директор несомненно собирался с мыслями. Наконец дверь получила акустический импульсный сигнал и открылась, пропустив Анжу во внутреннее святилище так называемого монарха телепатии, Набу ли Пазуа.

— Директор, — она не улыбнулась, не поклонилась.

— Это честь для меня, командир звездного флота, — мысленно директор слегка укорял ее за неожиданное прибытие. — Какое дело заставило тебя оказаться так далеко от Военной Границы?

Вместо ответа Анжа достала тонкую папку с документами из-под кителя, открыла и высыпала содержимое на стол.

— Думаю, ты знаешь что это, — сухо бросила она.

Ли Пазуа посмотрел на бумаги и пожал плечами, его поверхностные мысли бежали со скоростью светового года в минуту и Анже не удавалось поймать ни одну из них. Ли Пазуа был слишком осторожен для этого.

— А-а. Твой запрос? — спокойно произнес он.

— Именно так. Мне отказали. Я хочу знать, почему.

— Я указал причины вот здесь, — директор показал на один из документов.

— Это стандартный отказ, — возразила Анжа. — Этого недостаточно.

— Ты предполагаешь уловку там, где ее нет.

— А ты тянешь время. Я попросила предоставить мне услуги коммуниканта, владеющего несколькими языками. Я действовала через соответствующие каналы. Ты мне отказал. Я хочу знать, почему.

Ли Пазуа какое-то время стучал ручкой по столу — этакая пародия на задумчивость не-телепата.

— Институт не обязан обеспечивать тебя кадрами, — неохотно выговорил он. — И я не обязан объяснять тебе причины отказа.

Директор чувствовал, что Анжа пытается держать себя в руках, но это у нее не очень хорошо получалось.

— Это так, — сказала она с угрозой в голосе и в сознании, но больше не произнесла ни звука.

— Хорошо, — если уж не избежать столкновения, то пусть будет так, решил директор. — Я так решил, потому что ты, как функциональный телепат, способна осуществлять любые транскультурные коммуникации и нет смысла разбазаривать кадры, чтобы просто тебе усладить твою жадность. Нет ничего из того, на что способен Сиара ти, чего не можешь сделать ты сама, причем лучше него.

— Я — одна, — заметила Анжа. — И не могу сделать всю работу в одиночку.

— Ну тогда нанимай обычных людей, — парировал директор. — Мы, знаешь ли, не занимаемся только поставкой персонала для Звездного Контроля.

— Во всей галактике нет не-телепата, способного сделать то же, что и Сиара ти, — холодно заметила Анжа. — Поскольку я сама обладаю такими способностями, то понимаю это.

— Твоя относительная изоляция от других телепатов создала у тебя странное представление о наших взаимоотношениях с миром. Нас в Империи примерно десять тысяч, а не-телепатов — неизмеримо больше — и, думаю, что не нужно напоминать тебе, что в других регионах, за пределами Империи, истинных телепатов нет. Большинство из них остаются в Институте и служат его целям, надеясь когда-нибудь изменить такое положение. Ты решила уехать. Очень хорошо, у тебя был выбор. Но теперь, сдается мне, ты решила, что можешь нанимать эстрасенсов, независимо от н а ш и х нужд, н а ш и х целей. Ну, ты ошибаешься.

— А Война по-вашему не имеет значения? — вскинулась Анжа. — Разве это недостаточное основание, чтобы выделить несколько человек?

— Я уже выделил несколько человек. Я отдал тебе пятерых эстрасенсов-рецепторов — против моей воли, прошу заметить. Но они пожелали уехать, и я их отпустил. Теперь двое из них мертвы.

— Мне очень жаль, но подобное случается на любой войне.

— Война меня не заботит! Меня волнует психогенетика. У меня есть обязанность приумножать, защищать и готовить столько эстрасенсов, сколько возможно. Я попрал собственные интересы, когда отправил их на смерть. Ты напрасно потратила время, приехав сюда, Анжа лиу. Мой ответ: нет.

— Директор, Война меняется, — попыталась объяснить Анжа. — Мы подходим гораздо ближе, чем когда-либо, к браксинской Границе и это — прямой результат работы экстрасенсов. С ними я могу посылать разведчиков, а также истребители далеко за пределы радиуса действия сканеров «Завоевателя». С коммуникантом мне удастся гораздо больше.

— Ты говорила мне это, когда тебя только назначили на «Завоеватель», — не принял ее объяснений ли Пазуа. — И когда подавала заявку на каждого экстрасенса. Когда-то я видел в этом смысл. Но твое развитие замедлилось, командир звездного флота. Как ты это объяснишь?

Анжа помрачнела.

— Враг изменился. Затар…

И внезапно умолкла, не желая, чтобы директор увидел каковы ее чувства. Ярость. Страстное желание. Он неправильно их интерпретирует — воспримет, как слабость, хотя в действительности все наоборот. Ее настойчивость в желании сломить Затара — это ее сила, ее эмоциональное убежище, страсть, которая подпитывает энергией само существование Анжи. Почему ли Пазуа встает между ней и ее победой? Это невыносимо, неприемлемо!

— Затар знает, что я делаю, — мягко сказала Анжа. У самой поверхности ее сознания присутствовал благоговейный трепет, и вполне оправданно: какой браксинец может предугадать ход экстрасенса? Перехитрить экстрасенса? — Затар понимает меня. Он учится обходить мои телепатические приемы. Он строит несуществующие планы, несущественные планы, действует так, чтобы запутать экстрасенса. И все это с намерением, которая обычно объясняется искренностью. Мне нужен еще один разум, способный его читать. Тот, который не связан моими… рамками.

— А твой враг не настроиться на нового человека? — подсказал директор.

Анжа закрыла глаза, она ненавидела этого человека.

— Вероятно настроится, — ответила она, сдерживаясь. — Но для этого потребуется время.

— Мне кажется, что пока ты занята разработкой нового типа военных действий, ты также создаешь новый тип врага. Разве это не грозит тебе провалом?

Это было так близко к философии кайрта, что Анжа удивилась, услышав подобное высказывание от директора. Сколько всякой информации она пустила на ветер во время их спора?

— Директор, эта Война есть забег, — пояснила она. — Постепенно мы подходим все ближе к Холдингу. Когда мы туда доберемся, изменятся все правила. Каждый новый элемент, будь он экстрасенсорный или стратегический, дает нам выиграть время, подводит все ближе к цели. Затар не экстрасенс, а значит должны быть ограничения в том, насколько он может предугадать наши действия!

— Второстепенные образы у тебя в сознании заставляют меня задуматься, правда ли это, — заметил ли Пазуа. — Но, все равно, боюсь, я должен отказать тебе. У меня много обязанностей, некоторые из них важнее. И одна из моих обязанностей — это защита экстрасенсорного общества.