Юлианна, или Игра в «Дочки-мачехи» - Вознесенская Юлия Николаевна - Страница 45

Модная портниха мадам Мари де Забилье из Парижа (в прошлом Маша Халатова из города ткачих Иваново) открывала свое ателье только в час дня. Она шила лишь для очень богатых дам, а богатые дамы, как известно, либо спят до полудня, либо, если это бизнес-леди, располагают свободным временем только после полудня. Но Александра-то этого не знала! Поэтому ей пришлось сидеть в машине часа два, не меньше. Она замерзла, особенно застыли промокшие ноги, хотя на улице уже было тепло, все-таки это был конец апреля. Но зато, сидя в машине, она немного успокоилась и стала думать, что же ей теперь делать? Вся их прекрасная поездка с Мишиным и девочками в Псков, их с Дмитрием Сергеевичем новые теплые отношения — все это померкло в ее памяти, затянулось густыми тучами. И не важно, что там показалось, почудилось Александре в глазах Мишина, не важно даже, что она поссорилась с Юлькой! Имело значение только одно: жизни сестер и их отца угрожает опасность, и спасти их, кроме нее, Александры, просто некому! И времени у нее, чтобы найти правильный путь, тоже нет, ну просто совершенно нет!

Ангел Александрос сидел рядом с Александрой и остужал ее горячую голову тихими умиротворяющими советами.

— Я пойду в милицию… Нет, в прокуратуру…

— Нет, Александра, в милиции тебя никто и слушать не станет.

— Нет, я лучше к Павлу Ивановичу пойду!

— Да, лучше рассказать все Павлу Ивановичу, а уж он решит, куда с этим следует обратиться.

— Только ведь он же мне не поверит! — Александра бабахнула кулаком по рулю, потом подула на ушибленные пальцы и стала обдумывать следующий вариант обезвреживания Жанны. — Надо частного сыщика нанять, у меня есть деньги!

Однако Ангелу Хранителю эта мысль не понравилась.

— И где же ты найдешь частного сыщика, Санечка?

— Может, все рассказать Акопу Спартаковичу — вдруг он поможет?

— Правильно, расскажи ему все и попроси совета, — согласился Ангел.

— А вдруг и он мне не поверит?

— А ты попытайся!

— Надо попытаться, — кивнула головой Александра, соглашаясь, как она думала, с собственными мыслями.

И она поехала обратно к дому. Павел Иванович был у себя, в кабинете рядом с комнатой охраны.

— Можно к вам, Павел Иванович? — спросила Александра, постучавшись и открыв дверь.

— Можно, заходи, Саня!

— Павел Иванович! Я случайно узнала, что на Дмитрия Сергеевича с Юлианнами готовится покушение! — выпалила она с порога.

— Прямо-таки покушение? — усмехнулся Павел Иванович. — Ну, проходи, садись и рассказывай.

Выслушав Александру, он покрутил головой и, вздохнув, сказал:

— Ох уж эти женщины! Чего только не выдумают!

— Вы что, не верите мне? — вспыхнула Александра.

— Да как тебе сказать? Я готов поверить, что Жанна способна на что-либо подобное, но я очень и очень сомневаюсь, что ей представится возможность такой план осуществить! Иди-ка ты, Александра, спокойно к своим девочкам, а я эту информацию обдумаю и приму меры.

— Поня-ятно! — разочарованно сказала Александра, вставая. — Вы мне не поверили! Я почему-то так и думала! — и она выскочила за дверь.

Акоп Спартакович тоже оказался на месте, но, выслушав Александру, он повел себя еще хуже.

— Знаете, что я вам посоветую, Александра Николаевна? Не читайте вы детективов на ночь! И триллеров по видео не смотрите! Мало ли о чем болтают женщины, когда думают, что их никто не слышит? Тем более женщины такого экзотического и авантюрного склада, как Жанна. Но в данном случае я СОВЕРШЕННО УВЕРЕН, что ничего подобного на практике госпожа Жанна Рачок не совершит. Я вам это просто гарантирую, Александра Николаевна!

Александра вздохнула, извинилась, что отвлекла Акопа Спартаковича от дел, и вышла из кабинета.

— Ну что ж, — сказала она, снова идя к машине, — если никто не хочет мне помочь, придется прибегнуть к какому-нибудь чисто женскому варианту!

— Ну, тут уж я тебе не помощник! — сказал Хранитель.

— Имеются два очень похожих отреза совершенно уникальной ткани, — начала размышлять над чисто женским вариантом Александра. — Как же это можно использовать? Думай, Санька, думай! Так?… Или вот так?… А может быть…

Дослушав до конца ее последний проект, Ангел Хранитель покачал головой и сказал:

— Ох уж эти женщины! Поищи другой путь, Александра, прошу тебя! Уж очень это не по-христиански — то, что ты задумала. И благословить на это я тебя, конечно, уж никак не могу и даже… препятствовать стану!

Но, кажется, на этот раз Александра его не слышала, потому что глаза ее загорелись подозрительным блеском.

Приехав в ателье, Александра на этот раз застала хозяйку. Та вынесла ей из примерочной и вручила большую коробку с бальным платьем Жанны.

— Вот, пожалуйста!

— Спасибо. Скажите, мадам, а что вы будете делать с оставшимся материалом? Вот с этим, зеленым?

— Даже не знаю пока… Такую дорогую ткань сразу не пристроишь. Да тут еще и сложности: мадам Рачок ведь не захочет, чтобы кто-то появился одновременно с ней в похожем наряде. Да и мало кто захочет сшить платье, похожее на то, что уже будет у Жанны Рачок. Ума не приложу, что с ним делать…

— А сколько стоит весь этот кусок?

— Почему вы интересуетесь?

— Знаете, я ведь москвичка. Если я куплю этот материал, я могу дать вам честное слово, что никто меня в сшитом из него платье в Петербурге не увидит.

— А шить-то вам кто будет? Если я сошью для вас платье из этой ткани, а мадам Рачок об этом когда-нибудь узнает…

— Она не узнает! Я буду шить сама и тайно от всех!

— Милочка, да вы помните, сколько стоит один метр этой ткани? Восемьсот долларов! А тут четыре метра.

— Это будет… три тысячи двести долларов?

— Вот именно.

— Знаете, у меня есть три тысячи долларов. Я могу занять недостающую сумму…

— Они у вас с собой?

— Нет, они у меня дома, но я могу привезти их через полчаса.

— Хорошо! Мы договорились! Везите ваши три тысячи и забирайте ткань. Я снижаю вам цену на двести долларов.

— Спасибо вам огромное! — и счастливая Александра помчалась за деньгами. Которые, кстати сказать, составляли все ее накопления за время работы у Мишиных, она ведь уже на покупку комнатки начала откладывать… Но о какой комнатке можно думать, когда в опасности ее любимые воспитанницы Юлианны!

Сестры ждали отца с нетерпением, ведь им нужно было получить родительское благословение на строительство часовни. Кроме того, без отца им было скучно: стройка остановилась, а их любимая гувернантка каждый вечер запиралась у себя в комнате и там что-то шила втайне от всех. Юлька ее не спрашивала, что она там шьет, а вот Аннушка не выдержала и спросила:

— Александра, а что это вы шьете?

— Это секрет! — ответила почему-то сердито Александра. — Кое-что ко дню рожденья Жанны.

— Подарок для нее?

— Можно сказать и так.

— А вот мы с Юленькой решили просто купить по коробке конфет — из вежливости.

— Правильно! Вежливость — прежде всего! — одобрила Александра, но секрет своего подарка Жанне так воспитанницам и не открыла.

— Ты знаешь, — сказала Аннушка Юльке, когда они вечером остались вдвоем. — По-моему я уже разгадала, какой такой «подарок» Александра шьет для Жанны!

— Как ты могла это угадать? Она же все время прячется ото всех со своим дурацким шитьем!

— Вот тут-то и разгадка! Неужели ты думаешь, Юленька, она будет так стараться и секретничать, чтобы угодить Жанне, которую на самом деле терпеть не может?

— Может, она как христианка хочет наладить с Жанной добрые отношения? — фыркнула Юлька. — Шьет ей фартучек с оборочками!

Аннушка с мягким сожалением поглядела на сестру.

— Юленька! Да какие такие «добрые отношения» могут быть у православной девушки с ведьмой? Никаких!

— А зачем же тогда она готовит ей подарок? Из смирения?

— Ой, Юля, ну что ты говоришь! Ты на нее дуешься и потому неправильно о ней думаешь. Неужели наша Александра так смиренна, что будет целый день сидеть взаперти и смиренносмиренно шить в подарок сопернице фартук с оборками!