Первое свидание - Ласко Жанна - Страница 25

HOME, SWEET HOME[1]

– Как мама себя чувствует? Сегодня утром она показалась мне усталой. Ее раздражает, что я здесь?

– Ну что ты, она в восторге! Она только этого и ждала!

Летисия: У тебя есть о чем подумать!

– Не говори так, Летисия, мне больно это слышать. Я ее стесняю? У нее есть кто-нибудь?

– Не знаю. Возможно.

Летисия: Все-таки она могла бы ему сказать. Все уже знают, кроме него.

– Не мусоль во рту свои волосы, ты выгладишь дурочкой.

– Так, ты меня бросаешь, а теперь, потому что ты вернулся домой, должен мною командовать!

Пьер: Я был уверен, что она по крайней мере будет рада моему возвращению. А она так агрессивна! Никогда не видел ее такой.

– Тебе надо что-нибудь? Меня ждет Алекс.

– Алекс?

– О, без паники! Александра… Моя школьная подружка. Она живет напротив. Мы с ней вместе вкалываем.

– А-а, хорошо, очень хорошо. Нет, спасибо, дочка, мне ничего не надо. Иди.

Летисия: Забавно, что он здесь. И все же как мне его не хватало, этого дурачины! Но видеть его валяющимся на диване, чуть ли не в слезах, с выражением бедного больного сиротки на лице, мне противно. Что мама будет делать с этим, как его там? Еще бы, неожиданная неприятность. Мучайтесь, любовнички. Не надо ни к кому привязываться. Король правильно поступает.

– Пока, па!

– Пока, дочка!

Пьер: Хорошая оплеуха! Но на что я, собственно, надеялся? Наверное, по меньшей мере на то, что меня встретят как блудного сына: все предупредительны, Брижитт рыдает от счастья, Летисия у моего изголовья… Возрожденная семья! Полно тебе! Какой я идиот! Они переделали свою жизнь без меня, а я в нее вмешиваюсь. У Брижитт ее бутик, у Летисии подружки, а меня они оставляют подыхать в полном одиночестве на моем диване в пустой квартире. А подумать только, ведь я прожил здесь почти десять лет. И никаких следов моего пребывания. Ни фотографии, ни какой-нибудь вещи. Они все переиначили. Даже мебель я не узнаю. Со своей любимой дизайнершей Брижитт все переделала: я тебе замечательно распишу стены крупным трафаретным рисунком, я тебе распишу занавески в индийском стиле. Это модно! А раньше было лучше. Но вот с диваном, пожалуй, наоборот: этот гораздо удобнее. И все же все они мерзавки: когда я думаю, что Хлоя мне так и не позвонила… Стоило мне заболеть, как она меня выставила за дверь, и ничего, ни весточки, никаких признаков беспокойства: вычеркнут, стерт из памяти, забыт. Я ни на что не рассчитываю в жизни этой женщины, которая говорила, что всем обязана мне. Четыре года с ней – и больше ничего. Двадцать лет, трое детей с другой – и тоже больше ничего. Так что же такое любовь? Что она такое? Только одно мгновение? Знаю, я сентиментален, но все женщины, которых я любил, еще ценят меня. Что же со мной будет? Я не могу остаться здесь, где меня не хотят. Даже при том, что квартира еще записана на мое имя: я слишком горд. Через несколько дней я отправлюсь, пойду в гостиницу, со временем приобрету однокомнатную квартирку. Однокомнатную? В моем возрасте?! Какое убожество! За что мне такое? И еще эта боль не проходит. Она тревожит меня. Я боюсь заболеть всерьез. Уж не рак ли? Доктор заверил меня вчера вечером, что нет, но что он понимает в этом. Какой-то тип из «скорой помощи», никогда меня не видел, не знал, и я его больше не увижу. Вот так-то! Таблетку аспирина, покой – и до свидания. Следующий! А я могу подохнуть, да, но это будет не его ошибка. У меня что-то серьезное, я уверен. Хлоя тоже. Она не желала видеть меня обессиленным. Поэтому и прогнала.

Она хотела сохранить приятные воспоминания обо мне, о нас. Это жестоко, женщины. За что только я так вас любил? О, я слышу – в замочную скважину вставляют ключ. Наверняка Брижитт. Пожалуй, мне надо побриться.

1

Дом, любимый дом (англ.).