Глаз вечности - Фьюри Мэгги - Страница 78

Дарк вернулся с небольшим тряпичным узелком. Правитель не мог скрыть лихорадочного блеска в глазах. Неужели загадочные предметы дадут хотя бы намек на то, как восстановить разрушенные завесы? Он всей душой горячо надеялся на это. Преклонив колени на каминном коврике, колдун развязал сверток и достал сперва маленький серебристый шар, который протянул Аморну, а затем крохотный диск шириной примерно в один фут.

Следуя объяснениям новичка, архимаг сжал шарик в ладони и вытянул руку перед собой. Присутствующие дружно ахнули. В воздухе прямо над предметом парило крупное изображение, абсолютно прочное с виду; на нем пестрели буро-зеленые пятна земель и переливались ярко-синие зеркала океанов, опутанные сетью тончайших светящихся линий – магических барьеров, как догадались зрители.

Аморну припомнился тот огромный круг в тиарондском храме, где иерарх видел все, что бы ни происходило в стране, по крайней мере пока командир Мечей Божьих не вздумал украсть перстень.

– Открой ладонь и сожми опять, – посоветовал Дарк. – Пожелай увидеть какую угодно страну. Самое интересное, что эта штука читала не только мысли моего наставника, но даже Сколля!

Правитель повиновался – перед ним возник из ниоткуда отчетливый образ тиарондской горы. Рука закрылась и открылась снова. Появилось гендивальское поселение и два озера. Еще попытка…

– А это что еще такое? – изумилась Вельдан, разглядывая плотный серый купол, зажатый меж океаном и скалистыми хребтами.

Архимаг повернулся к дракену.

– Твоя родина, Казарл. Наша с тобой родина.

– Почему мы ничего не видим? – допытывался Элион.

– Создателей пугало растущее могущество магов – моего народа. Чтобы не рисковать, нас отгородили от прочего мира непроницаемым щитом, в тысячи раз более мощным, чем Завесы. Его не пробить даже мысли. Это случилось почти целую вечность назад…

– И там живут такие же дракены, как я? – перебил его Каз.

– Разумеется. Они заперты вместе с магами.

– А как же ты сам выбрался? – осведомилась Тулак.

– Однажды я обнаружил цепочку подземных пещер, уходящих глубже барьера… – Правитель встряхнулся, отгоняя непрошеные воспоминания. – Но все это пустой разговор.

Серебристый шарик возвратился к Дарку, и яркое изображение растаяло.

– Несомненно, эта вещица сослужит хорошую службу Тайному Совету: всегда полезно видеть, в каком состоянии магические барьеры и что творится в других землях. Но, сказать по правде, я не представляю, как она поможет нам решить проблемы сегодняшние. Может, вторая находка…

В руках у Аморна оказался тонкий диск с безупречно зеркальной поверхностью и золотым ободком по краю. Архимаг выругался и чуть не уронил диковину, когда та внезапно почернела и покрылась рябью ползущих строк, образованных незнакомыми символами, что горели ярко-зеленым светом и медленно двигались вверх по странице. Правитель не сомневался, что видит перед собою страницу – хоть и самую немыслимую из всех, какие он держал в руках.

Изумрудные руны оказались ему незнакомы. Старинный язык. Насколько старинный? По спине Аморна пробежали мурашки. Неужели это письмена Создателей мира? Архимаг протянул таинственный предмет иерарху.

– Заваль, пожалуйста, могу я поговорить с драконьим Провидцем? Этон, ответь, тебе это что-нибудь напоминает?

Лицо бывшего иерарха неуловимо изменилось.

– Действительно, древняя вещь. – Голос тоже прозвучал совершенно по-новому. – Похоже на некий список, но многое недоступно моему рассудку. Обслуживание, например – это о чем? Сверхразум? А, вот, знакомые слова: «план туннеля».

Говорящий ткнул пальцем в нужный знак. Бегущие строки тут же исчезли, уступив место чертежам и картам, которые сияли все тем же зеленым свечением. Голос дракона, занявшего тело иерарха, взволнованно задрожал:

– Эй, Вельдан, Аморн, посмотрите! Гора Чаикар, символ Тиаронда!

Все окружили его, толкаясь локтями. А меж тем по странице одна за другой проплывали новые картинки. При виде ажурного моста над черной бездной и великого круга, висящего в воздухе, Заваль поперхнулся:

– Это же святая святых, куда запрещен вход любому, кроме иерарха!

Аморн виновато отвел глаза. «Ну, это ты так думаешь».

Внизу красовалось изображение пасторского перстня. Архимагу стало дурно. Значит, связь между крушением Завес и похищенной святыней все-таки существует. И довольно важная. Из уст Заваля вновь раздался странный скрипучий голос:

– Память нашего рода сохранила сведения о расположении тайных входов, которые дают доступ к разуму, управляющему планетой. Один из них расположен прямо здесь, под храмом. Возможно, как раз в том месте, что называют Глазом Вечности, или в туннелях, где бродил Сколль. Так или иначе, ответы мы найдем в Тиаронде. Тем более перстень все равно у Гиларры, если она еще жива.

Правитель закрыл лицо руками и застонал.

– А что, без него не обойтись?

– Навряд ли.

– Тогда мы серьезно влипли. – Аморн посмотрел на Заваля/Этона. – Помнишь, Вельдан, Каз и Тулак пытались тебя спасти? Я видел, как перстень соскочил с пальца Гиларры. Святыню забрал ак'загар, я ничего не мог поделать, меня самого придавило балкой. Где же искать? Драгоценность у чудищ.

В комнате повисла долгая тишина. Повернувшись к дочери, архимаг подметил, как ужасно та побледнела. Кажется, Элион говорил, что именно крылатые хищники изуродовали ее милое лицо, оставив глубокие шрамы не только на теле, но и в душе. Отцовское сердце заныло от жалости.

Первой нарушила молчание наемница.

– Похоже, теперь нам одна дорога – назад в Тиаронд. Даже если город кишит летучими тварями.

– Это еще зачем? – взвился Элион. – Перстня у нас нет, что делать – не знаем. Какой смысл рисковать?

Правитель с опозданием припомнил: чародей потерял напарницу в той же битве, в которой пострадала Вельдан. Неудивительно, что его не тянет обратно.

– Просиживая штаны в Гендивале, мы уж точно ничего не добьемся, – не сморгнув, отвечала старуха.

– Она права, – вмешался Этон, используя речь Заваля. – Ключ к разгадке – в подземельях Тиаронда. Находки Сколля помогут изучить путь. Главное – попасть на место, там и разберемся. Может, я увижу что-нибудь такое, что пробудит мою память.

– Ага, если раньше нас не поубивают, – фыркнул Каз.

– Я согласен с Тулак, – промолвил Аморн, меньше всего мечтавший о возвращении в ненавистные земли. Вина, раскаяние, жажда начать новую жизнь вместе с обретенной дочерью, да и вместе со всей планетой, нежелание посылать друзей на смертельную опасность, а самому отсиживаться за магическими барьерами придали ему нужной решимости. – Откладывать нельзя. Каждый потерянный день уменьшает надежду найти перстень, но самое страшное – Завесы разрушаются все стремительнее. Пока мы здесь рассуждаем, еще не одну расу постигнет печальная судьба добарков. – Он оглядел присутствующих и, с трудом оторвавшись от лица дочери, добавил: – В путешествие, безусловно, отправятся не все…

– Ты-то уж точно никуда не едешь! – резко вырвалось у Вельдан.

– С чего ты взяла, что я куда-то собираюсь?

Девушка укоризненно посмотрела на отца.

– Прочитала по глазам, услышала в твоем голосе, в каждом слове… Мне продолжать?

– Нет. Все верно. – Архимаг почувствовал, что пора проявить твердость. – Не только собираюсь, но и поеду.

– Не далее как вчера тебя ранили, забыл? И вообще теперь ты правитель Тайного Совета и не имеешь права попусту рисковать. Тебе известно, так дела не делаются.

Аморн нахмурился.

– При особой необходимости – а сейчас именно такой случай – исключения возможны.

– Даже не думай! – взорвалась чародейка. – Ты только что пришел к власти, еще не укрепил свое положение… Полагаешь, сторонники Кергорна будут ожидать тебя, сложа руки? Да мы не успеем даже добраться до барьера…

– Кентавр больше не помеха.

Все затихли. Взоры повернулись к правителю.

– Что? Нечего так смотреть! – вспылил он, однако быстро овладел собой. – Его не казнят, разумеется. Вышлют прочь вместе с Сивильдой. Целители подтвердили, Кергорн уже способен передвигаться, но на всякий случай вызвались трое сопровождающих: Миссиль, Куаве и Шимир.