Ориэлла - Фьюри Мэгги - Страница 94

— Все люди мои враги!

— Но не я. — Волшебница постаралась придать своему мысленному голосу твердость. — Я тоже ненавижу этих людей. Зачем убивать друг друга, когда у нас одни и те же враги?

Пантера замерла с поднятой лапой — казалось, она размышляет. Потом хищница присела и изготовилась для прыжка.

— Ты лжешь! — прорычала она. — Умри! — и прыгнула. Но Ориэлла, знающая повадки кошек, уловила ее намерение и, прежде чем противница взметнулась в воздух, уже нырнула вперед, навстречу. Огромные когти раскаленным железом полоснули ее по ребрам, и Ориэлла наугад ткнула мечом куда-то в бок пантеры. Раздался яростный вой, и девушка попыталась быстро вскочить, повернуться и встретить врага, но поврежденная нога подвернулась, а пантера мигом оказалась над ней, прижала ее к земле лицом вниз и выбила меч у нее из рук. В течение нескольких мгновений ни та, ни другая не шевелились. Толпа затаила дыхание. Волшебница снова мысленно обратилась к противнице.

— Ты совершаешь большую ошибку. — Не будь ее положение таким отчаянным, девушка сама рассмеялась бы той уверенности, с которой она это сказала.

Жестокая улыбка кошки, как плетью, стегнула Ориэллу.

— Переживу как-нибудь, — усмехнулась хищница. Медленно, очень медленно, Ориэлла слегка приподнялась, не решаясь даже выплюнуть песок изо рта. Огромные когти предостерегающе прошлись по ее спине, разрывая кожаную рубаху и царапая нежную кожу. Девушка невольно вскрикнула от боли, но зато достигла своей цели — коснулась правой рукой кинжала, который украла у Элизара и спрятала под курткой. Сорвав с нее одежду, кошка, сама того не подозревая, помогла ей, и длинный плоский клинок сказался в руке волшебницы.

Могучий удар громадной лапы перевернул ее, потом снова и снова. Пантера играла с человеком, как домашние кошки играют с мышью. На этот раз Ориэлла упала на спину, и от острой боля у нее перехватило дыхание. Ребра? Или ребенок? Не в состоянии определить источник боли, девушка содрогнулась от страха. Огромная пантера выпустила свои жуткие когти, чтобы вонзить их в Ориэллу, и замерла — острие кинжала коснулась ее горла.

Волшебница вгляделась в ненавидящие желтые глаза, горевшие всего лишь в нескольких дюймах от ее лица.

— Ничья, я думаю, — сказала она. Ответа не последовало, но в пылающих зрачках волшебница уловила едва различимый отблеск сомнения. Зрители все до последнего человека вскочили и вытянули шеи. Была не была! — Мне сказали, что если я убью тебя, то завоюю свободу, — призналась она кошке. — Может, и тебе предложили то же самое? Конечно, если я пошевелюсь, ты можешь убить меня — а можешь и не успеть.

Пантера угрожающе зарычала, но мысль Ориэллы пробила дорогу сквозь этот рев.

— Моя смерть не даст тебе ничего — только быстрый обед, и уверяю тебя, я постараюсь быть пожестче. — На этот раз, похоже, кошка отреагировала на шутку, расслабившись на какую-то едва заметную долю секунды. — А если мы откажемся убить друг друга? — гнула свое Ориэлла. — Тебе не кажется, что вдвоем мы могли бы проложить себе путь к свободе? А если нет, так, по крайней мере, захватим с собой в чертоги смерти много врагов. Что нам терять? Неужели ты хочешь остаться вечной пленницей?

— Людям нельзя доверять, — бесстрастно откликнулась пантера.

— Ну что ж, — Ориэлла еще раз заглянула кошке в глаза. — Тебе решать. Но ты самое прекрасное, самое храброе, самое изумительное создание, которое я когда-либо видела. Я предложила тебе свою дружбу, но если это невозможно, я не хочу быть повинна в твоей смерти. — С нарочитой медлительностью она убрала кинжал от могучего горла и отбросила его прочь. Тот глухо звякнул и покатился по песку.

Толпа дружно ахнула и затаи ч дыхание. Пантера разверзла свою громадную пасть, длинные смертоносные клыки сверкнули на солнце. Волшебница содрогнулась и зажмурила глаза, чтобы не видеть приближающейся смерти, но в последнюю секунду огромная голова хищницы повернулась, и шершавый язык, будто стальной наждак, слизнул кровь, струившуюся из раны на руке Ориэллы. Девушка с изумлением открыла глаза и поглядела в желтые кошачьи зрачки.

— Меня зовут Шиа, — сказала пантера. — Выпей моей крови и будь моим другом. — Она слегка попятилась, освобождая тело девушки от своего веса. По толпе пробежал шепот недоумения. Ориэлла с трудом села и перевела дух. Припав губами к раненому боку кошки, волшебница слизнула кровь, смешанную с песком.

— Меня зовут Ориэлла, — сказала она. — И дружба с тобой — большая честь для меня. — Набравшись храбрости, девушка протянула испачканную кровью руку и погладила широкую, лоснящуюся голову Шиа. И над потрясенной толпой раздался звук, которого арена не слышала никогда, — низкое довольное урчание огромной мурлыкающей кошки.

Опомнившись, возмущенная толпа взорвалась дикими возгласами. Топот и гиканье эхом проносились по огромной чаше, на арену полетели фрукты, сласти, кубки, даже башмаки. Двери туннеля растворились, выпустив две дюжины вооруженных, закованных в броню стражников. Они неохотно приближались, образуя круг, центром которого были Шиа и Ориэлла, пытавшаяся подняться на колени. Шиа мягко отпрыгнула и принесла девушке меч, осторожно волоча его за эфес. Держась за Коронах, Ориэлла попробовала опереться на поврежденную ногу. Да, без поддержки она может стоять, но двигаться? Ни малейшей возможности. Но им это неизвестно. С мечом в руке девушка встала плечом к плечу с Шиа. Круг стражников постепенно сжимался.

— Отлично, — зло выкрикнула она. — Ну, мерзавцы, кто хочет быть первым? — Шиа зарычала, зловещим эхом поддерживая ее слова. Нападающие в замешательстве переглянулись. Определенно, никому не хотелось быть первым.

Из туннеля выскочил Элизар и побежал по песку к царскому балкону, Кизу поднялся во весь рост, и шум сразу стих.

— Великий Государь, — закричал наставник дрожащим голосом. — Судьба этого воина в твоих руках. Смерть — обычное наказание для того, кому не удастся поразить своего врага, но эта женщина показала нам самый мужественный поединок за всю историю арены. Никто не забудет этого дня. Я прошу даровать ей в честь радостного события — твоей свадьбы — помилование.

«Да благословят тебя боги, Элизар», — подумала Ориэлла.

Король заколебался, взвешивая возможные последствия своей милости. С одной стороны, милосердие укрепит его репутацию, но Арбитры много рассказывали ему об этой опасной чужеземке, и он вовсе не был уверен, что стоит пустить ее разгуливать на свободе по своим землям.

Затаив дыхание, Ориэлла следила за Кизу. Впервые ей выпала возможность как следует разглядеть его. Он выглядел моложе, чем она предполагала, но в выражении его лица проскальзывала волчья жестокость, а темные глаза сверкали неистово и безжалостно. В черных волосах, спадающих на плечи, так же как и в длинных роскошных усах, — никаких следов седины. Ксианг обладал крепкой, ловкой и послушной машиной для убийства, которая называлась его телом, и выглядел так, будто пользовался ею часто — и успешно. «Боги, — подумала Ориэлла. — Не хотела бы я сразиться с ним. Но зато вполне могла бы захотеть переспать». Такая несвоевременная мысль поразила волшебницу, но это было очевидно, — Его мужское обаяние было сильным и опасным. Больше всего он напоминал величественного дикого зверя.

Неожиданно царица — новая Кизин — выступила из тени и прошептала что-то на ухо Кизу. Ее лицо скрывала вуаль, но яркое золото волос трудно было не узнать. Сара! Ориэлла привалилась к боку Шиа — от потрясения у нее закружилась голова. Как же, во имя богов, этой женщине удалось такое?

Но, увидев на арене Ориэллу, Сара была поражена ничуть не меньше. Какая неудача! Эта проклятая колдунья может рассказать Кизу, что она уже замужем, и все ее усилия пойдут насмарку. Радуясь, что Ксианг владеет ее языком, Сара прошептала:

— Убей эту женщину, повелитель. Подари мне ее смерть. Ксианг с изумлением посмотрел на нее. Неужели об этом просит то нежное создание, которое так очаровало его?

— Пожалуйста, любовь моя. — Сара соблазнительно улыбнулась, и Кизу, как всегда, обнаружил, что не в силах сопротивляться. Он поднял руку и начал поворачивать большой палец вниз — традиционный знак смерти.