Пламенеющий Меч - Фьюри Мэгги - Страница 81

— Не спеши воспользоваться Волшебным Оружием, — предупредила она Анвара. — Где бы ни был сейчас Миафан, ему лучше пока не знать, что оно у нас есть. — Затем Ориэлла обратилась к купцу. — Ваннор, что бы ни случилось, стой здесь и продолжай уговаривать Лес, понял?

Эфировидец, который нес на себе Сангру, пронзительно заржал и тряхнул головой. Когда воительница спешилась, он принял человеческий облик.

— Позволь мне попробовать, о волшебница… — предложил Чайм. Отойдя в сторону, он стал двигать руками, словно сплетая что-то из воздуха, и перед вражеским войском возник ужасный демон. Началась паника. Обезумевшие лошади сбрасывали седоков. Люди, потерявшие коней, обратились в бегство.

И только на Элизеф видение не произвело никакого впечатления.

— Стойте, болваны! — завопила колдунья, изо всех сил пытаясь удержать собственную испуганную лошадь. — Там же ничего нет! Это — одна иллюзия. — В эту минуту она вдруг увидела Ваннора, и лицо ее побелело от ярости.

— Ты?! — прошипела она. — Как ты посмел обмануть меня, смертный? Ну, ничего, теперь ты уже никуда не денешься!

Элизеф простерла руку к небу, на котором собирались тучи, и молния ударила туда, где стоял ничего не подозревающий Эфировидец. Но Ориэлла была начеку и успела заслонить его волшебным щитом. Огненная стрела ударилась в щит и рассыпалась искрами. Но щит лишил и ксандимца возможности применять свои способности. Демон растаял в воздухе, и нападавшие вновь осмелели.

Анвар между тем сам послал огненную стрелу туда, где находилась Элизеф, и колдунье пришлось отказаться от нападения и перейти к обороне. Однако в это время командир наемников поднялся с земли и натянул тетиву.

Один из ксандимцев с криком рухнул на землю, пронзенный навылет. Воодушевленные примером своего командира, остальные наемники тоже схватились за луки, и на ксандимцев обрушился град стрел. Ориэлле с Анваром пришлось напрячь все свои силы для защиты товарищей, и Элизеф вновь получила свободу действий. Огненные стрелы молний яростно обрушились на щиты, созданные магами, а обычные стрелы не позволяли ксандимцам выйти за пределы волшебной защиты. Шианнат и Эсселнат мужественно переносили близость магического оружия, в конском обличье особенно страшную для них. Ориэлла и Анвар чувствовали, как они дрожат от ужаса. Искальда, белая кобыла, как всегда, ни на шаг не отходила от брата.

Ориэлла восхищалась стойкостью друзей, но тревога ее росла с каждой минутой. Их с Анваром было двое, а Элизеф — одна, но волшебникам приходилось тратить слишком много сил, чтобы прикрыть каждого из своих людей, и их волшебная защита постепенно ослабевала, тем более что удары врага не прекращались.

Однако маги продолжали стойко держаться, хотя, к своему ужасу, обнаружили" что силы Элизеф со временем не убывают, а, наоборот, возрастают.

— "В чем же дело?" — в отчаянии подумала Ориэлла, и в этот момент наконец почувствовала исходящую от Элизеф трудноуправляемую мощь Высшей Магии.

— Анвар, — в ужасе прошептала волшебница. — Ома завладела Чашей Жизни!

— Эй вы! Я предлагаю вам сдаться! — Элизеф злорадно усмехалась, заранее торжествуя победу. — Жалкие, никчемные олухи! Вам долго не выдержать, но, если вы прекратите сопротивляться, я обещаю сохранить жизнь тому жалкому сброду, который вы притащили с собой. Миафану всегда нужны смертные рабы!

«Ты, вонючий мешок костей! — Безмолвная речь Шиа была исполнена ненависти и презрения. — Пусть черви сожрут то, что ты называешь своими мозгами!»

Элизеф была поражена этим неожиданным оскорблением и даже на мгновение прекратила наносить свои удары. Она внимательно вгляделась в лица врагов, пытаясь понять, кто из них осмелился на такие речи.

Ориэлла, слишком занятая, чтобы самой отвечать Элизеф, одобрительно поглядела на Шиа.

— Молодец! — сказала она. — Я и сама бы не могла выразиться яснее!

Больше она ничего не успела добавить, потому что разъяренная Элизеф опомнилась и с удвоенной силой возобновила свои атаки. Магические щиты зашатались и начали дымиться.

Анвар, силы которого были уже на исходе, повернулся к Ориэлле.

— Мы не в состоянии противостоять мощи Чаши, — задыхаясь, произнес он. — Пора пустить в ход наши Талисманы!

— Понимаю, — ответила Ориэлла, которой тоже было трудно говорить. — Но подождем еще немного. Пусть наши щиты окончательно рухнут. Тогда… — Но волшебница сама понимала, что до этого рубежа остались считанные мгновения…

Еще не добежав до опушки Леса, Д'Арван услышал свист стрел и содрогнулся, почуяв невероятную силу колдовской злобы. Не веря собственным глазам, маг увидел за деревьями Ориэллу, Анвара, Паррика и. — о боги! — Ваннора! Это, несомненно, был сам купец, в истинной плоти, а не его привидение. Он грозил деревьям кулаком и сыпал проклятиями, так как Лес не хотел его впускать. Рядом с ним суетились какие-то чужестранцы… Впрочем, это сейчас не имело значения, потому что Д'Арван вдруг увидел Элизеф, злобную и торжествующую. Она без устали осыпала огненными стрелами колеблющийся магический щит Ориэллы…

Не теряя времени, Д'Арван воззвал к Дикому Лесу, но деревья, взволнованные близостью битвы, не вняли ему. Крепче сжав Жезл феи Эйлин, маг сосредоточился, отдавая приказ, и Лес наконец неохотно подчинился воле Д'Арвана.

Перед изумленным Ваннором неожиданно образовался проход, и сердце купца радостно забилось.

— Сюда! — крикнул Ваннор своим товарищам. — Быстрее! Вперед!

Ксандимцам не надо было повторять дважды. Ваннор едва успел отскочить в сторону, когда они дружно бросились в проход, открывшийся между деревьями. Вскоре кроме магов на опушке остались только Паррик, Чайм, пантеры, Язур с Искальдой и сам Ваннор. Увидев, что ее затея сорвалась, Элизеф с перекошенным от злобы лицом нанесла по готовым распасться щитам Ориэллы и Анвара последний, сокрушающий удар. Ваннор, понимая, что маги не уйдут, пока все не будут в безопасности, заорал на оставшихся членов отряда:

— Пошевеливайтесь, проклятые болваны! Все в Лес! Вы же их задерживаете!

К счастью, понимая, что он прав, они неохотно повиновались. Шиа задержалась на мгновение и бросила на Ваннора такой ненавидящий взгляд, что купец невольно вздрогнул, а Чайм сказал Ваннору:

— Как только я превращусь в коня, немедленно садись на меня, и я быстро унесу тебя от врагов.

Когда все наконец скрылись в Лесу, Чайм действительно превратился в коня, и купец, вскочив на него, крикнул:

— Ориэлла, Анвар, все уже в безопасности. Уходите! Шианнат и Эсселнат ринулись вперед, унося седоков под защиту Дикого Леса. В ту же минуту щиты распались, и молния, вздымая клубы дыма и пыли, ударила в землю всего в нескольких шагах от беглецов. Увидев, что добыча ускользает, Элизеф завизжала от ярости. Пришпорив свою лошадь, она понеслась вдогонку, меча огненные стрелы, но было уже поздно. Деревья мгновенно сомкнулись перед ней, и волшебница Погоды с проклятиями осадила лошадь, не обратив внимания на пару волков, которые выскочили из-за кустов можжевельника. Волчица держала зубами за шкирку маленького волчонка. Деревья на мгновение расступились, и волки бесшумно скользнули в Лес и пустились по следам волшебницы. Потом Лес снова сомкнулся.

Еще не веря тому, что они наконец в безопасности, друзья вступили под сень Дикого Леса. Слишком утомленные, чтобы о чем-то разговаривать, не рискуя останавливаться по дороге, они скакали по открывшейся перед ними лесной тропе. Там, где начинался спуск в Долину, струился по склону лесной ручей. Здесь, с внутренней стороны Леса, Д'Арван устроил поляну, чтобы беглецы могли немного передохнуть перед спуском. Сам он стоял неподалеку, невидимый для людей, и, снедаемый любопытством, с нетерпением ждал, когда прибудут маги.

Ориэлла и Анвар вылетели на поляну и сразу спешились, чтобы дать возможность измученным ксандимцам Шианнату и Эсселнату, снова превратиться в людей.