Верой и правдой - Степной Аркадий - Страница 4

пригубил.

Оружейник Бруно сделал несколько глотков и поставил бокал на стол, допив лишь до половины.

Больше нельзя, ваше сиятельство, — сказал он твердо. — Руки дрожать будут, а мне сегодня еще работать.

Да, ты прав, у тебя много работы, — устало отозвался граф. — У меня ее тоже много, но дрожь в руках моей работе не помеха, а нервишки успокоить необходимо, так что я допью.

Граф выпил бокал до дна, поставил его на поднос и, присев на краешек стола, пристально посмотрел на гоблина:

— Сможешь договориться с бартлендскими, чтобы отпустили сухожилия в кредит? Хоть под самый высокий процент.

Нет, ваше сиятельство, — печально мотнул головой гоблин. — Мы на краю гибели, никто не даст нам в долг ни под какой процент. В деловом мире нас уже списали со всех счетов.

И что, Бруно, как думаешь, мы себя тоже уже списали со всех живых счетов? — с горечью прищурился граф.

Нет, ваше сиятельство, — твердо ответил гоблин, посмотрев графу в глаза. — Пока вы с нами, мы себя еще не списали.

Граф усмехнулся и с благодарностью потрепал коренастого оружейника по плечу. Но минута слабости уже прошла, резко выпрямившись, граф снова сел за стол и решительно взял в руки перо.

Вот поручительство к моему казначею. Получишь по нему золото и отправишь немедля в Бартленд одного из своих парнишек посмышленей. Свяжешься с Вастеро, пусть выделит для него необходимое количество охраны. И вот еще что, пусть твой человек закупит не двадцать восемь, а сорок восемь комплектов нужных тебе сухожилий. Наберется такое количество в Бартленде?

Наберется, ваше сиятельство… — неуверенно протянул гоблин. — Но почему сорок восемь?

Потому что каждая баллиста должна быть готова выстрелить сто пятьдесят раз, иначе мы себя и сами можем списывать со всех счетов. Пять тетив на баллисту, и точка!

Не каждая баллиста выдержит сто пятьдесят выстрелов, — осторожно заметил гоблин.

Твои — выдержат! Просто обязаны выдержать, — веско сказал граф и передал гоблину денежное поручительство. — А теперь давай вернемся к нашим баранам. Что там у нас с кольчугами? Я не могу, просто не имею права поставить своих людей на стену без должной защиты против закованных в железо эльфов и гномов.

Работаем, ваше сиятельство, — подобрался гоблин, — но сами знаете, рабочие руки и железо — вечная проблема.

Ты мне эти старые песни не повторяй. Знаем твои нужды. Ты давай по делу, нужны кольчуги, шлемы цельнометаллические, нагрудники и наплечники для мечников, копья, мечи для пехоты. Ладно, черт с ними, мечи не прошу, можешь дать вместо них хорошие кинжалы, но с остальным не тяни… и про баллисты не забывай.

Ваше сиятельство, все это у меня здесь, — гоблин похлопал ладонью по тщательно выбритой голове, — отпечаталось намертво. В любое мгновение могу отчеканить, сколько сделано и сколько еще осталось. Но нужны мастера и материалы, из которых в первую очередь железо. Наши рудники не справляются, слишком жидкие, нужно покупать. Ближе всего железо будет привезти из Бартленда, гоблинского железа там мало, в основном местное, а оно на порядок хуже, но выхода-то нет?

Да знаю про бартлендское железо, — отмахнулся граф. — Вот только можешь про него забыть, своим придется обходиться.

Что так? — недоуменно поднял брови гоблин.

Хоть и плохое там железо, а дорогое, — ответил граф и пояснил: — Гномы все скупили, сейчас дерут по сто золотых за пуд.

Гномы? — Гоблин нехорошо прищурился.—

А разве их не того?

— Тех, что с севера, — того, да только они все заранее удрали. А остальных трогать нельзя, мы с их королями не воюем. И задирать нам их чревато, вот и приходится терпеть стервятников, — ответил граф. — А вот насчет остального, требуй что нужно, дадим в первую очередь. Есть конкретные просьбы?

— Есть, ваше сиятельство. На укреплении восточной стены работают кузнецы и плотники из числа беженцев. Мастера не ахти, но для черновой работы

сгодятся.

— Кузнецов забирай, я распоряжусь. А вот плотников Сурбан тебе не отдаст, тут я тебе не помощник. Еще просьбы?

Пока все. — Гоблин пожал плечами. — Ну а остальное по мере надобности.

Вот и решили, — подытожил граф. — А теперь иди, не буду больше тебя задерживать, работы у тебя невпроворот.

Но гоблин уходить не торопился и остался сидеть на стуле, весь погруженный в какие-то свои расчеты.

Что-то еще? — нетерпеливо спросил у него старый граф.

Да, ваше сиятельство, оставьте это себе. — Крепкий старшина гоблинской оружейной гильдии поднялся на ноги и положил на стол казначейское поручительство, припечатав его сверху мозолистой ладонью.

Не понял. — Граф изумленно выпрямился в своем кресле.

А что тут непонятного, ваше сиятельство? Мы в этом городе родились, и отцы наши здесь родились, и отцы наших отцов прожили здесь свою жизнь. Последние годы были скудными, но кое-что у нас осталось. На сухожилия хватит, наскребем, а золото это вашему сиятельству еще ой как пригодится.

Растроганный граф встал и протянул руку для рукопожатия, как равный равному. Но гоблин руку пожимать не стал, а, бережно взяв графскую ладонь, почтительно поцеловал.

— Все, чем располагают гоблинские оружейники, в вашем полном распоряжении, включая наши жизни, ваше сиятельство.

Старый граф положил руки ему на плечи, наклонился и, глядя в глаза, сказал:

— Я никогда не забуду этого, Бруно. Если, даст бог, выживем, за все воздам и все равно буду в долгу.

У дверей графского кабинета Дементос столкнулся с только что вышедшим из него главным оружейником. Почтенный гоблин был настолько погружен в свои мысли и расчеты, что едва не опрокинул поднос в руках графского целителя.

С трудом удержав поднос и вежливо кивнув на невнятные извинения смущенного оружейника, Дементос собирался уже войти, но старшина гоблинской оружейной гильдии осторожно придержал его

за рукав.

— Э-э-э, уважаемый целитель, вы случайно не знаете, что такое нер-виш-ки? И при чем здесь вино?

Дементос невольно улыбнулся:

— Почтенный Бруно, насчет нервишек я как-нибудь обязательно вам объясню. А вот при чем здесь вино, — целитель угрожающе нахмурился, — я как раз сейчас и спрошу у его сиятельства.