Гиви и Шендерович - Галина Мария Семеновна - Страница 82

— Пулеметы?

— У них ничего нет! Даже, — он презрительно скривился, — джиннов нет. А уж выдрючивался — я крутой, я такой, я сякой!

— «Джинн» это что? — сморщил лоб Яни, — Гранатомет этот новый? Ну, раз нет, так и говорить не о чем. Давай, ребята! Пошел! Пошел!

Ребята бросились к вертолетам, придерживая береты, чтобы их не сдуло ветром от вращающихся лопастей. Вертолеты по одному начали подниматься в воздух. Гиви следил за ними, приоткрыв рот.

Это почище джиннов будет, одобрительно размышлял он.

— Давай, командир, шевелись! — прикрикнул Яни, — на месте разберемся! А ты, радость моя?

Яни сдвинул берет на затылок и, прижав Алку мускулистыми руками к не менее мускулистой груди, лихо взлетел на трап. Гиви отвернулся.

Он стоял так, пока Яни не скрылся в чреве вертолета, и готов был стоять так вечно.

— Македонский, — пробормотал он себе под нос, — тоже мне… Царь времен… Я-то точно знаю, что царь времен — это я.

— Командир! — крикнул Яни, высунувшись из люка, — вперед!

— Эх! — сказал Гиви и, поплевав на ладони, полез по трапу.

Машина взревела. Лопасти слились в один полупрозрачный круг.

Гиви нырнул в темную кабину, где фосфорически мерцали огоньки приборной панели, и плюхнулся на кожаное сиденье.

— Интересно, — заорал Яни, перекрикивая гул винтов, — как у них тут с нефтью?

Площадка на крыше дворца была словно предназначена для высадки десанта. Вертолеты по очереди зависали над ней, исторгая из чрева очередную порцию. Гивин вертолет был последним.

Стоя на плоской крыше Гиви огляделся.

Ирам сиял под ним, переливаясь изразцами, отблескивая черепицей крыш, осыпанный солнечной пылью, омытый горячим ветром пустыни.

Гиви вздохнул.

Деловитые израильские парни уже спустили по стенам канаты и теперь карабкались по ним, как мухи, проникая в узкие окна. Вниз сыпались пестрые стекла, выбитые крепкими локтями.

— Такая красота, — пробормотал Гиви, — эх! Жалко.

Яни хлопнул его крепкой рукой по плечу.

— Мир хижинам, война дворцам, командир, а?

— Ага, — печально отозвался Гиви.

Где— то внизу раздалась короткая автоматная очередь и жалобный звон разлетающейся черепицы.

— Они там ничего такого не натворят, твои ребята? — забеспокоился Гиви.

— Демонстрация силы, только и всего, — Яни поглядел на светящийся циферблат на запястье. — Порядок. Сейчас и мы пойдем.

— По веревкам? — оживленно осведомилась Алка.

— Нет, — отозвался Яни с явным сожалением, — ребята сейчас там все обработают и откроют нам вход. Это что, командир? Вон та башня?

— Обсерватория, типа того, — неопределенно ответил Гиви, — там местный звездочет обосновался.

— А! — Яни отцепил висящую на поясе рацию, — через нее и войдем! Она сообщается с основным корпусом?

— Вроде, да, — закивал Гиви, обрадованный, что не пришлось лезть по веревкам.

— Беседер! — Яни что-то коротко скомандовал в микрофон, — ну все, командир, пошли!

— Население надо бы успокоить, — озабоченно произнес Гиви.

— После успокоишь, командир! — отмахнулся Яни, — с утра пораньше выйдешь на балкон, скажешь речь! Громкоговоритель тебе выдадим… пошли, поглядим, где тут твой Александр Македонский засел.

— А… что, еще не нашли? — робко осведомился Гиви.

— Пока нет, — Яни пожал плечами, — ничего, командир, найдем! От нас не убежишь.

Алка продвинулась к краю крыши, осторожно глянула вниз. Ветер от лопастей вертолета живописно развевал пестрые шелка. Алка пыталась удержать одеяние, стягивая его плотнее ловкими руками, отчего плавные изгибы еще четче обрисовывались в лучах прожекторов.

— Ах ты, птичка! — рассеянно восхитился Яни, снимая автомат с предохранителя.

— Мишку надо обязательно найти, — деловито произнесла Алка, не менее рассеянно оглаживая складки на тонкой ткани, — иначе я за него не ручаюсь.

— Найдем, — согласился Яни.

— И учти, он, скорее всего в аффекте. Я его знаю, этого царя вселенной. При очередном жизненном крахе он просто звереет.

— Вырубим, — успокоил Яни.

— Я — царь вселенной! — безнадежно пробормотал Гиви себе под нос. Его никто не услышал.

Резная дверца обсерватории разлетелась с первого же удара.

Внутрь здания вела узкая винтовая лестница, ее основание терялось в темноте. Яни прогремел подкованными ботинками, Алка двинулась за ним, время от времени припадая к мощному плечу.

Гиви проследовал за ними, стиснув зубы.

— Все чисто? — спросил на ходу Яни, отбрасывая носком ботинка астролябию.

— Вроде, да, командир, — крикнул снизу десантник, — вот этого, правда, нашли!

Луч фонарика выхватил тощую фигуру в бесформенном темном балахоне, расшитом астрономическими символами.

— А! — обрадовался Гиви, — это Дубан, звездочет!

— Ты ли это, о, Гиви? — мрачно вопросил Дубан, — во главе полчища демонов?

— Ну, я, — неохотно признался Гиви, — но это вполне покладистые демоны, о, Дубан! Они легко поддаются управлению.

— Лучше бы ты управил их так, чтобы они убрались отсюда! Ибо неисчислимые беды принесло Ираму их появление!

— Да ладно тебе, отец, я про эти неисчислимые беды уже сто раз слышал. Нормальные ребята. Ну пошуровали немножко, пошумели!

— Я тебе не отец, о, марид, повелитель маридов! — скрипнул зубами Дубан, — а что до беды, так хочу тебе сказать, что твой бывший друг и бывший властелин…

Пол под ногами у Гиви резко накренился, по стене башни змейками побежали трещины.

Дубан, чтобы не упасть, ухватился за ворот гивиной джуббы.

— Ух, ты! — удивился Яни.

— Он читает! Он читает книгу Разиэля! — возопил Дубан, вцепившись в Гиви так, что ткань затрещала, — Он подлинный царь! Сила, которую он обретет, будет неизмерима!

— Ну ладно, — успокаивающе произнес Гиви, — ну читает! И что с того? Где он ее взял, кстати?

— Вы сами доставили ее в Ирам! — прокричал Дубан.

Земля вновь качнулась. С дальнего горизонта, где громоздились горы Мрака, в белесое небо ударил столб огня.

— Ого! — хладнокровно сказал Яни, — у вас там что? Полигон?

— Погоди! — завопил Гиви, пытаясь вывернуться из цепких рук звездочета, — Что стряслось?

Дубан, наконец, выпустил треснувший ворот и, развернувшись, кинулся вниз по лестнице. Гиви бросился за ним.

Яни какое-то время озадаченно глядел им вслед, восклицая:

— Эй! Наверх надо! Наверх! Обвалится же!

Но потом, отчаянно махнув рукой, тоже бросился следом.

В зале было пусто. На полу лежали обломки глазурованной черепицы. Во всем дворце, казалось, не было ни одного человека.

— Что ты говоришь, не понимаю, — Гиви пытался перекрыть нарастающий гул, который, казалось, шел отовсюду, — где Миша? Где все?

Дубан безнадежно махнул рукой.

— Разбежались! Или ты хотел, чтобы они остались тут ждать своей погибели?

— Не верю! — заорал Гиви, — Миша не мог убежать!

— Разумеется, — скривился Дубан, — он же царь! А потому, когда твои мариды поразили его войско, он вернулся во дворец и сразу призвал к себе эмира и везиря… и спросил немногих верных…

— Каких верных? — перебил его Гиви, — Джамаля?

— Ну да, — неохотно признал Дубан, издавна с везирем не ладивший, — ибо когда все его покинули, Джамаль его не покинул, а, к моему удивлению, выказал себя верным, надежным…

— Этот… — Гиви задохнулся, — этот…

— И Джамаль обратился ко мне, и спросил, нет ли средства, чтобы одолеть этих твоих маридов, и я сказал, что нет, разве что предание о возвращении Царя Времен окажется верным во всем и вместе с владетелем вернется и книга Разиэля! И тогда Джамаль сказал, что вот, есть некий атрибут, доставленный от стоянки разбойников доблестным Масруром! И вот, поглядел я на искомое, и увидел, что сие есть и впрямь она, о чем ему и сказал…

— Разиэль? — переспросил Гиви, — Это какой? Типа, архангел? Друг Шемхазая?

— Странно, что ты столь осведомлен в этом деле, о, повелитель маридов, — признал Дубан.