Бельфеддор - Белов Вольф Сигизмундович - Страница 14

Мальчишка озадаченно поскреб в затылке и произнес:

– Ну, не знаю, господин. Это очень сложная задача. В Отоммосо трудно найти человека, тем более если он скрывается.

– Не разочаровывай меня, Галган. Мне казалось, в этом городе нет никого сообразительнее и расторопнее тебя.

– Это, конечно, так, – важно согласился мальчишка.

– Ну, так постарайся.

– Хорошо, господин, – кивнул Галган. – Я передам эту весть всем дружкам, они разнесут ее дальше. Каждый нищий будет знать, кого ему искать. За золото они постараются.

– Но будь осторожен, приятель, – предупредил Бельфеддор. – Не попадись головорезам Омминоса.

– Не попадусь, господин, – весело пообещал Галган и выбежал за дверь.

«Славный парнишка, – одобрительно прорычал демон. – Думаешь, он справится?»

– Впервые слышу, что тебе кто-то смог угодить, – усмехнулся Бельфеддор. – А в его способностях я не сомневаюсь. Никто не знает этот город лучше, чем такие вот мальчишки и нищие. Они подмечают все, на что другие не обращают внимания, и разносят слухи со скоростью ветра. Почему ты меня не предупредил, что он пришел? В его глазах я выглядел круглым дураком.

«Ты такой и есть, – не удержался от ехидства демон. – Я увлекся нашей тренировкой и не обратил на него внимания, он не представляет для нас опасности. Подбери оружие. Негоже благородным клинкам валяться на полу, словно веникам.»

Бельфеддор поднял мечи, спрятал их в ножны и предложил:

– Пойдем пообедаем. Хозяин хвастался, что у него самые лучшие жареные гуси на всем побережье.

«Пойдем,» – не стал возражать демон.

Прихватив туго набитый кошель, Бельфеддор спустился вниз, пересек двор и вошел в шумный трапезный зал. К нему тут же подбежал сам хозяин.

– Чего изволит господин? – любезно осведомился он.

– Господин хочет есть, – ответил Бельфеддор.

– Прошу сюда.

Хозяин усадил постояльца на свободное место за одним из столов, выслушал пожелания клиента и проворно убежал на кухню. Вскоре перед Бельфеддором уже стояло блюдо с хваленым жареным гусем и кувшин лучшего вина.

«Справедливости ради должен заметить, что гусь неплох, да и вино вполне приличное,» – произнес демон, когда блюдо наполовину опустело.

«Ты разве чувствуешь вкус?» – удивился Бельфеддор.

«Дружище, я чувствую все, что чувствуешь ты. Тело-то у нас одно на двоих. Неплохо бы и тебе перенять мои чувства и инстинкты, тогда ты сможешь сам учуять врага за пятьдесят шагов.»

«Не бурчи. Лучше скажи, что ты думаешь о тех новостях, которые принес мальчишка? Я так понял, что Тинея, Омминос и Соттанос связаны общими делами. Не стал ли Ксеттос жертвой их заговора?»

«Возможно, ты прав, – согласился демон. – Отыщем Исинту, может быть, сможем несколько прояснить ситуацию. Ты насытился? Пойдем продолжим тренировку. Ты должен научиться хотя бы держать мечи.»

«Не вижу в этом необходимости, – возразил Бельфеддор. – У меня есть ты, а ты от меня никуда не денешься.»

«Как и ты от меня,» – злорадно добавил демон.

«Посидим еще немного. Хочу послушать, о чем здесь говорят.»

Запив вином последний кусок мяса, Бельфеддор отставил в сторону стеклянный кубок и прислушался к разговорам соседей.

Двое слева, по виду купцы, обсуждали цены на скот и рабов в разных краях империи. Компания моряков справа шумно вспоминала схватку с чернокожими племенами где-то по другую сторону моря. Напротив приезжий старик аристократического вида расспрашивал простолюдина, где можно купить хорошенького умелого юношу для плотских утех. Бельфеддор неодобрительно поморщился, он не понимал этой страсти некоторых богатеев к сомнительным постельным забавам.

А вот сзади разговоры, кажется, были поинтереснее. Услышав знакомое имя, Бельфеддор насторожился.

– Видимо, кое-какие делишки Соттаноса всплыли на поверхность, и слухи дошли до императора, – говорил один человек другому. – Говорят, что император очень рассердился. Он не любит казнокрадов.

– Да, положение у Соттаноса сейчас незавидное, – согласился собеседник. – Все-таки, большие деньги очень меняют людей, причем не в лучшую сторону. Хотя кто бы удержался на его месте? Ведь строительство нового дворца велось три года в спешном порядке, и расходовались неимоверные суммы.

– Выходит, что Соттанос этим и воспользовался. Продавал государственных рабов, отмечая их умершими, сбывал кое-какие материалы, просто прикарманивал средства. Это, конечно, всего лишь слухи, но люди зря болтать не станут. Хотя лично мне верится в такое с трудом. В бытность мою при дворе в Аттоко я слышал о Соттаносе, как о приличном, кристально честном человеке, хотя лично с ним знаком не был. Возможно, ты прав насчет того, что большие деньги портят людей. Как бы там ни было, для проверки император прислал другого своего советника – Октонноса. Он назначен комендантом дворца. Императорский караван прибудет через неделю. Если к тому времени Октоннос установит факт хищения, Соттаносу очень не поздоровится.

– А я слышал, что здесь каким-то боком причастен Омматоннатос, – произнес второй, понизив голос.

– Ну, самого наследника трона никто не посмеет обвинить, – ответил его товарищ так же тихо. – Император многое ему прощает. В любом случае все шишки посыплются на Соттаноса.

Бельфеддор повернулся к говорившим. За соседним столом спиной к нему сидели двое людей, судя по богатым одеждам, какие-то аристократы.

– Прошу прощения, господа, – обратился к ним Бельфеддор. – Меня заинтересовал ваш разговор.

Аристократы обернулись. Один из них оказался стариком с голым черепом и аккуратной седой бородкой. Его товарищ был значительно моложе, решительное лицо и характерный блеск в глазах свидетельствовали о задиристом характере, свойственном, впрочем, очень многим молодым ногарским аристократам. На его поясе красовался легкий короткий меч.

– Тебя разве не учили, что нельзя подслушивать беседу благородных господ? – весьма недружелюбно поинтересовался молодой, – голос его звучал высокомерно и даже с вызовом.

– Еще раз прошу прощения, – учтиво извинился Бельфеддор, хотя демон посоветовал ему выбить зубы молодому грубияну. – Я случайно услышал знакомое имя и невольно прислушался к вашему разговору.

Молодой аристократ явно хотел ответить что-то грубое и дерзкое. Бельфеддор, хоть и отличался от прочих простолюдинов, все же никак не мог быть ровней благородным ногарским аристократам, а следовательно, не был достоин какого-либо уважения с их стороны. Молодой человек даже взял плеть со своего стола с явным намерением пустить ее в ход при малейшем поводе. Благородные ногары не церемонились со всяким сбродом, собравшимся в Отоммосо со всего мира. Однако старик жестом остановил своего товарища и произнес:

– Не горячись, мой друг. Этот человек пока ничем не заслужил твоего гнева.

Молодой нехотя убрал руку с плети, видимо, только из уважения к старику. Пожилой ногар окинул Бельфеддора внимательным взглядом и спросил:

– Кто ты?

– Мое имя Бельфеддор, я простой путешественник.

– Иноземный бродяга, – пренебрежительно процедил молодой сквозь зубы.

Старик бросил в его сторону неодобрительный взгляд и примирительно произнес:

– Не обижайся на моего молодого друга, Бельфеддор. Он солдат, и длительные военные походы выветрили из него хорошие манеры. Его имя Аттеконнос, он совсем недавно вернулся в Отоммосо из похода на потанов. Меня же зовут Ксаннос. Ты хотел что-то спросить, Бельфеддор?

– О, да. Но не позволите ли вы мне присоединиться к вашему столу и угостить вас добрым вином?

– Мы не нуждаемся в угощении бродяги, – надменно ответил Аттеконнос, опередив своего пожилого товарища.

– Друг мой, этот человек всего лишь старается быть вежливым, – осуждающе сказал Ксаннос. – Прояви же и ты снисходительность.

– Мне понятна эта неприязнь, – усмехнулся Бельфеддор. – Знатные ногары не жалуют нас, жителей присоединенных провинций. Однако в пути я встретил некоего капитана Кселлоса, так этот благородный воин не считает для себя зазорным водить дружбу с хозяином постоялого двора южанином Абатуром и пользоваться его гостеприимством.