Бельфеддор - Белов Вольф Сигизмундович - Страница 7

– Не облизывайся. Жеребец принадлежал купцу Ксеттосу и будет отправлен его наследникам.

– А мечи тоже его? – спросил Абатур.

Он вытянул из ножен один из мечей Бельфеддора, по-прежнему привязанных к крупу Мрака.

– О, боги! – изумленно воскликнул толстяк. – Взгляни, дружище! Это же сталь! Ты знаешь, сколько стоит такой клинок?!

– Не трогай ничего! – прикрикнул на него Кселлос.

Он отобрал у толстяка меч и задвинул его обратно в ножны.

– Из этого каравана тебе ничего не достанется. Всех людей и все добро Ксеттоса я сдам коменданту Паттоко.

– Что я в тебе ценю больше всего, друг, так это твою неподкупность и верность долгу, – уважительно, хотя и с изрядной долей иронии произнес Абатур. – Ты настоящий солдат.

Воины привязали жеребца к кольцу в стене. Капитан сам проверил надежность узлов на руках пленника и спросил напоследок:

– Чего-нибудь хочешь?

– Если можно, воды, благородный господин, – попросил Бельфеддор.

– Подайте ему воды, – распорядился капитан.

Один из солдат зачерпнул из бочки большим ковшом и поднес его к губам пленника. Опустив голову, Бельфеддор вдруг увидел собственное отражение и в ужасе отпрянул. Факел на стене светил довольно ярко, и бывший раб Ксеттоса смог разглядеть себя вполне отчетливо.

Ему было немногим более двадцати лет, теперь же на Бельфеддора смотрело из воды незнакомое, обросшее щетиной лицо с суровыми, даже грубыми чертами видавшего виды человека неопределенного возраста – с равным успехом ему можно было дать и тридцать лет, и пятьдесят.

«Надо же, – заметил демон несколько удивленно. – Оказывается, мы сильно изменились…»

– Мы?! – вскричал Бельфеддор вслух, не сдержавшись. – Это я изменился! Что ты со мной сделал?!

– Ты здоров, приятель? – недоуменно спросил капитан. – С кем ты разговариваешь?

Бельфеддор ничего не ответил. Капитан пожал плечами, затем жестом позвал воинов за собой и направился к воротам. Абатур поспешил за Кселлосом.

– Странного парня ты приволок, – заметил толстяк. – Он явно не в себе. Идем скорее, друг, я угощу тебя добрым вином. Недавно я купил таких девушек – кровь с молоком! Вот увидишь, тебе они понравятся. Мы славно проведем эту ночь.

Ворота захлопнулись, снаружи встали на страже два воина. Внутри охранного двора остались лишь Бельфеддор и Мрак.

– Как ты мог сделать со мной такое?! – разгневанно прошипел Бельфеддор, как только голоса капитана и Абатура стихли за воротами.

«Я сам не подозревал, что так получится, – ответил демон неубедительно и без тени вины в голосе. – Видимо, моя древность наложила печать на твою молодость.»

– Печать?! Да я просто старик!

«Не преувеличивай. Ты выглядишь, как нормальный зрелый мужчина. Лично мне нравится наше новое лицо, такой облик производит впечатление на женщин. И потом, посмотри на это дело с другой стороны – старее ты уже не станешь. Мы вообще не будем стареть и переживем всех, ныне живущих.»

– Мы что, бессмертны? – осторожно спросил Бельфеддор.

«Своей смертью мы точно не умрем. Я изменил тебя не только внешне, пойми это и прими, как должное. Хорошо бы, чтоб у тебя еще и мозги вправились.»

– Что ты имеешь в виду? – оскорбленно спросил Бельфеддор.

«Ты всю ночь собрался торчать у этого столба и безропотно ждать, когда тебя отведут на суд коменданта Паттоко? С нашим новым лицом тебя никто не узнает и не заступится. А если ты признаешься, кто мы есть теперь, нас убьют еще скорее. Нас ведь могут обвинить в смерти Ксеттоса. Я не для того вселился в тебя, чтобы принять смерть на плахе.»

– Отчасти такой приговор будет справедлив, – заметил Бельфеддор, печально вздохнув. – Ведь именно ты убил моего господина.

«А ты убил меня, – напомнил демон. – Я-то уже наказан, а вот тебя казнят ни за что.»

– Что же ты предлагаешь? – спросил Бельфеддор.

«Дай мне свободу действий! – свирепо потребовал демон. – Я разорву эти ремни и оружием проложу нам путь на волю.»

– Ты устроишь резню, а я этого не хочу. Мы не в стане врагов.

«Друзей я здесь тоже не приметил, – прорычал демон. – Не будь тряпкой, соверши наконец решительный мужской поступок. Глупо оставаться пленником и ждать смерти, когда можешь стать свободным.»

В этот момент послышался стук копыт, к столбу подошел Мрак и ткнул Бельфеддора носом в плечо.

– Он опять отвязался, – удивленно прошептал Бельфеддор. – Как он это делает?

«Даже глупая скотина стремится к свободе, – заметил демон. – А ты так и будешь покорно ждать своей участи, как трусливый раб?»

Бельфеддор не успел ответить. Он почувствовал на своих руках влажные губы гиппариона, а через пару мгновений крупные зубы жеребца без труда разорвали ремни.

«Умный зверь! – восхищенно отметил демон. – Трудно было бы сыскать лучшего коня для воина. Жаль, что он не проживет столько, сколько мы. Впрочем, если ты не будешь прислушиваться к моим советам, мы лишимся головы гораздо раньше.»

– Да заткнись ты! – огрызнулся Бельфеддор.

Он обнял жеребца за шею и ласково потрепал его густую гриву.

– Благодарю тебя, Мрак.

Гиппарион добродушно фыркнул в ответ.

– А теперь тебе придется вынести нас отсюда, – произнес Бельфеддор.

Он взобрался на круп жеребца и бросил оценивающий взгляд в сторону ворот.

«Что ты задумал? – забеспокоился демон. – Мне почему-то кажется, что ты никогда раньше не ездил верхом.»

– Тебе правильно кажется, – подтвердил Бельфеддор. – Я впервые на коне. Но будь уверен, это не помешает нам перескочить ворота.

«Ты с ума сошел! – вскричал демон. – Мы свернем себе шею! Неизвестно даже, умеет ли прыгать этот жеребец! Он слишком тяжел для таких трюков!»

При этих словах Бельфеддор испытал злорадное удовлетворение от того, что сумел встревожить грозного демона.

– Умеет, – заверил он свою вторую половину. – Ксеттос специально тренировал его для больших скачек в Аттоко. Правда, он так и не выставил Мрака на арену.

Не желая больше пререкаться с демоном, Бельфеддор хлопнул коня ладонью и ударил пятками в бока. Мрак понял замысел своего седока и без страха помчался прямо на ворота. Мощным прыжком гиппарион без труда одолел препятствие – пожалуй, он смог бы взять барьер и повыше.

Воины, стоявшие на страже за воротами, даже не успели понять, что произошло: жеребец тенью пролетел над их головами и помчался по улице.

«Ты ненормальный! – вскричал демон. – Ты чуть нас не угробил! Мы могли грохнуться и сломать себе шею.»

– Не ты ли требовал от меня решительных действий? – напомнил Бельфеддор. – Ну, и кто же из нас трус?

«Но наше тело слишком хрупко для таких трюков. А ты не позволяешь мне проявить свою силу. Я не могу оставаться сторонним наблюдателем.»

– Будь доволен, что вообще можешь быть здесь, а не отправился в мир теней.

Послышались частые удары гонга, поднялся переполох. Разбрасывая в стороны пытавшихся задержать его людей, Мрак безудержно мчался к выездным воротам. Однако стражи, извещенные о тревоге звоном гонга, успели захлопнуть массивные створки ворот и заложить их тяжелым засовом.

Бельфеддор круто развернул жеребца. Мрак ударил задними копытами в щиты двух воинов, подбежавших слишком близко, – обоих отбросило далеко назад.

«И что теперь? – язвительно поинтересовался демон. – Эти ворота Мрак точно не перепрыгнет.»

– Вырвемся, – решительно ответил Бельфеддор.

Гиппарион помчался вдоль стены. Он, словно таран, сметал со своего пути пытавшихся остановить его воинов Кселлоса, слуг и рабов Абатура, просто случайных встречных людей. Бельфеддор не отказал себе в удовольствии отвесить попутно несколько пинков и затрещин. Демон же просто стонал от бессильной ярости и вынужденного бездействия.

Мощно оттолкнувшись, Мрак легко забросил себя и своего седока на пологую кровлю приземистого сарая. Оттуда гиппарион перескочил на такую же пологую крышу длинного склада и помчался дальше, кроша копытами черепицу.

«Это безумие! – волновался демон. – Если крыша проломится, Мрак сломает себе ноги, а мы – шею!»