Прекрасный новый мир - Злотников Роман Валерьевич - Страница 32

Теперь предстояло решить, куда направить свои стопы. В тех королевствах, в которых назревала война, существовала возможность заработать больше, но и риск был немалым. А Батилей и Пург уже находились в том возрасте, когда рисковать не шибко хочется. И Грон полностью разделял это их убеждение. Но отправляться дальше, не имея солидного денежного запаса, тоже было бессмысленно. А их валютные резервы, несмотря на всю экономию, усохли более чем втрое. Особенно дорого, как и всегда по весне, обходился корм для лошадей. Так что они даже были вынуждены продать одного коня, лишившись подменного для Грона. Хотя разумнее было бы сделать это в Шести королевствах – там, где идет война, лошади всегда в цене.

К Бректу, столице приграничного баронства, не входящего ни в одно из шести королевств, они подъехали в сумерках. Городские ворота уже были закрыты, поэтому, объехав вокруг небольшого лагеря, разбитого торговцами и гуртовщиками, также не успевшими войти в город до закрытия ворот, они выбрали местечко на его окраине и принялись устраиваться на ночлег. Батилей, который предложил заночевать в придорожном постоялом дворе, встретившемся им два с лишним часа назад, все время ворчал на Пурга, настоявшего на том, чтобы продолжать движение.

– Вот, опять на земле спать, а послушались бы меня, так выспались бы как следует. И коней бы покормили. А то овса совсем не осталось. Все экономим…

Пург криво посмеивался, отшучиваясь и не вступая в спор.

Они разожгли костер, и Грон занялся приготовлением ужина, а Пург и Батилей отправились потолкаться среди торговцев и послушать разговоры. Вернулись они как раз к тому моменту, когда гуляш поспел. Ужин прошел в молчании. Батилей и Пург пребывали в задумчивости, а Грон решил не торопить события. Поглощать пищу лучше спокойно, а не размышляя над неприятностями, каковые, скорее всего, и сообщат ему его спутники. Ибо радостными вестями, как правило, делятся сразу и не с такими постными лицами.

Покончив с гуляшом, Батилей облизал ложку, завернул ее в тряпицу, засунул за голенище сапога и вздохнул:

– Да-а, дела…

– Это точно, – подтвердил его четкий и конкретный вывод Пург и, повернувшись к Грону, пояснил: – Война тут.

– Насколько я понял из ваших рассказов, для Шести королевств это совершенно не новость, – заметил Грон, больше чтобы поддержать разговор, чем из необходимости вновь озвучить всем известный факт.

– Это-то верно, но такой вроде как еще не было. Все шесть королевств воюют. И почти все домены помельче тоже. Будто с цепи сорвались. Только Брект и Шалуб пока мирные. Но тоже настороже. Свара идет, и никто не понимает отчего. Владетель почему-то тоже не вмешивается.

И они оба уставились на Грона. Как-то так получилось, что за время путешествия Грон начал играть первую скрипку в их трио. Сперва он взял в руки их совместные финансы, затем несколько раз за ним оставалось последнее слово в спорах, по большей части начатых Пургом и Батилеем, а теперь вот попутчики ждали его решения о том, что делать дальше. Со стороны это, вероятно, смотрелось странно, когда двое вполне взрослых и явно тертых мужчин ждут слова от совершеннейшего сопляка, однако в их компании это уже стало непреложным фактом. Впрочем, на самом деле это началось не во время путешествия, а гораздо раньше. Когда Грон принял решение не отправляться на выручку Пургу, а ждать его на месте, и сумел убедить Батилея согласиться с ним. Просто в дороге его лидерство оформилось окончательно.

– Ладно, завтра об этом подумаем. Раз здесь все так хреново – значит, наемники в цене. Въедем в город, поспрашиваем… тогда и решать будем. А сейчас – спать.

Но выспаться им так и не удалось. Перед самым рассветом из той части лагеря, что была расположена напротив ворот, послышались испуганные крики:

– Насинцы! Насинцы!

Грон вскочил, торопливо обнажая ангилот. Большинство костров в лагере давно потухло, но на фоне нескольких еще горевших проносились темные тени.

– Пург, Батилей, галопом за конями, – отрывисто приказал Грон, – я – собираю вещи. Встречаемся у опушки.

– Если это насинцы, то они точно перекрыли подходы к лесу. Все говорят, что насинцы – самые опытные вояки в Шести королевствах.

Грон кивнул.

– Понятно, тогда, как оседлаете коней, двигайтесь в обход города, вдоль рва. Если не найдем друг друга, встретимся на половине длины стены до южных ворот.

Пург и Батилей молча исчезли в темноте. Кони на ночь были отпущены в небольшой табун, который пасся чуть в отдалении. Это было не слишком удобно, но так делали все, ибо спать в окружении свежих лошадиных лепешек не слишком приятно. Грон быстро скатал использовавшиеся в качестве подстилок попоны, засунул котелок в свой дорожный мешок, порадовавшись тому, что вчера после ужина вымыл его (он сам установил такой порядок), натянул на спину мешок и… сцепился с каким-то вертлявым типом, наскочившим на него из темноты. Тип радостно взревел и бросился на него, размахивая кривым клинком, очень напоминающим саблю. Ввязываться в долгую схватку было нельзя, поэтому Грон отбил удар и сразу же метнул кинжал в грудь нападавшего. Тот захрипел и рухнул прямо на еще не до конца остывшие угли костра. Лагерь огласил дикий вопль, но Грон, прихрамывая, устремился к крепостному рву, по широкой дуге огибая лагерь. Кинжала было жалко, но шанс привлечь к себе целую группу врагов увеличивался с каждым мгновением. А в такой ночной заварушке пленных не берут. Просто рубят все, что попадется на пути.

Пург и Батилей нагнали его через сотню шагов. Из пяти оставшихся коней они сумели выдернуть из табуна четырех, да и те не были оседланы. Два седла были просто брошены на спины лошадей, еще одно Пург держал под мышкой. Рядом с Гроном они притормозили, и Батилей, протянув руку, помог ему взобраться позади себя на спину лошади. Без стремян Грон со своей ногой вряд ли сумел бы сделать это самостоятельно.

Больше в эту ночь им никто не встретился. Отъехав где-то на милю от Бректа, они остановили коней и, спешившись, оседлали их как положено. Если бы за ними увязалась погоня, уйти от нее, сидя верхом без седла и стремян, было бы очень проблематично. Пург, досадливо морщась, пояснил: