Прекрасный новый мир - Злотников Роман Валерьевич - Страница 41

– Они двинулись!

Грон кивнул. Он и сам видел это. Противник отрядил на атаку его войска около двух тысяч бойцов, которые сейчас неторопливо, но держа строй двигались по лугу, протянувшемуся от реки до подножия склона. Остальная часть вражеского бивуака, расположенная на противоположном берегу Вьюнки, продолжала спокойно заниматься своими делами. Кроме небольшой, не более сотни человек, толпы зевак, вывалившей за рогатки, чтобы понаблюдать, как их лихие парни разнесут в клочки этих выскочек, осмелившихся заступить дорогу славным воинам великой Насии.

Солдаты врага шли не торопясь, вольно переговариваясь и держа оружие небрежно. Две тысячи против двух с небольшим сотен. Ну какие могут быть сомнения в успехе схватки? Грон еще раз оглянулся. Его бойцы стояли молча. И спокойно. Только лишь слегка побелевшие пальцы и тревожные взгляды, которые они бросали на своих командиров, выдавали их волнение. Грон тоже волновался. Несмотря на то что все было объяснено не раз и даже отработано, существовал шанс, что где-то произойдет сбой, кто-то запсихует и бросится вперед или, наоборот, струсит и побежит, заражая своим страхом стоящих рядом. Уж слишком много в строю было наемников, для которых этот бой первый…

– Ускоряются, – хрипло прошептал Пург.

Грон кивнул.

– Хорошо, как мы и ожидали. Давайте по местам. И все четверо развернули коней и поскакали по своим местам.

Онота занимала позицию в нижней трети довольно протяженного склона. Стрелки располагались шагах в двадцати позади последней, пятой шеренги. А еще немного выше по склону внимательный взгляд мог бы различить какие-то непонятные бугорки, стоявшие ровными рядами.

– Стрелковая команда, – возвысил голос барон, под начало которому Грон отдал стрелков, – кругом! Бегом арш!

И стрелки, так и не сделав ни единого выстрела, бросились вверх по склону. Вслед за ними отчего-то вверх по склону устремились еще около трех десятков человек, стоящих в последней шеренге. Со стороны это смотрелось как паника, охватившая обороняющихся. Насинцы обрадованно взревели. Грон подождал, пока стрелки отбегут шагов на сорок, и, приподнявшись в седле, заорал:

– Бегом, бегом! Назад, бегом!

И вся онота, развернувшись, полезла вверх по склону, демонстрируя насинцам свой улепетывающий тыл. На самом деле это был один из наиболее опасных моментов. Когда начинаешь бежать, всегда существует опасность не успеть вовремя остановиться…

Стрелки и те три десятка человек, что устремились за ними, остановились ровно посредине склона. И тут оказалось, что стрелков на самом деле не два десятка, а пять. Арбалеты остальных просто лежали на склоне, прикрытые травой. И, добравшись до них, все стрелки принялись торопливо натягивать тетиву, сноровисто работая «волчьей лапой». Грон тоже спрыгнул с коня и выхватил из густой травы свой арбалет.

Спустя полминуты до выровнявшейся и отвердевшей шеренги стрелков добрались первые из других наемников. Несмотря на то что, как теперь уже было видно и радостно мчащимся в их сторону насинцам, ни один из наемников не был одет в доспехи, все они изрядно запыхались. Склон действительно был сильно крутой. Даже торговые караваны, следовавшие этой дорогой, вынуждены были разгружать возы, оставляя на них половину или даже треть поклажи, и преодолевать склон в несколько приемов.

То, что вроде готовый и построившийся в боевой порядок враг не одет в защитное снаряжение, могло бы насторожить противника, но насинцам было не до того. Они, воодушевленно ревя воинственный клич, добежали до подножия и полезли вверх по склону, совершенно сломав строй.

Когда последний из наемников оказался в тылу стрелков, Грон чуть повернул голову и громко скомандовал:

– Целься!

Пять десятков арбалетов опустили жала своих болтов в сторону насинцев.

– Залп!

Одновременный хлопок пяти десятков стальных тетив гулко ударил по утреннему воздуху. Грон попал, но кроме него попали еще человек пятнадцать. Результат был не слишком хорош, впрочем, для этой дистанции вполне сносен. В конце концов, до насинцев была еще почти сотня шагов.

– Вразнобой! – скомандовал Грон и быстро натянул тетиву.

Следующий болт также ушел точно в цель. Грон оглянулся. В десяти шагах за его спиной шла лихорадочная работа. Почти две сотни наемников торопливо облачались в доспехи. Он снова развернулся к насинцам. Те упрямо лезли наверх. Но с гораздо меньшим пылом. Все-таки склон был довольно крут. И они, в отличие от его бойцов, тащили на себе доспехи с первой же минуты боя. Да еще и под постоянным огнем арбалетчиков. Слева и справа довольно часто хлопали тетивы. Грон выпустил еще один болт и пригляделся. Теперь попадания случались гораздо чаще. Ну еще бы, расстояние до насинцев составляло уже около пятидесяти шагов и продолжало медленно сокращаться. Когда карабкаешься по склону в полном доспехе, да еще и со щитом, силы кончаются как-то очень быстро. Даже если не учитывать прилетающие сверху арбалетные болты. Так что на самом деле у Грона была надежда, что первый натиск они отобьют, вообще не вступая в рукопашную. Одними арбалетчиками. Впрочем, чрезвычайно слабая надежда. Все-таки его стрелки – это не английские лучники при Пуатье, да и соотношение один к десяти – это один к десяти.

– Готовы, Грон! – послышался из-за спины крик Батилея.

Грон снова оглянулся. Наемники закончили облачаться в доспехи и теперь стояли в строю, ожидая его команды.

– Ждите. Скоро, – отрывисто бросил Грон и прищурился.

Насинцы еще приблизились. Пожалуй, пара залпов, и стрелков надо отводить.

Когда перекошенные от одышки рожи насинцев оказались на расстоянии десяти шагов, Грон выстрелил в последний раз, опустил арбалет и, выметнув из ножен ангилот, взмахнул им над головой.

– Вперед! – раздался слитный крик Пурга и Батилея. – Держать равнение!

И онота двинулась вниз…

Спустя час он смотрел на сотни полторы измученных людей, с трудом бегущих через прибрежный луг от места боя. Это было все, что осталось от двух тысяч воинов, попытавшихся атаковать его оноту. А за его спиной волнами накатывал восторженный рев. Грон перевел взгляд чуть выше. Около бивуака насинцев клубилась толпа численностью тысяч в пять. Они молча смотрели в их сторону.