…спасай Россию! Десант в прошлое - Махров Алексей - Страница 32

Мои спутники подбираются, как хищники перед прыжком. Темпераментные греки во главе с Георгом готовятся с диким визгом выхватывать сабли. Куда более сдержанные стрелки и атаманцы уже потихоньку тянут из ножен шашки и бебуты, офицеры беззвучно взводят курки револьверов. Даже среди новоприбывших с Георгием морячков я уже заметил шевеление, недвусмысленно свидетельствующее о том, что "врагу не сдается наш гордый «Варяг», пощады никто не желает!"

Черт его разберет, чем кончилось бы побоище в цирке, но в этот момент выключенный янки встает, обнимает Гревса за плечи и разражается грандиозным спичем:

— … Джентльмены! Верьте мне, джентльмены, это был честный бой! Я даю вам слово Патрика Криспа, которое стоит не один миллион долларов! Этот русский сбил меня в честном бою! Меня, который на спор поднимал триста двадцать фунтов серебра на руднике! Посмотрите на него и посмотрите на меня! Вряд ли он сможет поднять вес в триста фунтов! Но он сбил меня с ног и выбил из меня дух! Хвала Господу, что мне не врезал русский, который может поднять триста фунтов! Тогда я уже сейчас предстал бы перед высшим судьей!

Американец делает паузу. Ну, насчет веса, который в состоянии поднять ротмистр Гревс, я не был бы на его месте так уверен, но в целом пока все верно…

— Джентльмены! Я, Патрик Крисп, говорю вам: это — не люди, это — настоящие черти! Чтобы вот так сбить меня с ног одним ударом!.. Я утверждаю, джентльмены, этих русских лучше не злить! Я искренне надеюсь, что дружба между нашими странами, которую Россия демонстрировала во время войны Севера и Юга, останется вечной. Покарай Господь того сумасшедшего, который предложит нам ввязаться в войну с русскими! Нам нечего делить, а этих парней лучше иметь в друзьях!

Весьма мудро подмечено. Ну, что ж: вояж в цирк был не бесполезным.

Зрители вопят и свистят, а из продолжения речи Криспа (кстати, слышал я вроде эту фамилию, что-то связанное с серебряными рудниками, в Калифорнии, кажется…) мне удается выловить только приглашение русских героев в ресторан. Можно и принять. Принимаем…

Следующее утро приносит головную боль, которая, правда, быстро проходит на тренировке. Кстати, "любезный братец Егорушка" напросился в ней поучаствовать. Я внутренне напрягаюсь, ожидая подвоха, но уже через минуту, совершенно успокоенный, вынужден вмешаться в процесс обучения меньшого Романова. Оставив распростертого на полу Хабалова самостоятельно приходить в чувства, я кидаюсь на выручку родственнику.

— Легче, Митрич, легче! Ты что, не соображаешь, что он ни черта еще не умеет!

Смущенный урядник-атаманец отпускает моего брата, бормоча под нос нечто вроде: "Дык, твое ж велико, они ж сами… я ж не думал, что так… а оно вона как…" Георгий лежит на полу снятого под тренировки танцзала, пытаясь вздохнуть широко разинутым ртом. Глядя на это недвижимое тулово, я отчетливо понимаю: так подставиться не смог бы ни один профессионал. Парнишка реально ни хрена не умеет! И, слава богу! Значит — не внедренец. А кто его знает, может у Георгия и впрямь были нежные братские чувства к Николаю? Во всяком случае, из разряда вероятных подозреваемых его можно смело вычеркивать. Ну, почти смело…

— Ах, братец, — о, очнулось мертвое тело! — Я много был наслышан о ваших занятиях, но, право же, никак не мог помыслить о том, сколь сложно это искусство!

Забавно. Георгий — один из первых в этом времени, кто называет рукопашный бой «искусством». И вот еще одна странность: какой-то у него взгляд… что-то он мне напоминает… Вот только не соображу — что? Или кого?…

Утро проходит без особых происшествий или новостей. Сегодняшний день — обычная рутина, один из множества серых и унылых будней. Программа на сегодня: прогулка по городу, обед в ресторане, визит в русское консульство, на предмет уточнения даты прибытия "Адмирала Нахимова" — вот, собственно говоря, и все. Ладно уж: позавтракали — пошли гулять…

Сан-Франциско с утра выглядит очень даже ничего себе. Нужно взять себе на заметку: зайти в мэрию и выяснить, как это им удалось наладить службу уборки улиц? Нам бы так…

— Государь, позвольте? — Гревс указывает мне на магазин с большой вывеской. — Надо пополнить наши запасы табаку.

— Отлично, ротмистр, — никогда не пресекайте рвение подчиненных! — Пожалуй, можно посмотреть и каких-нибудь хреновин в подарок…

Гревс выглядит озадаченно. Остальные офицеры заинтересованно поворачиваются в нашу сторону. Эх ты ж — досадная оплошность! Вообще-то я уже привык следить за своим языком, но нет-нет, да и вырвется неправильное словечко. Вот и сейчас приходится потратить минут пять, чтобы разъяснить, что «хреновина» — это не распространённая в Сибири острая приправа, а вольная русификация французского термина «Сувенир». Вроде, и на этот раз проскочило…

А магазин и впрямь — хорош! Настоящий универсальный магазин. Любой товар, на любой вкус. Интересно, интересно… Ох, ты, какие симпатичные пончо! Пожалуй, стоит взять для Моретты, да и для маменьки… И вон то, тоже мне подайте… Нет, вот этот тотемный столб я точно не возьму… Хороший револьвер… Рукоятка из слоновой кости великолепно смотрится… Что? Не слоновая кость? Моржовый бивень? Тем более, возьмем… А вон там что такое? ЧЕГО?!!

На стойке стоит натуральный карабин Маузера, 98К. Мамочки мои, до него ж еще лет десять… И чего ж, интересно я не видел этой прелести в Германии. Ведь был же я на заводах… А ну-ка, ну-ка…

Продавец с угодливой улыбкой подает мне заинтересовавшее меня оружие. Ну, так. Я, конечно, не великий эксперт, но маузеровский карабин в руках держал. В Югославии, вечная ей память! И из любопытства даже разбирать пытался. Так-с…

Через двадцать минут я откладываю карабин в полном недоумении. С одной стороны это карабин Маузера, с обойменным заряжанием, магазином на пять патронов с бесфланцевыми гильзами и остроконечными пулями, плакированными мельхиором. Правда калибр 6,5 мм, но и в этом нет ничего необыкновенного — были эти карабины под такой калибр. Но вот каким таким манером эта фиговина появилась уже сейчас — этого я понять решительно не в состоянии. Масла в огонь моего любопытства подливает приказчик:

— Вас заинтересовал этот карабин? Вы сделали правильный выбор, сэр! Только в нашем магазине вы можете приобрести этот великолепный образчик оружия из России!

Он разливается соловьем по поводу несравненных достоинств этого «чудо-оружия», великолепных баллистических характеристик ("обратите внимание: патроны снаряжены пироксилином!"), а я, в полном обалдении, осознаю, что нашел решение одной задачи, и, походя, оптом и по дешевке заимел целую кучу новых.

На казенной части ствола славянской вязью выбито: «Пищаль». И чуть ниже: "Заводъ братьевъ Рукавишниковыхъ", после чего следует веселенький набор из букв и цифр, долженствующий, по-видимому, обозначать серийный номер. Так вот: Серийный номер у этого чуда — АА000793. Если кто не понял, повторяю: АА000793! То есть неизвестный мне производитель, в моем родном отечестве, штампует обалденные винтовки, явно военного назначения, да еще заранее закладывает в порядковом номере 1 089 000 000 комбинаций[57]! Парню явно не дают спать лавры Калашникова!

Карабин, разумеется, куплен. Причем все четыре экземпляра, которые имелись в магазине. И все патроны к ним — тоже. А вечером у нас с Васильчиковым и Гревсом, который медленно, но верно превращается в заместителя Сергея Илларионовича по вопросам государственной безопасности, происходит серьезнейший разговор:

— Господа, делайте, что сочтете нужным, но я должен знать об этих братьях Рукавишниковых всё! Кто конкретно сконструировал это оружие, кто патроны, кто делает пироксилиновый порох? Причем знать всю их подноготную: где родился, как учился, с кем живет, кого предпочитает и прочая! Срок — пятнадцать дней от возвращения в Питер. Пытайте, убивайте, предавайте Родину — но чтоб результат у меня был! Вопросы?

Отсутствие вопросов — половина результата. Ну-с, будем надеяться…

57. С миллиардом комбинаций Олег сгоряча переборщил — в порядковых номерах используются не все буквы русского алфавита. В частности не используются «Ъ» и "Ь"