Винни Пух и философия обыденного языка - Руднев Вадим - Страница 42

«Забавно», прошептал Тиггер Ру, «Тиггеры никогда не теряются».

«Почему это, Тиггер?»

«Просто не теряются, и все тут», объяснил Тиггер. «Так уж у них устроено».

«Ладно», говорит Кристофер Робин, «мы должны пойти и разыскать их, вот и все. Пошли, Тиггер».

«Я должен пойти и разыскать их», объяснил Тиггер Ру.

«Можно, я тоже пойду?», спросил Ру нетерпеливо.

«Я думаю, не сегодня, дорогуша», сказала Канга. «В другой день».

«Ладно, если они завтра потеряются, можно, я их найду?»

«Увидим», сказала Канга, и Ру, который знал, какова цена этим «увидим», ушел в угол и стал практиковаться в прыжках сам с собой, отчасти потому, что он и так был не прочь попрыгать, а отчасти потому, что он не хотел, чтобы Кристофер Робин и Тиггер думали, что он берет в голову из-за того, что они уходят без него.

«Как бы то ни было, факт остается фактом», говорит Кролик. «Мы сбились с пути».

Они отдыхали в небольшом песчаном карьере на вершине Леса. Пух уже стал уставать от этого песчаного карьера, и у него уже возникло подозрение, что он преследует их, потому что, в каком бы направлении они ни начинали идти, заканчивалось все в одном и том же месте, и каждый раз он проплывал мимо них в тумане, когда Кролик голосом триумфатора провозглашал: «Теперь я знаю, где мы», а Пух грустно говорил: «И я», а Поросенок вообще ничего не говорил. Он пытался подумать, что бы сказать, но единственное, что ему приходило в голову, было «На помощь, на помощь!», а говорить такое казалось глупо, когда рядом с ним были Пух и Кролик.

«Ладно», говорит Кролик после долгого молчания, на протяжении которого никто и не думал благодарить его за прекрасную прогулку. «Лучше будет, если мы пойдем, я полагаю. Какой путь мы изберем?»

«А что, если», медленно говорит Пух, «как только мы отойдем от этой Ямы, мы снова попытаемся ее найти».[83]

«Какой в этом толк?», говорит Кролик.

«Ладно», сказал Пух, «мы ищем дорогу домой и не находим ее, поэтому я думаю, что если мы будем искать эту Яму, то можно быть уверенным, что мы ее не найдем, что было бы Хорошей Вещью, потому что тогда бы мы, может статься, нашли то, что мы ищем на самом деле».

«Не вижу в этом никакого смысла», сказал Кролик.

«Нет», скромно сказал Пух, «его тут и нету, но он собирался тут быть, когда я начинал говорить. Просто с ним что-то стряслось по дороге».

«Если я отойду от этой Ямы, а потом пойду обратно, я, конечно, найду ее».

«Ладно, я думал, может, и не найдешь», говорит Пух. «Я просто так думал».

«А ты попробуй», говорит вдруг Поросенок. «Мы тебя здесь подождем».

Кролик фыркнул, чтобы показать, как глуп был Поросенок, и исчез в тумане. После того как он прошел сто ярдов, он повернулся и пошел назад, а после того, как Пух и Поросенок прождали его двадцать минут, Пух встал.

«Я просто так подумал», говорит. «Ладно, Поросенок, пойдем домой».

«Но Пух», закричал Поросенок, весь возбужденный. «Ты что, знал дорогу?»

«Нет», говорит Пух, «но у меня в буфете стоят двенадцать банок с медом, и они давно зовут меня к себе. Я не мог их ясно слышать, потому что Кролик все время говорил, но, если никто ничего не говорит, кроме тех двенадцати банок, я думаю. Поросенок, я пойму, откуда они меня зовут. Пойдем».

Они тронулись в путь, и долгое время Поросенок ничего не говорил, чтобы не заглушать банки, потом он вдруг издал писк… потому что теперь он начал понимать, где они находятся; но он не осмеливался сказать это громко на тот случай, если он ошибается. И только когда он начал уверять себя, что уже не важно, продолжают или нет банки звать Пуха, прямо рядом с ними раздался крик, и из тумана вышел Кристофер Робин.

«О, вот вы где», сказал Кристофер Робин беспечным голосом, как будто он совсем не Волновался.

«Мы тут», говорит Пух.

«Где же Кролик?»

«Не знаю», говорит Пух.

«О – ладно, я надеюсь, Тиггер его найдет. Он вроде как вас всех ищет».

«Ладно», говорит Пух, «я пойду домой, перехвачу чего-нибудь. И Поросенку тоже не мешает, потому что мы ведь еще не…».

«Я пойду с вами», говорит Кристофер Робин. Итак, они пошли к Пуху домой, а Тиггер тем временем шнырял по Лесу, издавая громкие пронзительные Вопли, в поисках Кролика. И наконец Маленький и Жалкий Кролик услышал его. И Маленький и Жалкий Кролик бросился сквозь туман на шум и вдруг наткнулся на Тиггера, на Дружественного Тиггера, Великого, Могучего и Спасительного Тиггера, Тиггера, который бонсировал, если он вообще бонсировал, так восхитительно, как только могут бонсировать Тиггеры.

«О, Тиггер, как я рад тебя видеть!», закричал Кролик.

Глава VIII. Буря

На полпути между домом Пуха и домом Поросенка было Мыслительное Место, где они иногда встречались, решив пойти и повидаться, и, если было тепло и не было ветра, они там немного сидели и размышляли, что они будут делать теперь, когда они уже встретились. Однажды, когда они решили ничего не делать, Пух сочинил об этом стих, так чтобы каждый мог знать, для чего служит это место.

Задумчивое Место Пух облюбовал. Здесь свои дела Медведь и Поросенок Хорошенько обсудят.[85]

Вот однажды осенним утром, после того как ветер ночью сорвал все листья с деревьев и теперь пытался сорвать ветки, Пух и Поросенок сидели в Мыслительном Месте и размышляли.

«Что я думаю», сказал Пух, «так это вот что я думаю: что мы пойдем в Медвежий Угол и поглядим на И-Ё, потому что, возможно, И-Ё-Хауз снесло ветром и, вероятно, ему бы пришлось по душе, если бы мы его снова построили».

«Что я думаю», говорит Поросенок, «так это вот что: что мы пойдем повидаем Кристофера Робина, только его не будет дома и у нас из этого ничего не получится».

«Пойдем и навестим всех», говорит Пух. «Потому что, когда ты идешь по ветру много миль, и вдруг приходишь в чей-то дом, и тебе говорят: „Хэлло, Пух, ты как раз вовремя, чтобы отведать добрый кусочек чего бы то ни было“, и ты идешь и отведываешь, то это то, что я называю Дружеским Днем».

Поросенок подумал, что для того, чтобы пойти и навестить всех, надо иметь Причину вроде Поиска малютки или Организации Эскпотиции, и хорошо бы, если бы Пух мог ее придумать.

Оказалось, что Пух может.

«Мы пойдем, потому что сегодня Четверг», сказал он, «и мы пойдем пожелать всем Очень Счастливого Четверга. Пошли, Поросенок».

Они поднялись, и когда Поросенок снова сел, потому что он не знал, что ветер такой сильный, Пуху пришлось ему помочь; и они двинулись в Путь. Сначала они зашли к Пуху домой, так как он их пригласил в гости; там они слегка перехватили того-сего, а потом они пошли к Канге, поддерживая друг друга и крича «Правда ведь?», «Чего-чего?», «Я не слышу». К моменту прихода к Канге они так вымотались, что остались там на ланч. Когда же они вышли, им поначалу показалось, что было скорее холодно, поэтому они так быстро, как только могли, потопали к Кролику.

«Мы пришли пожелать тебе Очень Счастливого Четверга», сказал Пух, войдя внутрь и выйдя наружу, просто чтобы убедиться, что он сможет выйти опять.

«А что, собственно, такого происходит в Четверг?», спросил Кролик, и, когда Пух объяснил, то Кролик, чья жизнь была полна Важных Дел, говорит: «О, я думал, вы действительно пришли с чем-нибудь дельным». Тогда они присели на минутку и вскоре поплелись опять. Ветер теперь был позади них, так что они могли не кричать.

«Кролик умный», сказал Пух задумчиво.

«Да», говорит Поросенок. «Кролик умный».

«И Мозги у него есть».

«Да», сказал Поросенок. «У Кролика есть Мозги».

Последовало продолжительное молчание.

«Я думаю», говорит Пух, «что именно поэтому он никогда и ничего не понимает».

Кристофер Робин был дома, и он был так рад их видеть, что они остались приблизительно до чая, и, когда они выпили Очень Приблизительный Чай, такой чай, о котором потом тут же забываешь, они поспешили в Медвежий Угол, чтобы повидать И-Ё и после этого поспеть к Настоящему Чаю у Сыча.