Любовники и лжецы - Джойс Бренда - Страница 63

Лансинг знал, что помещение для просмотра фильмов находится на третьем этаже, последняя дверь справа. Там хранились все фильмы. Он остановил грузовичок перед большим кирпичным домом с белыми колоннами в стиле греческого ренессанса, который словно был перенесен с юга Америки.

– Что вам угодно? – спросил слуга, открывший входную дверь.

– Причин для особой тревоги нет, – отозвался Питер, – но в водопроводную воду в домах этого района, возможно, просочился хлористый натрий.[2] Мне необходимо сделать анализ водопроводной воды в разных частях дома.

– Просочился хлористый натрий?

– Повторяю: причин для тревоги пока нет. Однако мы рекомендуем в течение нескольких дней пользоваться питьевой водой в бутылках, если вы еще не делаете этого, – пока мы не придем к окончательному заключению.

– Конечно, проходите, пожалуйста, – торопливо сказал встревоженный слуга.

Мелоди что-то напевала себе под нос.

Питер Лансинг просил ее ни о чем не беспокоиться. Он так или иначе раздобудет видеокассету. Питер обещал.

Она улыбнулась.

Ну, Джек, держись!

Глава 104

– Ты готов это сделать? – спросила Лидия.

Рик заглянул в огромные карие глаза и хмуро кивнул.

– Я горжусь тобой, – прошептала она, обнимая его, потом быстро выбежала из комнаты.

Сегодня пятница, начало вечера, и Рик совсем не так собирался провести время. Однако он подслушал, как Джек обвинял Лию в краже запонок и булавки, и его мучила совесть. (Интересно, заметил ли брат пропажу хрустальной пепельницы?) Дело кончилось тем, что Рик все рассказал Лидии. Она пришла в ужас, но не осудила его.

– Тебе надо поговорить с ним, – твердо заявила Лидия. – Выложить все начистоту.

Рик испытал большое облегчение, точно снял с души камень, и обрадовался, что она не разлюбила его из-за этого.

– Ты не хочешь узнать, как я мог сделать такое?

– Хочу. А ты можешь рассказать мне?

Он кивнул. Они гуляли в парке после школы.

– Сначала мне Джек не нравился. Может, я даже ненавидел его. У брата было все. Он богат, а я всю свою жизнь голодал. Я подумал, что если возьму у него пару безделушек, то он и не заметит, а у меня будут деньги, чтобы немного поразвлечься.

– Я тебя понимаю, – тихо сказала Лидия, держа его за руку.

– Но теперь я вроде полюбил Джека, – смущенно признался Рик, искоса взглянув на нее. – К тому же он мой брат.

– И он тебя любит и доверяет тебе, – добавила Лидия.

Это расставило все по своим местам, и Рик решился.

– Джек! – окликнул брата Рик, появляясь на пороге его спальни.

Джек взглянул на него и швырнул свою рубашку на пол.

– Никогда ничего не могу найти, черт возьми! – проворчал он. – Придется уволить эту глупую служанку. Может, если бы она говорила по-английски, удалось бы что-нибудь втолковать ей!

Интересно, почему брат целых два дня ходит злой? А ведь на прошлой неделе у него с лица не сходила улыбка.

– Можно с тобой поговорить?

Джек вздохнул, расслабился.

– Конечно, входи, малыш. – Джек бросил на него озадаченный взгляд. – У тебя такой вид, будто ты боишься, что я откушу тебе голову.

– Может, и откусишь, – с глубоким вздохом сказал Рик. И тут же выложил скороговоркой: – Это я взял запонки и булавку, прости меня!

– Не понял.

Рик еще никогда не чувствовал себя таким негодяем.

– Я их продал. Мне были нужны деньги.

На виске у Джека забилась жилка.

– Понятно.

– Извини меня, – снова сказал Рик.

Расстроенный и обиженный, Джек подошел к брату.

– Почему? Я же верил тебе Я дал тебе все, что нужно… и давал бы больше, если бы не считал, что это не пойдет тебе на пользу. Почему ты так поступил?

– Мне были нужны деньги, – неуверенно повторил Рик. – На развлечения. Сначала мне здесь было не по себе. А у тебя тут столько всего, что я подумал, ты не заметишь. Я все верну. Буду подрабатывать после школы и выплачивать тебе деньги.

Джек пристально посмотрел на брата и печально улыбнулся:

– Не надо выплачивать мне деньги. Ты сказал правду и этим расплатился со мной.

Они посмотрели друг на друга, и Рик покраснел под проницательным взглядом брата. Потом Джек спросил:

– Объясни мне, что ты называешь развлечениями?

Рик покраснел еще сильнее.

– Ну-у…

– Что? Выпивку? Наркотики? Что?

Рик понял, что пути назад нет и надо выкладывать все начистоту.

– Немного выпивки и марихуаны.

Джек прищурился:

– На запонки с бриллиантами и булавку можно накупить много выпивки и марихуаны.

– И немного кокаина, – уныло добавил Рик. В Голливуде все балуются кокаином – конечно, кроме его брата.

– Значит, немного кокаина, – повторил Джек, скрестив на груди руки. – Ты нюхаешь, ширяешься – или что?

– Только нюхаю, – быстро сказал Рик. – Так, время от времени. Все это делают.

Джек задумчиво посмотрел на него.

– Надевай куртку.

Рик подчинился, заметив, что брат кому-то позвонил по телефону, предварительно плотно закрыв дверь спальни. Рик обливался потом, понимая, что пока легко отделался. Но что будет дальше?

Они сели в «феррари» Джека и направились в другой конец города. За всю дорогу Джек не проронил ни слова. Рик не решился спросить, куда они едут. Когда они остановились перед входом в городскую больницу, он испугался.

– Зачем мы сюда приехали? – спросил Рик.

– Идем. – Джек вышел из машины. – Как говорится, лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать.

Несчастный и подавленный, Рик последовал за ним. Он думал лишь о том, что за все приходится расплачиваться. В этой больнице проводилась одна из этих популярных программ реабилитации наркоманов, и Джек, наверное, заставит его посещать занятия, а может, вообще оставит здесь, а он даже не попрощался с Лидией. Джек, ни у кого не спрашивая, как найти кабинет доктора, поднялся на второй этаж, где они почти полчаса молча просидели в приемной. Потом пришла ухоженная, привлекательная женщина, совсем непохожая на врача.

– Извини, Джек. – Она откинула с лица пряди пепельно-белокурых волос и посмотрела на него сквозь очки с большими стеклами. – Срочный случай. – Она взглянула на Рика: – Ты, должно быть, Рик. Здравствуй. Я доктор Эдвардс.

Они обменялись рукопожатием.

Джек хлопнул Рика по спине, и они последовали за доктором Эдвардс в лифт, потом по коридорам, сквозь вращающиеся двери прошли в помещение, где стояло несколько носилок-каталок, на одной из которых лежало что-то накрытое белой простыней. Эдвардс подошла к каталке и откинула простыню. У Рика не было выбора, кроме как последовать к каталке за доктором, потому что Джек подталкивал его в спину.

На каталке лежал парень, лет на пять старше Рика.

– Он… – пробормотал Рик, заливаясь потом.

– Да, – сказала доктор Эдвардс. – Он умер несколько часов назад. За ним должны приехать из морга. – Она взглянула на Рика: – Он умер от удара. Знаешь, что это такое?

Рик покачал головой.

– Остановилась деятельность мозга. Конечно, он баловался кокаином – заметь, только нюхал, причем не так уж много, судя по словам его подружки. Так, всего несколько понюшек. Но иногда и это приводит к трагическому концу.

Рика затошнило.

– Жаль парня.

Доктор Эдвардс закрыла простыней труп и обменялась взглядом с Джеком. Рик этого не заметил, борясь с приступом рвоты.

Доктор Эдвардс пришла ему на помощь, подставив горшок, и Рик перестал сдерживаться.

Джек поблагодарил ее взглядом. Луиза была не в восторге от его плана воздействия на младшего брата, но потом сдалась и согласилась помочь. Сделала ли она это под воздействием личного обаяния Джека или просто потому, что любила жизнь, он не знал, хотя подозревал, что причина заключается в последнем.

2

Поваренная соль.