Возвращение в Аланар - Форш Татьяна Алексеевна - Страница 62

62

Велия стоял ко мне спиной и что-то оживленно говорил отцу. Хм, если судить по неземному восторгу, отразившемуся на холеном лице свекра, можно с точностью до слова сказать, о чем они говорят. Вернее, о ком.

Вот ведь болтун! Я же просила!

– Приветствуем тебя, госпожа! – раздалось над ухом. Я вздрогнула, обернулась.

Рядом с нами, улыбаясь, стояли братья-полукровки Фелиан и Ланка.

– Э-э, здрасте! Давно не виделись!

– Мы тогда сразу поняли, кто вы! – радостно выпалил Ланка. – Еще когда новости смотрели на главной площади! И то, что Велия не погиб!

– Да, только мы его сразу не узнали! Он так изменился! – кивнул Фелиан.

– Все меняются даже за год! А тут прошло тридцать! – недовольная, оттого что прервали нашу беседу, встряла в разговор Светка.

Братья покивали, соглашаясь с ней, затем Фелиан украдкой оглянулся, наклонился ко мне и зашептал.

– Госпожа, нам нужно срочно поговорить с Велией. У нас есть что ему сказать!

– Не вопрос! Пойдем сейчас, и ты все ему скажешь!

Фелиан, испуганно отступив от меня на шаг, замотал головой:

– Нет-нет! Только не сегодня! Лучше завтра! Мы знаем, где вы живете, и придем сами. Нам нужно увидеться с глазу на глаз!

– Какие-то тайны? От меня? – я наигранно обиделась. Братья смутились и попытались оправдаться, но я словно не заметила. – Значит, как жизнью рисковать – Танечка всегда, пожалуйста, а как заговоры плести – это с Велией? Что за несправедливость! Теперь я от любопытства всю ночь спать не буду! Хоть шпионов заводи!

– Кого ты там заводить собралась? – мне на плечо легла тяжелая рука мужа.

– Любимый, – я подняла на него взгляд. – Ты помнишь братьев? Мы познакомились с ними…

– Помню-помню! Привет! Как жизнь? – Разглядывая их, Велия пытливо поинтересовался: – Какие новости из Великограда?

Братья переглянулись:

– Велиандр, нам нужно с тобой поговорить. Как мы уже сказали Тайне, мы придем к тебе завтра.

Велия пожал плечами:

– Тогда – до завтра!

Смущенно кивнув, они тотчас затерялись в толпе.

– Я тоже пойду, а то Владыка скучает – непорядок! – улыбнулась нам Светка, исчезая вслед за ними.

– Ну, поскольку нас, наконец-то, оставили в покое, может, потанцуем? – Велия развернул меня к себе и притянул за талию.

– Но при условии, что ты не будешь читать мне нотации и учить жить! – с улыбкой заявила я, обнимая его за шею, и вздохнула. – Все-таки тридцать лет не танцевали!

– Для тебя всего месяц! – парировал муж, крутанув меня.

– Зато это был самый ужасный месяц в моей жизни! – выдохнула я, отдаваясь на волю его рук, самозабвенно кружась в танце.

Велия самодовольно хмыкнул:

– Хм, я могу тебя понять! Обрести и тут же потерять такого умного, красивого, приятного во всех отношениях…

– …интригана, бессовестного, нахального типа. Хитрого, как сто бесов и… и…

– Одно другому не мешает! – лукаво улыбнулся он.

– Я тебя ненавижу! – фыркнула я.

– Я тоже, дорогая! Всем сердцем!

– Что-о-о?! – У меня, конечно, загорелись глаза.

– В нашем случае – это признание в любви! – быстро поправился он. – Разве ты еще не поняла?

– Боже, – откинувшись ему на его руку, я решила изобразить из себя зануду. – У других мужья как мужья, а тут…

– А я и не знал, что тебя прельщает безвременная кончина от скучной жизни. Вообще-то, в эльфийских браках любовь – не главное и даже не обязательное условие! – Он резко, за руку, притянул меня к себе и тут же крутанул.

– Но у нас же не эльфийский брак! У тебя на все найдется отмазка., – возмутилась я.

– С тобой по-другому нельзя! – резонно ответил Велия и тут же вкрадчиво предложил. – Лучше признайся, что ты счастлива!

– Не дождешься! – буркнула я, снова повиснув у него на руке. Что-то этот танец больше напоминает танго, чем спокойный эльфийский гавот.

Музыка стихла.

Велия рывком поднял меня и, едва коснувшись губами моих губ, мурлыкнул:

– Восхитительно.

Ответить мне не дали. На сцену вышел, испуганно озираясь, молоденький эльф и срывающимся от волнения голосом объявил.

– Оракул Лобрех и его ученица Нирьяна!

Мы с Велией переглянулись.

– Ученица?!

– Пойдем, поздороваемся! – Велия потянул меня за руку.

Честно говоря, мне совершенно не хотелось снова видеть этого наглого старикана, но Велия, не спрашивая моего согласия, уже решительно тянул меня сквозь оживленно собирающийся у сцены народ.

Мы подошли и встали неподалеку от сидевшей в кресле сухонькой, завернутой в темный плащ, фигуры. Народ притих в ожидании предстоящего действа. Из-за водопада на сцену вышла невысокая, тоже скрытая плащом девушка. В руках она держала музыкальный инструмент. Выглядел он как гитара с огромным количеством струн и широким грифом. Тряхнув головой, она скинула капюшон, являя нам прекрасное девичье лицо. По плечам рассыпались тяжелые белоснежные локоны.

Неземное создание непринужденно село у ног неподвижного, словно задремавшего, оракула, уверенно взяла в руки инструмент, поставила его вверх тормашками[4], легонько пробежалась пальцами, вздохнула и запела.

Разлетался Листопень. Разлетелся…Лето схоронили вчера.Траурными брызгами развертелся:ходит лихо, беда.Отсмеялся Таусень, да слезами,Видел, как костры говорят…Улетели души вслед журавлями,Не свершив забытый обряд.Родилась та осень под лихие дела.Разлетелись тени от степного костра.Смотри: они идут до зари – одни.Разлеталось зарево по гривам коней,Разливалось варево в утробах чертей,А лес – полыхал огнем…В крик кричали, предвещали царство свое, ой-ё!Смотри: осень развертелась,даря всем огненную серость,моля богов огня и ветра,чтоб завтра оживили лето!

Когда затих последний аккорд, несколько минут в зале стояла трепещущая тишина, разразившаяся оглушительными аплодисментами.

– Неплохо! – я посмотрела на Велию. – Если все оракулы будут иметь такую внешность и именно так излагать все предсказания, то здесь скоро разовьется шоу-бизнес!

Он пожал плечами:

– Насчет твоего последнего ругательства – не уверен, что оно нам надо. И, если что, на будущее, сообщу: все предсказатели давно излагают свои пророчества именно в стихах или песнях, ну, а уж если Всевидящий не дал таланта, то просто предсказывают посредством телепатии, как Лобрех.

– Да-а! – протянула я, изумленно покрутив головой. – В нашем мире телепатия – посложнее стихов и песен будет.

Велия нахмурился:

– Твой мир – здесь! И чтобы я больше не слышал от тебя воспоминаний о каком-то там «твоем» мире!

Если честно, терпеть не могу, когда со мной говорят в таком тоне! Сразу хочется дать по морде!

Я сердито засопела. Кинув на мужа уничтожающий взгляд, подбоченилась и уже собралась высказать все, что думаю и куда ему идти. Он, не обращая внимания на мой грозный вид, небрежно закрыл мне рот ладонью, поднес указательный палец к губам, призывая к тишине, и кивнул на сцену. А там начиналось привычное для меня действо.

Девушка исчезла, и на сцене остался сидеть неподвижный Лобрех. Яркий свет погас, и на искрящейся радужной стене водопада, будто кадры немого кино, стали сменять друг друга картинки-видения: вот драконы в окружения огромного войска; пять фигур, привязанных к шестам у кострищ… Один раз мне даже показалось, что в одной из быстро мелькающих картинок я узнала в рубящихся спина к спине Крендина и Велию. Тюрьма. Здоровяк, единственным ударом короткого меча отсекающий голову лежащей фигуре.

вернуться

4

Хотя это не мое суждение, откуда я знаю, что это за инструмент и как на нем играют.