Клуб непобежденных - Гарднер Лиза - Страница 83

— Мне нужны списки, уйма списков. Имена всех, кто навещал Дэвида Прайса, писал и звонил ему. Имена всех заключенных, которые могли войти с ним в контакт, в каком бы то ни было виде, форме и обличье. Имена всех известных друзей, родственников и знакомых указанных заключенных, особенно тех, что с криминальным прошлым. А потом мне понадобится список тех из числа этих заключенных, кто был недавно выпущен на свободу. Вы поняли?

— На это уйдет время, — хмуро сказал Шарпантье.

— У вас есть два часа. Мобилизуйте все ресурсы.

Шарпантье кивнул, сел в машину и поехал в свой сырой и затхлый подвальный офис. Гриффин и Фитц остались на парковке одни.

— Он не выйдет, — снова повторил Гриффин.

— Нам придется над этим потрудиться.

— Он не выйдет!

— Так найдите проклятого насильника, мать его так!

— Так найду, мать его! — Гриффин грохнул кулаком по корпусу своего «форда-тауруса».

Фитц грохнул в ответ.

Гриффин рывком распахнул дверцу.

— У него есть какой-то план.

— Несомненно.

— Он все это заранее продумал. Запустил в движение. Не позволяйте этим бархатным щечкам ввести себя в обман. Он ломаного гроша не даст за свою дочь. У него на уме что-то другое.

— Вы так думаете?

— Он не выйдет, — снова произнес Гриффин. — Ни сейчас, никогда.

Но, отъехав от стоянки тюрьмы особого режима, оба увидели, как к ней сворачивает белый новостной фургон десятого телеканала.

Глава 32

Молли

Фитц вел машину. Гриффин возился с телефоном. В первую очередь он позвонил Уотерсу:

— Вот вкратце суть. Дэвид Прайс утверждает, что знает настоящего Насильника из Колледж-Хилла и готов поделиться с нами этой информацией в обмен на личную встречу вне стен тюрьмы со своей давно утраченной дочерью Молли Песатуро. У нас два часа на то, чтобы принять решение.

— Как ты сказал?!

— Кроме шуток. Послушай, ты все еще в Крэнстоне?

— Да, слоняюсь по барам, как ты и просил.

— Отлично. Плюнь на Эдди Комо. Достань фотографию Тани Клемент. Походи по округе с этой фотографией.

— Фотографию Тани? Думаешь, верная подруга в этом замешана?

— Половина того, что говорит Дэвид, — ложь, но он прав в одном: Эдди Комо был невиновен. Настоящий Насильник из Колледж-Хилла использовал его в качестве козла отпущения, чтобы совершить идеальное серийное преступление. Так вот, для того, чтобы сделать это, настоящему насильнику пришлось добыть где-то семенную жидкость Комо. Логично предположить, что имеет смысл начать поиски с Тани.

— Она замышляла против отца своего ребенка?

— Судебный иск на пятьдесят миллионов, Майк. Подумай об этом. Все, что ей надо было для этого сделать, — принести в жертву одного парня. А потом ей — да и Эдди-младшему — уже никогда не придется ни о чем беспокоиться.

— Что ж, когда ты так формулируешь... — согласился Уотерс.

— Да. И помни: у тебя только два часа. Желаю повеселиться!

Гриффин отсоединился и тут же набрал другой номер. Через полминуты на другом конце линии раздался голос сержанта Наполеона.

— Сержант! Я звоню от имени детектива Фитцпатрика. Он хотел бы, чтобы вы провели несколько анализов.

— Ух, ох! — заохал Наполеон.

Гриффин притворился, что не слышит.

— Детектив Фитцпатрик блестяще вычислил источник ДНК Эдди Комо. Он считает, что его сперма была впрыснута в тела жертв насилия с помощью баллончика гигиенического средства для спринцевания. Что вы на это скажете?

Наступило секундное молчание. Фитц вращал глазами в безмерной признательности. Потом Наполеон сказал:

— Вот дерьмо на палочке. Черт, а ведь неглупо придумано.

— Такое в принципе возможно?

— Конечно. Вы впрыскиваете семенную жидкость в баллончик, малость встряхиваете, а потом выдавливаете содержимое в полость тела. В итоге постельное белье запачкано, а вагинальные мазки и прочее покажут тот же самый результат анализа — как будто бы спринцевание использовалось для того, чтобы удалить сперму. Конечно же, это предполагает, что насильник пользовался презервативом, а иначе мы обнаружили бы также ДНК и другого типа.

— Да, я вполне уверен, что пользовался. У вас эти баллончики еще сохранились?

— Ну, вы же знаете нас, провиденских копов. У нас так заведено — мы очень бережно обращаемся с ценными уликами.

— Неужели? Хм. Ну ладно, хватит болтать. О'кей, так, значит, вы могли бы проанализировать содержимое этих упаковок, верно? Если ДНК находится внутри самих баллончиков, тогда безусловно...

— Да, хорошо. Я проверю. Ради детектива Фитца, конечно.

— Последний вопрос. Вы говорите, что семенная жидкость должна быть свежей для того, чтобы дать положительный результат на содержание живых сперматозоидов. А что, если она была заморожена?

— Вы имеете в виду: заморожена сразу после семяизвержения, а затем разморожена при использовании?

— Ну да.

— Конечно, — с готовностью отозвался Наполеон. — Если сперма была заморожена в течение семидесяти двух часов, сперматозоиды сохранятся вплоть до размораживания. Банки спермы постоянно так делают. — Тут до Наполеона окончательно дошел весь смысл. — У-х ты! — восхищенно протянул он. — Как интересно! И тогда мертвые оживают.

— И тогда мертвые оживают, — мрачно подтвердил Гриффин и пробормотал: — Достану даже из могилы... Спасибо, сержант. Фитц будет держать с вами связь.

Он захлопнул свой телефон, и в этот момент Фитц сказал:

— Мы в Крэнстоне. Мег или Таня? Кто вас интересует в первую очередь?

— Мег, — без запинки ответил Гриффин. — Я хочу дать детективу Уотерсу время побольше разузнать о светских знакомствах Тани. Если ему хоть немного повезет, он обеспечит доставку авиабомбы, а тогда уже мы выйдем на охоту и нанесем решающий удар.

Фитц метнул на него хмурый взгляд:

— Я не говорил вам в последнее время, что я вас люблю?

— Нет. Но за это я напущу вас на нее первым.

— А, черт! И я просто обожаю эту работу!

— Два часа на все, помните об этом, Фитц. Помните об этом.

Было чуть меньше, когда Гриффин и Фитц подкатили к парадной двери дома Песатуро.

До контрольного срока оставалось всего полтора часа, а им было пока почти нечем похвастаться. Ох, ну и удивился же Гриффин, когда на стук ему открыла Джиллиан Хейз.

— Сержант! — опешила она.

Он не дал ей договорить:

— Мне надо поговорить с Мег. Немедленно!

Гриффин почти что силой протиснулся мимо Джиллиан и вихрем ринулся через небольшой коридор к гостиной; следом за ним бежал Фитц.

— Но ее здесь нет! — крикнула ему в спину Джиллиан, тоже устремляясь за ними.

— Где она?

Гриффин ворвался в гостиную. Родители Мег, Том и Лори, сидели бок о бок на диване. Том был замкнут, угрюм и вид имел самый гнетущий. Лори оберегающим жестом обеими руками обнимала Молли. Судя по ее лицу, она недавно плакала. Напротив них сидели Топпи и Либби Хейз. Словно одна большая, дружная семья. Господи, как раз то, что нужно им с Фитцем.

Гриффин обернулся к Джиллиан, очевидно, единственной, кто был способен говорить на этой встрече.

— Где Мег? — снова спросил Гриффин.

— Мы не знаем.

— Вы ее потеряли?

— Она... — Джиллиан покачала головой. — Мы не знаем. У Гриффина чуть не сорвалось с языка непечатное слово, но он вспомнил о присутствии ребенка и прикусил язык. Обратившись к чете Песатуро, он кивнул в сторону их внучки.

— Уведите ее из комнаты.

— Я, право же, думаю... — начала было возражать Лори.

— Уведите ее из комнаты!

— Я уведу, — вызвалась Топпи. Она встала, подошла к Молли и взяла ее за руку, но сначала бросила на Гриффина осуждающий взгляд. Он с лихвой вернул его обратно. Это уже не был прежний ироничный и дружелюбный сержант Гриффин. Дружелюбный сержант Гриффин был теперь грозен и натянут как струна. Что ж, пора показать этим людям, что есть страх Божий!

— Вы! — Он указал в сторону Джиллиан, которая стояла с гордо вскинутой головой, крепко упираясь ногами в пол, готовая к бою. — Если вы хотите остаться в этой комнате...