Тридцать первое июня (сборник юмористической фантастики) - Азимов Айзек - Страница 71

— Ну и прекрасно, я не голоден.

— И вот еще что, племянник. Как ты думаешь, куда запропастилась эта твоя Нинет, а? Хи-хи-хи! Ты, кажется, искал ее сегодня все утро?

— Так это вы, дядя… — сердито начал Мальгрим.

— Видел большое стадо гусей возле замка? — прервал его Марлаграм. — Хи-хи-хи! Ищи ее там.

Мальгрим снова вскочил со стула.

— Ах вы, бессовестный старый…

— Сядь, племянник. Там этих гусей сотни две или три до ночи с ними провозишься. Я расколдую ее, как только мы покончим с делом. И конечно, если ты мне поможешь расколдовать Диммока.

— Ха-ха! Так вы про него не забыли? Положение не из легких, а?

— Все было бы в порядке, племянник, не вмешайся ты снова вчера вечером. Из-за того, что Мелисенты вчера вечером не оказалось на месте, король Мелиот теперь гневается: нет, говорит, доказательств, что Сэм действительно убил дракона. А все из-за тебя. Словом, придется нам теперь заняться Диммоком, иначе дело не пойдет. Сюда как раз идут Сэм и капитан Планкет.

— Неужели? А вы откуда знаете?

— Как откуда? В конце концов, волшебник я или нет? Да и вообще тебе до меня далеко. Но зато, если у тебя будет сын или племянник, им будет далеко до тебя. Наша профессия — не для дураков, запомни это. Вот почему в ней наблюдается регресс вместо прогресса. А стало быть, чем старше волшебник, тем выше он среди своих собратьев. Иначе и быть не может.

— Но вы понимаете, что это значит? — серьезно сказал Мальгрим. — Да ведь этак при неуклонном регрессе через несколько сот лет…

— …волшебники измельчают и превратятся в жалких дилетантов! — подхватил Марлаграм. — Да, к тому времени люди и верить перестанут в наше былое могущество. Но тут уж ничего не поделаешь. Регресс есть регресс. Входите, входите! воскликнул он. Вошли Сэм и Планкет. — Садитесь, пожалуйста. Чего бы вы хотели выпить?

— Две двойные мальвазии, — сказал Планкет.

Марлаграм уставился в пустоту над столом.

— Две большие чаши мальвазии, живо!

Вино тотчас появилось.

— Вот это сервис, — сказал Планкет с восхищением. — А не могли бы вы раздобыть мне сигару, старик?

— Только не здесь, — сказал Марлаграм. — И не сейчас. Для этого должно пройти еще много сот лет.

— Жаль. Ну что ж, ваше здоровье! — И, выпив чашу почти до дна, он продолжал: — Ну, Сэм, старина, выкладывай.

— Так вот, — сказал Сэм. — Все очень просто. Нужно расколдовать Диммока и сделать так, чтоб король поверил, что я победил дракона. В конце концов, я ведь не знал, что дракон — Диммок, когда вызывал его на бой. Стало быть, не такой уж я обманщик.

— Ясное дело, — сказал Планкет, — Кому могло прийти в голову, что эта помесь паровоза с крокодилом — наш приятель Диммок? Ей-ей, Сэм держался молодцом, а раз так, значит, он молодец и есть. Но кто же в это поверит, если дракон болтается по соседству и диктует письма своей секретарше!

— Не тратьте слов понапрасну, — сказал Марлаграм. — Я хочу создать фирму, и мы уже столковались. Стало быть, мне не меньше, чем вам, нужен Диммок, а не дракон. Но все это совсем не так просто…

Он замолчал в нерешительности,

— Джентльмены, — сказал Мальгрим с самой изысканной улыбкой. — Я объясню, почему мой дядя мнется и не решается договорить. Он не может без моей помощи вернуть Диммоку его прежний облик.

— Будь у меня побольше времени — вернул бы.

— Может быть. А может, и нет. Но время не терпит, дорогой дядюшка.

— Это правда, — сказал Сэм. — Дракону давно пора исчезнуть.

— А я помогу вам только в том случае, если вы примете мои условия, — продолжал Мальгрим невозмутимо. — Я хочу войти в правление новой компании. И, кроме того, дядя, вы должны вызволить Нинет из гусиного стада.

— Ах, так вот она где! Ну и поделом ей! — сказал Сэм. Ох, уж эта Нинет! Да и вы тоже хороши! «Королева Ореховых Тортов тысяча девятьсот шестьдесят первого года!» Что за дурацкая выдумка!

— Да нет, просто шутка, — сказал Мальгрим. — Для разнообразия, чтобы как-то развлечься среди суровой действительности. Но вы слышали мои условия, джентльмены?

Сэм умоляюще поглядел на старого волшебника.

— Магистр Марлаграм, прошу вас…

Но, прежде чем он успел договорить, появилась Мелисента, словно по мановению волшебной палочки.

— Магистр Марлаграм, — сказала она, — вы нам помогали, и мы очень благодарны вам за это, но зачем же теперь все портить!

— Одну минутку, — сказал Марлаграм с тревогой. — Вы как сюда проникли?

— И я как раз хотел спросить то же самое, — сказал Мальгрим.

— Вы не могли войти сюда сами.

— И никто не может без нашего позволения. В конце концов, мы ведь волшебники.

— Так кто же вам помог?

Мелисента улыбнулась.

— Ну, если вас это интересует, в замок только что прибыла моя троюродная сестра, а она — ученица феи Морганы.

— Что-о? — Марлаграм с Мальгримом разом подскочили и быстро заговорили, перебивая друг друга:

— Племянник, мы не потерпим здесь молодую колдунью…

— На последней конференции в Авалоне эта территория была отдана нам безраздельно…

— Но ты ведь знаешь женщин, племянник. Слушай, нам надо объясниться, Диммок, дракон, дела компании и все прочее…

— Правильно, дядя. И тогда станет ясно, кто имеет право колдовать на этой территории.

— Извините нас, мы ненадолго, Ну-ка, племянник, раз, два, три…

И они исчезли.

Мелисента засмеялась и села на стул.

— Я так и думала, что мне живо удастся их спровадить. Нет у меня никакой троюродной сестры, которая училась бы у феи Морганы. И вошла я сюда без всяких помех, — наверно, невидимый демон, который следит за домом, чем-нибудь расстроен сегодня. Ну, разве я не умница, Сэм, милый?

— Да, Мелисента, дорогая, — сказал Сэм, который никак не мог прийти в себя от удивления.

— Понимаешь, старик, надо держать ухо востро, всякая женщина становится колдуньей, когда захочет, — сказал Планкет. — Ну ладно, давайте-ка испытаем этого невидимого демона. — Он пристально уставился в пустоту примерно в трех футах над столом и повелительным тоном сказал: — Хочу еще большую чашу мальвазии.

Целая бутылка вина вылилась ему прямо на голову. Откуда-то сверху раздался демонический хохот. Мелисента тоже прыснула, а Планкет плевался и шипел от злости. Потом Мелисента серьезно поглядела на Сэма.

— Дорогой, как только эта история с драконом будет улажена и отец успокоится, нам придется решать, где будет свадьба, и потом, конечно, какой наряд мне надеть.

— Насчет наряда уж ты сама решай, — сказал ей Сэм.

— Не беспокойся, милый, я так и сделаю.

— А что до свадьбы, — продолжал Сэм, — так я думаю, пусть она будет вроде бы смешанной. Я хочу сказать, два мира так смешались, что на свадьбе должны быть гости из обоих.

— Вот это правильно, старина, — сказал Планкет, который уже успел вытереться. — Кстати, это пойдет на пользу новой компании.

— Какой компании? — спросила Мелисента.

— Это скучные деловые разговоры, дорогая. Дела предоставь нам.

На миг в комнате стало темно, все вокруг закачалось, и появились оба волшебника; они тяжело дышали, но улыбались.

— Чистая работка. Хи-хи-хи! Диммок сейчас будет здесь. Мы оставили на поляне драконову голову, чтобы король Мелиот мог на нее полюбоваться. Он туда пойдет, Сэм. Это мы тоже устроили. Хи-хи-хи!

— А теперь я могу открыть вам, — сказала Мелисента, что никакой колдуньи в замке нет. Я просто подшутила над вами. Но в чем дело? Отчего вы глядите на меня так, будто у меня нос блестит?

Марлаграм рассмеялся.

— Вы ошиблись всего на один день, принцесса. Молодая колдунья прибывает завтра.

— Она увидела Сэма в волшебном зеркале, — сказал Мальгрим многозначительно.

— Как? — Мелисента пришла в ужас. Она крепко схватила Сэма за руку. — В таком случае его она здесь не увидит. Но зато увидит меня, и если она вообразила, что может явиться сюда и…

Тут вошел Диммок, запыхавшийся, красный и взволнованный.

— Прошу прощения… принцесса Мелисента… джентльмены… Но знаете ли, когда вдруг перестаешь быть драконом и пулей вылетаешь из леса, это, скажу я вам…