Девятое Правило Волшебника или Огненная Цепь - Гудкайнд Терри - Страница 119

При ближайшем рассмотрении место последнего упокоения Исповедниц оказалось намного обширнее. Деревья были рассажены так, чтобы разделить открытую площадку на части и придать ей вид, призывающий к задумчивости и тихой грусти. Судя по тому, как была проложена единственная дорожка от красивых, застекленных дверей дворца до небольшой колоннады, увитой плющом, предполагалось, что кладбище будут посещать исключительно те, кто живет во дворце. В пасмурном свете это тихое место под пологом ветвей казалось святилищем.

Они нашли Ричарда на пригорке, который в солнечный день казался бы зеленым и милым; он стоял под дождем перед высокой каменной плитой и ощупывал пальцами надпись, высеченную в полированном граните — пять букв, составляющих имя:

КЭЛЕН.

Ричард ухитрился где-то найти лопаты и мотыги. Теперь они лежали наготове у его ног. Осмотревшись, Никки обнаружила в отдалении, за живой изгородью, крыши каких-то хозяйственных строений — видимо, там Ричард и нашел инструменты.

Тихонько подходя к нему, Никки чувствовала, что Ричард сейчас стоит на грани чего-то очень опасного… для него самого. Она остановилась у него за спиной и, сложив руки, терпеливо ждала, пока он с невыразимой нежностью обводил пальцем имя Кэлен на камне.

— Ричард, — наконец негромко произнесла Никки, чувствуя, что здесь следует говорить почтительно, — надеюсь, ты обдумаешь то, что я сказала, и если все сложится не так, как тебе сейчас представляется, знай: мы готовы помочь всем, чем сможем.

Он отвернулся от могилы.

— Не беспокойся обо мне, Никки. Под этим камнем ничего нет. Ее здесь нет. Я хочу, чтобы вы все это увидели и наконец-то поверили мне. Я хочу вернуться к настоящей жизни. И когда я это сделаю, вы все поймете, что дела в мире идут очень и очень криво. И вот тогда нужно будет понять, что же происходит — а тем самым мы найдем и путь к Кэлен.

Посмотрев на нее в упор, видимо, выжидая, осмелится ли она снова спорить с ним, Ричард, не добавив ни слова, взял лопату и, сильно нажав ногой, вонзил ее в небольшой, поросший травою холмик рядом с плитой, обозначающей место захоронения одной из Матерей-Исповедниц.

Зедд стоял молча, не шевелясь, и просто смотрел. Он принес с собой два фонаря и поставил на каменную скамью неподалеку. Они давали слабый, но ровный свет. Сырость пропитала все вокруг, от земли поднимался туман. Хотя небо сплошь затянуло черными, будто чугунными, тучами, по тускнеющему освещению Никки определила, что близится закат. Было новолуние, а значит, их ожидала беспросветно-темная ночь. Звезды, и те скрылись за тучами, не желая светить.

Даже без дождя и надвигающейся темноты не самое лучшее время раскапывать могилы.

Ричард работал сосредоточенно, яростно, и Кара, не утерпев, взялась за вторую лопату.

— Чем скорее мы с этим справимся, тем лучше!

Она воткнула лопату во влажную землю с другой стороны могилы и принялась копать. Зедд все стоял, и выражение его лица становилось все угрюмее и угрюмее. Никки тоже хотела бы помочь, но размеры могильного холмика позволяли работать, не мешая друг другу, только двоим. Она могла бы применить магию, чтобы проделать яму в земле, но ощущала, что Зедд этого не одобрит — ему хотелось, чтобы Ричард сделал все сам, своими силами. Это было его дело, Ричарда.

Мало-помалу смеркалось. Ричард и Кара углублялись в землю. Теперь они взялись за мотыги, чтобы прорваться сквозь плотное переплетение корней, пронизавший землю кладбища. Толщина этих корней подсказала Никки, что могила намного старше, чем казалось Ричарду. Если он это и заметил, то не желал подавать виду. Никки предположила, что могила и впрямь может оказаться ненастоящей — ведь корни могли вырасти такими толстыми просто потому, что их никто не тревожил. Если Ричард прав, то создатели ложного захоронения ограничились бы небольшой ямкой, куда можно было бы уложить урну с пеплом. Но Никки ни на минуту не допускала такого оборота событий. Лопата за лопатой мокрый чернозем вылетал из ямы и шлепался, сразу раскисая под дождем, рядом с разрытой могилой.

Хотя Зедд так ничего и не произнес, по выражению его морщинистого лица Никки видела, что идея извлечения на белый свет останков Матери-Исповедницы бесит его все больше, даже если это и поможет решить загадку. Казалось, он способен разразиться потоком слов в любой момент, но сдерживается. Никки полагала, что он выжидает, когда Ричарду откроется истина, — но стиснутые челюсти и нахмуренные брови Зедда не обещали ни сочувственных заверений, ни приятных речей. Поведение внука возмущало его.

Когда головы Ричарда и Кары, мокрые, покрытые потом, уже едва виднелись из ямы, лопата Ричарда неожиданно глухо стукнула, ударившись во что-то твердое.

Кара бросила копать. Ричард был ошеломлен и смущен; ведь он полагал, что в могиле не найдется ничего, в крайнем случае — маленькая урна с пеплом, но урну не стали бы закапывать столь глубоко.

— Наверное, это урна с прахом, — сказал он наконец, взглянув на Зедда. — Больше здесь нечему быть. Не стали бы они попросту сыпать пепел на землю! Ведь похороны должны были выглядеть как настоящие, и полагалось быть урне, которую все приняли за вместилище пепла Кэлен.

Зедд промолчал.

Кара коротко посмотрела на Ричарда и ткнула лопатой в землю. Снова раздался глухой стук. Откинув тыльной стороной ладони мокрые волосы с лица, она посмотрела на Никки.

— Да, похоже, ты что-то нашел! — Зловещий голос Зедда словно вонзился в туман, скопившийся над кладбищем. — Полагаю, нам следует убедиться, что же это такое.

Ричард оглянулся на деда, но все-таки вернулся к работе. Вскоре они с Карой расчистили плоскую поверхность. Было слишком темно, чтобы разглядеть ее отчетливо, но Никки и так знала, что это.

В ближайший момент истина наконец должна была раскрыться.

Заблуждениям Ричарда наступал конец.

— Не понимаю, — пробормотал Ричард, смущенный слишком большим размером находки.

— Очисти как следует эту крышку, — велел Зедд с плохо скрываемым раздражением.

Ричард и Кара поспешно и осторожно счистили мокрый грунт, и больше нельзя было сомневаться, что они нашли гроб. Когда крышка показалась целиком, Зедд велел им выбраться из ямы.

Старый волшебник простер руки над открытой могилой, обратив ладони к небу. Вскоре Ричард, Кара и Никки увидели, как тяжелый гроб начал подниматься в воздух. Куски мокрой земли падали с него в зияющую темную яму. Отступив на несколько шагов, Зедд при помощи своего дара мягко опустил гроб на траву рядом с раскопом.

Это было настоящее произведение искусства, сплошь покрытое резьбой, изображающей листья и побеги папоротника, инкрустированное серебром. Чувствовалось, что его делали с великим почтением и печалью. Потрясенный Ричард уже не представлял, что же там внутри.

— Открой, — приказал Зедд.

Ричард смотрел на него непонимающими глазами.

— Открой, — повторил Зедд.

Ричард наконец очнулся, опустился на колени рядом с красивым гробом и попытался аккуратно снять крышку кончиком лопаты. Кара взяла со скамьи фонари, один подала Зедду, другой подняла высоко над головой, подсвечивая Ричарду.

Повозившись немного, Ричард сумел приподнять и сдвинуть тяжелую крышку.

Свет фонаря, поднятого Карой, упал на истлевшее тело, почти превратившееся в скелет. Благодаря прочности гроба тело, видимо, не испытало воздействия сырости на своем пути к превращению во прах. Кости были покрыты пятнами, что указывало на долгое лежание под землей. Длинные волосы, все еще крепко державшиеся на черепе, рассыпались по плечам. От кожи и мышечной ткани почти ничего не осталось, кроме сухожилий, соединяющих суставы и особенно косточки пальцев. Даже сейчас, много времени спустя, пальцы сжимали давным-давно высохший букет цветов.

Тело Матери-Исповедницы было облачено в изысканно-простое платье из белого атласа, с квадратным вырезом у шеи, открывавшим теперь обнаженные ребра.

Букет, который когда-то вложили в руку покойницы, был обернут кружевом, расшитым жемчужинами, и обвязан широкой золотой лентой. По золотому полю серебряной нитью было вышито: «Возлюбленная Мать-Исповедница Кэлен Амнелл, ты навечно останешься в наших сердцах».