Капкан для киллера – 2 - Карышев Валерий Михайлович - Страница 63

– А это еще зачем? – удивился я.

– Ну, например, если два квадрата – что это означает?

– Двести тысяч долларов.

– Правильно.

– Но для чего такая шарада нужна?

– Мало ли... Может, телефон прослушивается, может, провокация какая. Так вот, я скажу тебе, сколько квадратов, а ты поймешь, сколько денег нужно.

В этот же вечер Джурич позвонил мне и назвал сумму в пятьсот тысяч долларов. Именно столько требовал генерал за информацию о Солонике. Более того, за эту сумму он не только обещал дать информацию, но и показать одному из нас самого Солоника, живого.

Теперь необходимо было связаться с Москвой. В этот же вечер я позвонил Геннадию Михайловичу. Он сразу узнал меня.

– Что случилось? – сразу спросил он.

– Да ничего особенного. – И я коротко рассказал ему о последних событиях, связанных со слежкой, о выходе на генерала и о переговорах с ним.

Геннадий Михайлович внимательно выслушал меня, потом неожиданно спросил:

– А вы уверены, что все это так и есть? Нет ли в этой акции и в вашей будущей встрече какой-либо провокации?

– Да вроде нет... Если учитывать то, что этот человек, – я имел в виду генерала, – очень корыстный, то какой ему смысл подставлять нас? Надо проверить только гарантию. – Сделав паузу, я спросил: – А вам-то эта информация интересна?

– Чрезвычайно! – тут же ответил Геннадий Михайлович. – Настолько интересна, что я в ближайшее время высылаю человека на эту встречу. И все, что связано с гарантией и с процедурой передачи, мы продумаем.

– Да, я же не сказал вам самого главного! – Я вспомнил, что не назвал суммы, затребованной генералом. – Там очень большая сумма – пять квадратов.

– Каких еще квадратов? – не понял Геннадий Михайлович.

– Ну, пятьсот тысяч зеленых...

– Ничего, эта сумма нас не пугает. Вы где остановились?

Я назвал свой адрес.

– Прекрасно. Я думаю, что через пару дней к вам придет человек. А вы будьте очень осторожны. И никаких самодеятельных встреч с этим человеком сами не устраивайте. Тут должны действовать только профессионалы.

На следующее утро я решил позволить себе отдохнуть – съездить на машине на теплое озеро, которое никогда не замерзает и температура воды в нем круглый год около двадцати градусов тепла. Это элитное место, находящееся между морем и горами.

Я лежал на топчане на берегу озера и наслаждался отдыхом. Тут зазвонил мобильный телефон. Звонил адвокат Джурич.

– Как дела? – спросил я.

– У меня появился новый клиент. Вернее, клиентка, – сообщил Гойко.

– Ну что же, поздравляю! Она русская?

– Да, русская.

– Опять тебя выбрали? Наверное, в Греции мало адвокатов, которые говорят на русском языке? – улыбнулся я.

– Их вообще нет, – ответил Джурич и продолжил: – Так вот, про клиентку. Она тебя знает. И она хочет, чтобы ты пришел вместе со мной к ней в изолятор.

– Погоди, что за клиентка? О ком ты?

– Ты помнишь взрыв на площади Омония пару дней назад?

– Конечно, помню...

Как же мне его не помнить, когда при этом взрыве погиб Костя, с которым я общался очень тесно и долго! Тут же я сообразил, что эта новая клиентка – Лика. Так вот почему тот полицейский из «Хонды» подошел к ней! Значит, она все же арестована. А почему она хочет, чтобы я пришел к ней на встречу? Она что, рассчитывает, что я ее вытащу? Но каким образом? Я же здесь нахожусь как частное лицо и не имею никакого допуска.

– Так что, я могу надеяться на твою встречу с клиенткой?

Я помолчал, раздумывая. Но выхода не было.

– Кстати, – добавил Джурич, – она сказала, что хочет передать тебе очень важную информацию. Но она настаивает, чтобы пришел именно ты.

Перед моими глазами стояло улыбающееся лицо помощника генерала Яниса. Хотя, впрочем, если они заодно, так чего мне бояться?

– Хорошо, я приду, – ответил я. – Когда мы поедем?

На следующее утро, в одиннадцать часов, мы с адвокатом подъехали к Главному полицейскому управлению Афин, где в одной из камер следственного изолятора находилась Лика.

Без труда мы оформили документы для свидания. Вскоре я уже сидел в комнате, ожидая, когда полицейские приведут задержанную. Через несколько минут дверь открылась, и я увидел Лику. Внешний лоск пропал полностью. Она выглядела жалкой и какой-то поникшей. Увидев меня, она слегка улыбнулась, молча опустилась на стул и посмотрела на адвоката.

– Мы можем поговорить с ним один на один? – спросила Лика.

Гойко неопределенно пожал плечами:

– Почему нет? Без проблем.

Он поднялся и вышел в коридор.

– Ну вот, – сказала Лика тихо, – вам удалось все подстроить...

– Что именно подстроить? – поинтересовался я.

– Кто на меня полицейских навел? – Лика пристально посмотрела на меня. – Меня же сразу на площади задержали. Кто это сделал – ты или Костя?

– При чем тут я? – удивился я.

– Впрочем, да, ты этого сделать не мог. У тебя нет прямых выходов на полицейских. Но Костя тоже не мог этого сделать – слишком уж он их боялся. Но тогда кто же это сделал? Кто их навел?

– А с чего ты решила, что их кто-то навел? Может быть, они случайно там оказались?

– Может быть, и так. Теперь не это главное. Значит, так. Я не буду с тобой долго говорить. Но сейчас от тебя, – она внимательно взглянула на меня, – зависит моя жизнь. Я все понимаю, поэтому предлагаю тебе сделку.

– Какую сделку?

– Очень простую. Тебя же интересует этот человек, которого ты ищешь? – Лика подняла глаза к потолку, давая понять, что тут все может прослушиваться.

Я понял, что она имеет в виду Солоника.

– Предположим, да, – осторожно ответил я.

– Так вот, – Лика наклонилась ко мне и на ухо прошептала: – Я готова сказать тебе, где он находится, и даже указать место. Ты сможешь с ним встретиться. Но для этого ты должен дать показания в пользу меня, то есть заявить себя в качестве свидетеля и вытащить меня отсюда.

– Подожди, Лика, во-первых, почему я должен тебе верить? Ты уже столько раз нас обманывала!

– Сейчас я тебе дам информацию, которая послужит тестом на мою правдивость и осведомленность, – тихо сказала Лика. – Ты помнишь Антона?

– Конечно.

– Ты знаешь, кто его убрал?

Я отрицательно покачал головой.

– Его напарник. Знаешь, кто был его напарником?

– Нет, откуда же мне это знать?

– Некий Миша Кокшенов. Ты слышал о таком? Он из ореховской бригады. Но самое главное – Миша был близким другом Пирожка. Пирожок же считался другом Солоника. Потом он умер от передозировки.

– В принципе что-то сходится, – сказал я.

– И еще один у них в команде был – Зайцев. По-моему, его звали Борис или Геннадий, – добавила Лика. – Потом он сразу уехал – то ли в Чехию, то ли в Венгрию. Вот тебе информация.

– А почему Антона убрали?

– Из-за денег все дело.

– А какое отношение это имеет к нашему человеку? Почему я должен тебе верить?

– Пожалуйста! – неожиданно взмолилась Лика. Ее настроение резко изменилось. Она взяла мою руку и стала нежно гладить ее. – Я очень тебя прошу – вытащи меня отсюда! Я не могу тут находиться! Я этого не выдержу!

Мне стало жалко ее.

– Лика, понимаешь...

– Ты что, думаешь, что я виновата в смерти Кости? – прервала меня Лика. – Я этого не хотела! Костю убрали другие люди.

– Кто же? – тут же спросил я.

– Я не знаю. Но он был темной лошадкой и был связан с полицией.

– Но ты же сама недавно говорила, что Костя избегал полиции!

– Я имею в виду, что он был связан со спецслужбами греческими. Он был их информатором.

Я схватился за голову:

– Я уже устал распутывать, кто у вас тут информатор, кто – тайный агент!

– Я об одном прошу – помоги мне, вытащи меня отсюда! Умоляю тебя! Хочешь, я на колени встану?

– Погоди, Лика! Как ты представляешь, что я смогу тебя вытащить? Я же в Греции не адвокат, и у меня в этой стране никаких прав нет. Тут не признаются права российских адвокатов.