Близкая женщина - Делински Барбара - Страница 46

– Не получится, – проговорила она, изгибаясь и потирая ушибленный локоть. – Я видела душ. Он явно не рассчитан на двоих.

– Я тебе уже надоел? Ты начинаешь раскаиваться? – хрипло проговорил он.

– Я? Ничего подобного! – Ушибленный локоть уже был забыт. Она обвила руками его шею, а ногами обхватила его бедра. – Я ни о чем не жалею!

– В твоем голосе не слышится особой уверенности, – сказал он, касаясь губами ее губ.

– Не то чтобы я была не уверена… Но, впрочем, бифштексы могут подождать… – задумчиво проговорила она.

Он закрыл ей рот поцелуем. Она с жаром ответила на его поцелуй и замерла в ожидании. Но он не отнес Данику на кровать, а слегка приподнял ее и вошел в нее стоя. Хватая ртом воздух, она обвила руками его шею. Ритмические движения его бедер сотрясали ее, словно электрические разряды. Ей казалось, что от наслаждения она рассыпается на тысячу осколков и вот-вот умрет… Впрочем, она не боялась. Если она умрет, то умрет счастливой.

Около полуночи они наконец подкрепились бифштексами, снова занялись любовью, а потом заснули до рассвета.

Никогда прежде Даника не испытывала такого наслаждения. И теперь она знала – почему. Им было так хорошо потому, что они любят друг друга. С Майклом она забывала обо всем на свете. Свойственное ей смущение куда-то исчезло, терпение и нежная страстность Майкла сделали ее уверенной и раскованной. Отбросив стыдливость, она ласкала его тело и давала Майклу ласкать себя. Один раз, нашептывая слова любви, он опустился между ее разведенными в стороны ногами, и его бархатный язык поднял ее в заоблачную высь экстаза.

Утром ей показалось, что она не сможет удержаться на ногах.

– Я чувствую себя столетней старухой, – призналась она, когда они завтракали яичницей с беконом.

– Глядя на тебя, этого никак не скажешь, – заметил Майкл. – Ты вся сияешь.

– Это все из-за твоей щетины, – усмехнулась Даника. – Ты всю меня исколол.

Он взглянул на ее щеки и потер свой подбородок.

– Кажется, ты права, – пробормотал он. – Я должен был побриться…

Но Даника быстро протянула руку и погладила его легкую щетину.

– Вовсе нет! Тебе очень идет эта легкая небритость – ты просто неотразим. И безумно сексуален. Разве тебе никто этого не говорил? – Майкл отрицательно покачал головой, а она продолжала:

– Я запомнила тебя таким с первого дня нашего знакомства. Ты был такой заросший, но такой милый и добрый… Ты и не можешь быть другим.

– С тобой – да, – кивнул он и, наклонившись, поцеловал ее.

А потом отправился бриться.

Даника настояла на том, чтобы он разрешил ей находиться во время этой процедуры рядом. Они вообще старались не разлучаться ни на минуту, словно предчувствуя, что разлука не за горами. Целовались, разговаривали, просто держались за руки… Словом, наслаждались каждым мгновением.

Они миновали побережье Пенобскота, а потом медленно двинулись на юг. Вечером бросили якорь у одного острова, южнее Порт-Клайда. Этот ужин проходил у них при зажженных свечах с шампанским. Потом они долго лежали на кровати и беседовали. В эти минуты обоим казалось, что никто и ничто не сможет их разлучить.

Умиротворенные, они заснули. Когда на следующее утро Даника проснулась, то услышала стук работающего двигателя. Сбросив одеяло, Даника выбежала на палубу.

– Почему ты меня не разбудил? Я должна была подняться с тобой!

Майкл нежно прижал ее к себе.

– Сейчас только семь утра, а ты была такой уставшей… – Он поцеловал ее в висок. – Яхту нужно вернуть к десяти. Я подумал, что пора отправляться в обратный путь.

День был облачным, а мысль о том, что нужно возвращаться, нагнала еще больше мрака. Даника старалась не думать о предстоящем расставании.

– Ты что-нибудь ел? – спросила она.

– Нет еще, моя заботливая.

– Хочешь?

– Не откажусь.

Даника похлопала его ладонью по животу и отправилась готовить завтрак.

После завтрака она тщательно все перемыла и вернулась к Майклу, но чем ближе они подплывали к Кеннебанкпорту, тем тяжелее становилось у нее на душе. Взгляды Майкла говорили о том, что и ему невесело. Он старался ни на минуту не отпускать ее от себя: обнимал за плечи или за талию, но все равно казался ей каким-то далеким. Когда до берега оставалось минут тридцать, Майкл внезапно заглушил мотор и повернулся к Данике.

– Разведись с Блейком, – твердо сказал он. – Разведись с ним и выходи за меня замуж. Я говорю это совершенно серьезно.

У нее сжалось горло. Она не сомневалась, что, когда они станут близки, этот вопрос неизбежно возникнет. Знала и боялась этого.

– Я прекрасно понимаю, как ты относишься к разводу, – хмурясь, продолжал Майкл. – Понимаю, каким ударом будет развод для твоих близких. Но то, что у нас есть, другие люди ищут и не находят на протяжении всей жизни. Мы не можем так просто от этого отмахнуться.

Даника не отрываясь смотрела на него. Ах, если бы он не заводил этого разговора!.. Но Майкл не был бы самим собой, если бы в конце концов не сказал ей этих слов. Удивительно, что он еще молчал так долго.

– Не молчи, Даника, – попросил он. – Скажи что-нибудь.

– Что я могу тебе ответить?

– Скажи да или нет. Скажи хоть что-нибудь.

Она покачала головой.

– Мне нечего сказать. Неужели ты думаешь, что я сама не задавала себе этот вопрос?! Майкл, у меня нет ответа. Сердце говорит мне одно, а разум другое… Вряд ли я сейчас готова на что-либо решиться. По крайней мере.

Майкл в отчаянии сжал кулаки.

– Что такого дает тебе Блейк, чего не могу дать я? – с жаром воскликнул он.

Она лишь снова покачала головой.

– Ты ненавидишь Вашингтон, а Блейк его обожает, – продолжал он. – Он терпеть не может Мэн, а ты его любишь. Вас объединяет только дом в Бостоне. Да и то разве это дом? Вас связывают лишь условности. Ваш брак – это брак без любви. Разве я не прав?

Она по-прежнему молчала.

– Когда последний раз ты смеялась при нем? Когда ты наслаждалась с ним любовью?.. Разве тебе было с ним когда-нибудь так хорошо, как со мной?

– Никогда! – призналась она. – Мы с ним вообще целый год не спим вместе…

Майкл догадывался об этом.

– Ты об этом жалеешь? – спросил он.

– Нет, – тихо ответила она. – Мы не любим друг друга.

– Тогда что же у тебя с ним общего?

– Секс – это еще не все.

– Но не так уж и мало. По крайней мере, для нормального брака. Неужели ты этого не понимаешь?

Она удрученно кивнула.

– Конечно, понимаю. И очень хорошо… Но есть еще много других вещей, которые…

– Вещей или людей? – уточнил он.

– Какая разница? Ах, Майкл, как ты не понимаешь! Я знаю, что тебе очень больно. Поверь, я чувствую то же самое. Но я столько лет жила, как жила, и не могу в один день закрыть на все глаза, как будто этого вообще не существует…

– Разве то, что произошло между нами в эти дни, ничего не значит для тебя?

– Господи, для меня это все! Можно даже сказать, я чувствую себя совершенно другим человеком. С Блейком у меня не было ничего подобного.

– Что ты имеешь в виду? – спросил Майкл, хотя прекрасно понимал, о чем она.

Даника смутилась, но потом твердо сказала:

– Я почувствовала себя свободной. Узнала, что значит наслаждаться собственным телом, что значит наслаждаться партнером – тобой!

– Ну и что ты об этом думаешь?

– Ты и сам все понимаешь. Мы любим друг друга – в этом все дело. Лучше тебя я никого не встречала… Но все равно это ничего не меняет. Вернее сказать, меняет, но не все… У меня есть свои обязанности. – Она перевела дыхание. – Этот уик-энд открыл мне новый мир. Когда я говорила, что не жалею о том, что случилось, то говорила правду. Но это не значит, что я забыла обо всем остальном. Мне нужно время, Майкл. Я понимаю, что требую слишком многого, но не могу по-другому… – Она отвела взгляд. – Мне нужно подумать, как отреагирует Блейк. Что скажет отец…

– Черт побери, при чем тут твой отец? – вырвалось у Майкла. – Если ты останешься с Блейком, разве это что-то решит? Ты перестанешь мучиться сомнениями?