«Анатомия» любви, или Женщины глазами человека - Зеленогорский Валерий Владимирович - Страница 16

Каждый день я вижу эту парочку с собачкой, единственной родной душой для них, в парке или в магазине. Их взгляды полны нежности друг к другу, они не мешают никому, не сетуют на судьбу, просто доживают век рядом с нами, и никому до них нет дела. Когда-нибудь в хрестоматии по литературе начала XXI века о них напишут ручками, придуманными их папой и мужем, что они были лишними людьми, балластом времени перемен. Наверное, это так, но все-таки какой чудесный народ достается власти в России уже не одну тысячу лет!

С.С. + Маша и другие

Прелюдия

Сергей Сергеевич – зрелый мужчина после пятидесяти, у которого пока еще ничего не болит, – жил себе и не мучился.

Спортом не занимался, боролся с весом, но вяло, как только завязывать ботинки становилось трудно, он закрывал рот и не ел неделю, без еды было скучно, но жить можно. Выпивал, как правило, только в пятницу, но иногда и в среду, четверг и понедельник, много не пил, так, двести – триста водочки с пивом было его нормой. По его теории пить пиво с водкой правильно потому, что пиво дает стремительный результат, выступает как ускоритель, но и выводит алкоголь быстро.

Работу С.С. не любил, смысла большого в ней не было. Он работал вице-президентом банка по связям с госорганами, т. е. его работа была выпивать с чиновниками и коррумпировать их по мере возможностей. Людей этих С.С. знал из прошлой жизни, а новое поколение управленцев с ноутбуками было еще циничнее, деньги брали и без застолья, чего время зря тратить, да здоровый образ жизни стал модным.

Платили ему хорошо, денег хватало, не олигарх, конечно, но конверт он получал очень пухлый, там всегда лежала «котлета» плюс бонус, соцпакет и карта на представительские расходы. Единственное неудобство – это ежедневные обеды и ужины с нужными людьми, иногда ему казалось, что он стал машиной для переработки деликатесов. Он ненавидел суши и морепродукты, а его клиенты любили за его счет съесть дюжину устриц, омаров и прочих лангустиков. Сам он любил водочку, селедочку, огурец и котлеты. С женским полом С.С. был в состоянии полного и мирного сосуществования. Жену любил, но спал в кабинете уже лет девять. Иногда посещал с партнерами сауны, где можно было получить полный пакет услуг и любовь и оплатить это с корпоративной карты. Любви или хотя бы романа он не ждал, хлопотно это все. Глядя на своих знакомых, которые путались с молодыми, он видел, что беспокойство и проблемы с этими кисками нарушают гармонию и стабильность сладкой жизни.

С.С. вел замкнутый образ жизни, в театры не ходил, в консерватории тоже, все это было в молодости, тогда он все посмотрел и послушал, а с возрастом стал более избирательным и не давал себя инфицировать глупыми фантазиями, осталось из старых привычек чтение книжек, которых стало много и совершенно доступно. Раз-два в месяц он заезжал в кафе-магазин О.Г.И., покупал десять новинок и тем занимал свою духовную плоть. Телевизор почти не смотрел, кроме новостей, по старой привычке не пропустить очередную гадость государства. Остальное в ящике его смешило: рейтинги, ток-шоу, реклама смогут испортить аппетит даже здоровому человеку. Мог посмотреть фильм типа «Крепкий орешек», и все, Ларсов фон Триеров и Вуди Алленов не понимал. Из новых привычек появилась лишь страсть поиграть в автоматы, но только по маленькой, однако иногда мог завестись и просрать немало. В игре была какая-то новая реальность и некая замена оргазма, который уже приходил реже и реже, видимо, причинное место перекатилось в голову.

Легкие романы с С.С. случались, его любимым контингентом были секретарши его руководителей, отношения с ними складывались легко, они все любили дорогие рестораны, куда их не водили кавалеры, и мелкие подарки (трусы «Ла Перла», например, с последующей примеркой, или новый мобильный). Размышляя о том, почему же секретарши становятся его легкой добычей, он пришел к выводу, что, используя их по назначению, он получал как бы дополнительный бонус в виде того, что он таким способом имел еще и начальников своих. Пустячок, а приятно.

В какой-то поездке в очередной филиал он познакомился в ресторане с девушкой Машей, пришедшей на день рождения подруги по фирме, где они торговали металлом. Платили им хорошо, девушки были материально независимы и за стол могли заплатить сами. С.С. не скучал, он любил один посидеть за выпивкой без разговоров, и сам себе он был интересен. Машу он приметил сразу, было в ней что-то яркое, хотя тип ее был не его. Ему нравились невысокие брюнетки с большой грудью и попой стульчиком. Маша была блондинкой без груди, со спортивной фигурой, с тяжелыми ногами, раскачанными при езде на велосипеде или коньках. Смотрела она прямо, без кокетства и ужимок, выпивала аккуратно, пластика ее рук радовала естественностью, и отсутствие выпендрежа в одежде и косметике говорило о том, что девушка психически здорова и не закомплексована. Ресторан был приличным, музыканты играли крепко и пели весь набор русского шансона с энтузиазмом. С.С. танцевать не любил, живот и потеря квалификации лет двадцать назад не поднимали его от стола уже много лет. Выглядеть как Богатырев в фильме «Родня» ему не хотелось, и он решил совершить поступок, который поразил его своей неожиданностью. Он решил спеть со сцены песню Лозы «Плот», слова он знал смолоду, а петь он умел и знал это.

В молодости, будучи студентом на практике, он был солистом эстрадного оркестра «Волны», где пел «Червону руту» и «Эти глаза напротив…», и был звездой целой швейной фабрики. После первого выступления гл. экономист вызвал его в кабинет и посоветовал ему бросить экономику и пойти в артисты за всесоюзной славой. С.С. был человеком требовательным к искусству и решил не засорять своим голосом культурную пашню. Быстро договорившись с музыкантами, он запел и заметил, что Маша обернулась и слушала с широко раскрытыми глазами. После первой песни пришел успех, видимо, страсть прорвалась наружу, по просьбе гостей С.С. спел для Маши «Листья желтые» и «Таганку» и понял, что у него есть свой зритель. Через десять минут объявили «белый танец», и С.С. загадал, что, если Маша его пригласит (а он этого страстно хочет), он бросится в пляс, несмотря ни на что. Он знал за собой силу внушения, для того чтобы свершилось, нужно закрыть глаза и сконцентрироваться, повторяя про себя: «Я желаю этого». Он зажмурился и ощутил на своем плече чью-то мягкую руку, и голос с легкой хрипотцой позвал его в круг, он открыл глаза и увидел ее рядом, и запах ее был ему сладостен и приятен. Сам танец он не помнил, только чувствовал ее крепкие и нежные объятия. Он вспотел, нес ей какую-то чепуху, она почему-то смеялась, запрокидывая голову, шея ее была вся в красных пятнах, волнение ее он чувствовал всеми своими органами. Слияние двух лун произошло одномоментно. Танго закончилось, компания Маши переезжала в ночной клуб добавить огня, С.С. попрощался с девушкой, телефон не взял, утром он уезжал в Москву, а пригласить в номер не решился, боялся отказа, самолюбия смолоду было ему не занимать. В самолете он почувствовал, что ему жалко потерять это знакомство, но отыграть назад уже было нельзя. На следующий день после приезда он заметил, что Маша не выходит из головы, все гуляет в его мозгах. С.С. был человеком решительным и решил ее найти в чужом городе, имея в арсенале только имя и род ее занятий. Двадцать телефонных звонков – и вот телефон Маши на столе. Короткий перекур, и голос Маши в трубке. Быстро напомнив ей вчерашний танец, он почувствовал, что она удивлена его звонку и омерзения у нее он не вызывает. Десять минут разговора с Машей убедили С.С., что надо развивать успех. Он звонил ей каждый день, несколько раз в день, иногда после водочки пел ей в трубку песни, в общем, вел себя не по возрасту и зрелому уму. Через свою структуру он передал девушке мобильный телефон для спецконтактов в любое время. Он убедил Машу прилететь к нему на выходные, и она согласилась без условий. Встретил С.С. ее в Шереметьево и повез в дорогой пансионат, где все было богато, азербайджанский ампир, так он назвал этот стиль. Муранские люстры, золотая сантехника и много псевдоантиквариата… Ресторан там был советского типа, но готовили чисто и без фокусов. Была царская баня, русская, турецкая и японская в бочках.