Непотопляемая Атлантида - Миронова Лариса Владимировна - Страница 10

«Дядя» (деда) = «Тятя» = «тётя» – в нашем варианте. Тут мы должны выбирать, что нашему сердцу милее: или сознательную путаницу с родителями в далёком прошлом, или наличие матриархата во всех его проявлениях. Но пока референдум не состоялся, будем просто иметь этот факт ввиду (ам = ма – это отец, мулла, ом-он, му-жчина, л`ом – человек по-фр.). Таким образом, получаем: Святой арий мать (в смысле – отец) в качестве своего преемника назначает некоего, близкого ему сердцу «начальника Чукотки», то есть отец уже передаёт сыну свою колонизаторскую миссиию как бюрократу. Что же случилось в третьем мире дальше? Но у Авраама был ещё один сын – Измаил (от служанки Агари = ага-ария, что означает тоже «начальник», но не Чукотки, а в самой метрополии – арии. Итак, запахло региональным конфликтом: центр и место начинают ожесточённую борьбу амбиций. Завет божий должен дальше передаваться через Исаака. И ещё одно важное событие происходит в этот момент: возникает запрет на изображение Бога. Как люди научно подозрительные, мы тут же предположим, что, возможно, кому-то очень хотелось внести в дальнейшую теологию путаницу. То есть за Бога будут выдавать кого-то иного. Но вот Исаак в 40 лет женится на Ревекке (Ара-ава-ага – а это высокого рода начальница из метрополии), и не прошло и 20 лет, как у него родились близнецы – Исава и Иаков (аз-ава и ага-ава), и опять схожий конфликт! Центр против регионов. Исаак должен передат полномочия старшему – Исаву, но мать научила Иакова обмануть отца, и благословение получил он, родившийся держась за щиколотку брата. С иврита «акев» переводят как «щиколотка», но если мы прочтем это слово справа налево, то получим английское «прогулка», «ходьба пешком». Что почти точно отражено в слове «лааков» (walk) – Яков. А на иврите – это «следовать». Какая тут связь с русским? А простая «волоком» тащиться, то есть по земле. После чего Иаков испугался и сбежал из дома. В этой истории нам интересно вот что: чем же всё это закончилось для истории? Спросим у арабов, они вне подозрений на этот счет. Так вот, арабы утверждают, что их предком является как раз Измаил, и они – потомки Авраама. Что же касается Иакова, то он породил небезызвестного Иосифа, красавчика, весьма самовлюбленного и честолюбца, которого родные братья взяли да и продали своей родне – ишмаэлитам, которые как раз направлялись в Египет. Отца обманули (как в этой семье всё-таки любили обманывать родителей!), что Иосиф где-то случайно убит. В Египте с Иосифом случилась скверная история – типа «Клинтон-Моника наоборот». Однако, в отличие от Клинтона, ем пришлось сесть в тюрьму. Но он был бы не Иосифом, если бы не сумел втереться в доверие к фараону – и тот освободил его и к себе приблизил. Так он стал египетским чиновником. А тут как раз голод начался. И братья Иосифа пришли к фараону за зерном. Но пришли они не одни, младшего, любимчика Вениамина оставили дома. На случай, что если с ними что случится, чтобы род не прекратился вовсе. Иосиф их, конечно, узнал, братья его – нет. А дальше произошло то, что и у нас частенько происходит: подлый Иосиф подкинул наркотики в мешок младшего брата (серебряный кубок), и братьев при обыске обвинили в воровстве. В рабство вместо младшего пошел брат Иуда – чтобы отец не очень огорчался потерей второго любимого сына. И вот тут случился катарсис – с Иосифом, он понял, как был неправ, и что вся его красота лица просто ноль без палочки перед духовным величием братьев. Он признался братьям, что продажа его в рабство – безусловно благое дело, и он на братьев не в обиде. Потому что только так братья и могли получить зерно от фараона. Надо же, сказали братья, и пошли домой за отцом, чтобы всем вместе переселиться в богатый Египет к влиятельному родственнику, по дороге бурно обсуждая тему, как всё запутано, однако, в подлунном мире. Так потомки Авраама оказались в Египте. Однако могли ли люди, которые раньше так отчаянно интриговали друг против друга, мирно ужиться с египтянами? Так что кончилось всё и на этот раз плохо – исхододом под предводительством Моисея. Дальше не буду пересказывать известные всем события Книги Исхода, замечу лишь, что (и это в контексте Библии есть) бежали они не от рабства в прямом смысле, а из рабства «золотого тельца», то есть искали в пустыне (пУстынь, уединение) спасения от жадности и суекорытия, обуявших их сердца. Не зря же разъяренный Моисей репрессировал без разбору 3 тысячи своих сограждан, когда обнаружил их вновь (пока он общался с Богом и получал скрижали) тут же сотворившими в его отсутствие столь милого их сердцу золотого тельца. Как глубоко, однако, пустила корысть свои корни в их сердца! Вот с этого Иакова (которого потом – после богоборческого сна – переименовали в Израиля (изгнанного из рая-арии) и ведут свой род те, кто называется в Ветхом завете сыны Израилевы. Как-то с самого начала у них всё не заладилось. Скромнее надо быть, что ли… Не в тему нам здесь обсуждать, что «земля израильская» это бывшая «земля ханская» (Ханаан), и что в этой ханской земле как раз и было такое место – Хазария. Не она ли и есть тот самый библейский Израиль? Однако всему свое время, доберемся и до Хазарии, кстати, не такое уж плохое место в тогдатошнем мире. А здесь мы сделаем ещё один забористый анонс – но уже по поводу Китая: этот регион отделила от Собории не китайская стенва, а усилившиеся беспорядки и разбой повсеместный – и случилось это к началу первого века до рождества Христова. До того, худо-бедно, на всей колонизованной территории был-находился вполне цивилизованный свободный рынок. Стена, выстроенная из гравия, песка, тростника и сушеных прутьев кораснотала (которые прочнее стали), была… поначалу дорогой безопасности с запада на восток и наоборот – шли и ехали ПО СТЕНЕ. Много позже в стене сделали ворота – это уже был ход с севера на юг, заградакордон от тех, кто тхотел прорваться в северные районы. Это было небольшое отступление для того, чтобы понятливые могли слегка развеяться. Теперь, надеюсь, даже самые упертые согласятся с нашими исходными тезисами.

Ну, тогда все сюда, лингво-перекур закончен – бодро идём дальше, мы ведь в самом начале пути. И пока я играю роль вашего «Путина », прошу быть путёвыми читателями, а беспутные пусть отдыхают на обочине исторических просёлков и пьют пиво с тремя ведмедями. Работа нам, дорогие мои, как вы уже догадались, предстоит серьёзная, почти научная, с оптимистичными выводами, но, уверяю вас, весьма и весьма увлекательная.