Криминальная история России. 1989—1993. Люберецкие. Парни из Солнцева - Карышев Валерий Михайлович - Страница 152

– Братва! Мы с Виталиком покидаем вас. На время. Дело в том, что менты – а я получил достоверную информацию из надежных источников – собираются нам с Виталиком устроить конкретную жизнь, так сказать, с картинками… – Сергей намекал на то, что в ближайшее время их будут «прессовать» – задерживать. – Поэтому оставаться здесь нам не имеет смысла. Мы ляжем на дно в другой стране. Кстати, можете меня поздравить – в ближайшее время я получу гражданство Израиля.

– Каким это образом, Сергей Михайлович? Ты еврей, что ли? – спросил Константин.

– Нет, я женился на еврейке, на венгерской подданной. Так что Земля обетованная меня ждет. Мы с Виталиком там бизнес крутим. И вообще, я думаю, нам пора выходить и дальше на международную арену – в плане бизнеса, – уточнил Сергей. – На хозяйстве остаются Алексей, Константин и Эдик. Еще Юра. Смотрящим будет Марат – он сейчас подъедет сюда. Общак держит Юра. Третейское осуществляет Марат. Стрелки и разборки с братвой – на Косте и Эдике. Ты, Алексей, занимаешься поддержанием внутренней дисциплины в структуре.

Сергей отвел Синицына в сторону.

– И самое главное – говорю только тебе, Алексей. У нас кто-то скидывает информацию ментам. Это я точно знаю. Мне один мент эту информацию продал за бабки. Так что, Леха, вычисли гада и реши с ним. Да, и еще у нас новый человек. Я позже представлю его отдельно. Он будет заниматься контрразведывательной деятельностью. Большой профессионал в этом плане. Но имей в виду – его должны знать максимум три-четыре человека.

Провожать Сергея и Виталика приехали многие. Они улетали из Шереметьева сначала в Венгрию, а затем в Израиль. Сергей уже фиктивно развелся со своей русской женой, но так, что даже сыновья не знали об их разводе. Официально он зарегистрировал брак с еврейкой. Он должен был переехать с ней в Израиль и там получить гражданство и израильский паспорт.

Отъезд Сергея для многих членов группировки имел двоякое значение. С одной стороны, для них открывалось большое поле деятельности. Теперь они смогут работать самостоятельно, высоко подняться. С другой же стороны, это была явная потеря, так как на нем держались определенные тылы и прикрытия, а главное, авторитет Сергея в криминальном мире создавал для них надежную и стабильную «крышу».

«Ничего, – думал Алексей, – прорвемся!»

Вдруг кто-то крепко взял его за локоть.

– Синицын, здравствуй!

Алексей обернулся. Рядом стоял и улыбался Игорь Рыжиков.

– Вы?!

– Да, я, – сказал Рыжиков. – Теперь – твой коллега.

К ним подошел Сергей.

– Леха, вы же, по-моему, близко знакомы. Вот это и есть тот человек, который будет заниматься разведкой и контрразведкой. Это профессионал высокого класса. Да что я тебе говорю! А ты время от времени будешь приезжать ко мне за кордон, рассказывать, что и как. Помни – на тебя я возлагаю очень большие надежды. Именно на тебе будет держаться вся структура. Прощай, брат! – Сергей крепко обнял Алексея.

…Скрежет ключа, с трудом проворачивавшегося в замке, вывел Алексея из состояния глубокой задумчивости. Он на мгновение ощутил себя человеком, летевшим в машине времени, которая в долю секунды вернула его из года девяносто третьего в год девяносто шестой.

Он снова увидел вокруг себя стены камеры, темно-зеленые с пупырышками. На пороге стоял сержант, который его три дня назад сюда засунул.

– Синицын, с вещами на выход! – услышал Алексей голос сержанта, доносившийся до него почему-то с запозданием – он хорошо видел, как рот сержанта открывался и закрывался, но поначалу ничего не было слышно.

– Ты что, нанюхался чего-нибудь? – спросил сержант, с прищуром глядя Алексею в глаза. – Вид у тебя какой-то странный, будто ты не от мира сего.

Алексей промолчал. Ну не объяснять же, что он действительно был в другом мире – плавал по волнам своей памяти, как поется в песне Тухманова, и покрыл немалое расстояние – целых шесть лет, а может, и больше.

– Проходи вперед.

– Куда меня – на допрос, что ли?

– На выписку тебя, больше трех суток тебе здесь засиживаться не положено. Никакого обвинения тебе не предъявлено за это время, значит, ты чист, иди на волю. Сейчас поставишь на бумагах свою закорючку, где положено, и вперед.

Через полчаса Алексей вышел из изолятора временного содержания районного отделения милиции и сел на лавочку на находившейся рядом автобусной остановке. Мыслей в голове не было никаких, он просто смотрел на проезжую часть улицы. В этот момент прямо перед ним затормозила черная «Волга» с антенной на крыше.

– Специально заехал, чтобы тебя подвезти, – вылезая из «Волги» и улыбаясь, сказал Угрюмов. – До дому, не бойся. Пока на тебя у нас ничего нет. Отдохнуть тебе надо с дороги и после камеры. Но не радуйся, не думай, что все закончилось – для тебя все еще только начинается! Садись в машину.

Алексей с трудом выдавил из себя бодрую улыбочку и отрицательно помотал головой.

– Ну, как знаешь, – проговорил Угрюмов, забираясь обратно. – До скорой встречи, а пока советую ехать домой и вспоминать все, что было, – это тебе пригодится при разговорах с нами.

«Волга» тронулась с места и быстро свернула за угол, мигнув Алексею напоследок красными огоньками.

«Надо взять такси или хотя бы поймать частника», – подумал Алексей и, подняв руку, встал у края тротуара. Но редкие машины, проезжавшие в это время по улице, не останавливались.

Вскоре появился автобус, который шел прямо до его дома, хотя ехал очень долго. Двери автобуса открылись перед носом Алексея. Он секунду поколебался и шагнул внутрь. Алексей занял место у окошка и скоро под равномерное покачивание автобуса задремал. И волны воспоминаний снова нахлынули на него…