Дело разведенной кокетки - Гарднер Эрл Стенли - Страница 38

Затем на машинах Аргайла и Холлистера они поехали по дороге в сторону каньона. Гейтс рассказал Аргайлу о своем алиби, и Аргайл понял, что у него самого никакого алиби нет. Гейтс посоветовал побыстрее поехать в клуб и сообщить в полицию об угоне машины. Это должно было быть достаточным на случай, если кто-либо видел их на шоссе.

Потом разбили часы Холлистера, поставили стрелки на пять пятьдесят пять, а автомобильные часы на шесть двадцать одну. Оставив где-то машину Аргайла, подъехали к месту, где можно развернуться, выкинули труп, присыпали его землей. Проехав еще немного, сбросили машину Холлистера с насыпи и вернулись в Санта-дель-Барра.

Гейтс занялся своим алиби и, позвонив в Сан-Франциско от имени Холлистера, вызвал к телефону Гейтса. Питкин, выдававший себя за Гейтса, ответил. Таким образом, алиби было обеспечено.

Когда Гейтс выстрелил, Холлистер упал на толстый, дорогой, хотя и маленький восточный коврик. У убийц не было времени ни вычистить, ни заменить его другим. Они его забрали, опасаясь, что экономка заметит следы крови и поймет, что произошло. Но поскольку она знала о предстоящем отъезде Холлистера, ее удивило отсутствие не его, а коврика. Раньше Холлистер говорил о намерении подарить его Люсиль. Поэтому экономка послала ей телеграмму – не отдал ли ей Холлистер восточный ковер. Люсиль, взбесившись, ответила, что у нее уже есть ковер, мистер Холлистер позаботился об этом. И экономка не вспоминала о ковре, пока не нашли тело Холлистера.

Аргайл вернулся домой в большой спешке. Питкин прилетел из Сан-Франциско, Гейтс улетел туда на самолете, взял билет, оставленный Питкином, и вылетел в Гонолулу. Питкин был достаточно сообразителен и понял, что порядочную сумму за алиби ему заплатили не без важной причины. Решил узнать, для чего понадобилось алиби, и начать шантажировать своего хозяина. Тогда Аргайл, в свою очередь, пришел к мысли убрать его.

Аргайл пошел в клуб, сообщил, что у него угнали машину, и попытался купить себе алиби, дав взятку портье. Но, немного успокоившись, понял, что это не лучший выход. Случайно заметив наше объявление в «Блейд», решил приобрести более надежное алиби, притворившись виновником аварии. Он понял: дело может выгореть и большую часть денег заплатит страховая компания.

Обыскивая карманы Холлистера, Аргайл нашел ключи от квартиры и гаража Люсиль Бартон. Он, конечно же, знал о матримониальных планах Холлистера и о его отношениях с Люсиль.

Прочитав объявление в «Блейд», Аргайл решил признаться в аварии, заплатить компенсацию деньгами страховой компании и тем самым обеспечить себе превосходное алиби, неуязвимое со всех сторон, так как очевидно: если он около пяти часов третьего числа находился на перекрестке Хикман-авеню и Вермесилло-драйв, то не мог быть в Санта-дель-Барра в то время, когда было совершено убийство.

Знал, что на остаток вечера алиби у него есть. Экономка Холлистера ушла в половине четвертого. Холлистер тогда еще был жив и сказал экономке, что у него будет непродолжительная деловая встреча, а потом он выедет на пару дней по делам.

Аргайл спланировал убийство Питкина спокойно и предусмотрительно. Послал тебе письмо с ключом от квартиры Люсиль. Он был уверен, что кто-либо из нас непременно свяжется с ним. Приказал заменить правое заднее колесо, выгнул бампер и закрасил несколько мест на обшивке машины свежей краской. Потом придумал адскую хитрость. Она должна была обеспечить железное алиби в деле убийства Питкина.

– Что? – спросил Дрейк. – С моей точки зрения, у него уже было железное алиби. Во время убийства Питкина он сидел в твоем бюро, Перри.

– Пятого числа он пошел в «Бюро по найму» и нанял шофера, причем этот человек начал у него работать еще до пяти часов. Объяснил, что шофер должен поехать автобусом в Детройт, получить там новую машину и отправиться в Мексику, где они встретятся. Таким образом, шофер не смог бы узнать, по крайней мере из газет, о смерти Питкина, – ответил Мейсон. – Аргайл был достаточно сообразителен. Разумеется, человека, сидящего в шоферской куртке и кепи в его машине, примут за Питкина, во всяком случае те, кто с ним не знаком.

Из поведения Питкина видно, что своего хозяина он мог шантажировать еще до убийства Холлистера. Во всяком случае, Питкин, подозревая в чем-то Гейтса, еще тогда, когда готовил алиби для Гейтса, очевидно, задумывался, не причастен ли к темному делу и Аргайл. А тот, несомненно изучив прошлое Питкина, узнал, что он был первым мужем Люсиль, а также о ее намерении выйти замуж за Холлистера. Он знал также, что она ежедневно между двумя и пятью часами отсутствует. Обнаружив ключ от квартиры Люсиль и отыскав там револьвер, понял: для осуществления плана у него есть все, что нужно.

Он заманил Питкина в гараж Люсиль. Интересно, тот даже не знал, где она живет. Видел Люсиль в городе, пытался разузнать адрес, но не преуспел. Когда они вошли в гараж на Саут-Гондола, 719, Питкин не знал, чей он.

Под каким-то предлогом Аргайл приказал ему повозиться с автомобилем Люсиль, быть может, знал, что Артур Колсон его ремонтировал. Следует помнить, Аргайл с определенного времени собирал сведения о Холлистере, Питкине и Люсиль. Все произошло так, как он задумал. Подождал, пока двигатель не начал тарахтеть, а глушитель издавать звуки, похожие на выстрелы, и спустил курок в уверенности, что ежели кто и услышит выстрел, то примет его за выстрел глушителя. Потом положил револьвер в карман, сел в грохочущую машину, пересек улицу и там оставил ее, не вынув ключ зажигания. Вновь зарядил револьвер, вошел в квартиру Люсиль и положил его на место. Проделав это, на своей машине поехал за новым шофером и с ним – к моему бюро, где ждал до прихода Деллы. Был настолько предусмотрителен, что приказал шоферу ездить вокруг, пока не найдет места для парковки, чтобы продавщица в табачной лавочке его заметила и запомнила. Ему повезло: Делла тоже обратила внимание на машину и шофера.

Он ждал меня достаточно долго. Потом позвонил своему страховому агенту, и тот сразу же посоветовал не связываться со мной. Страховой агент приехал за ним, и Аргайл предложил вариант, который поразил страхового агента. Аргайл заплатит часть денег из своего кармана, и они поехали к Бобу Финчли.

– А как Аргайл узнал, что секретер был заперт, когда ты вошел в квартиру Люсиль в первый раз?

– Он, должно быть, ошивался поблизости и наблюдал. Увидел, как я входил. После моего ухода Люсиль тоже вышла, тогда он вошел в квартиру и увидел, что секретер заперт. Поскольку я не пытался войти с ним в контакт, он догадался, что я не нашел номер, который он сам написал в блокнотике. Поэтому и прислал посыльного со вторым письмом и ключиком от секретера.

Как вы знаете, Люсиль вышла сразу же за мной, чтобы посоветоваться с Артуром Колсоном, что ей говорить. Она думала, что я готовлю ей ловушку.

Когда Аргайл увидел, как она, разряженная точно куколка, выходит, он уверился, что Люсиль пошла к Колсону. На всякий случай перед этим запасся еще одним ключиком от секретера.

– И вместе со вторым письмом выслал этот ключик?

– Таков был его план. Надо признать, очень умный. Если бы газета с объявлением не попала в руки Карлотты Бун, которая появилась у нас и ткнула пальцем в Каффи, мы ничего бы не заподозрили.

Теперь обратите внимание на самое подозрительное во всей этой истории. Когда я в первый раз навестил Аргайла днем пятого числа, он старался дать понять, будто сам вел машину. Выглядел виновным и у Боба Финчли. Когда же узнал, что найден настоящий виновник аварии, начал сваливать вину на шофера. Понял опасность и пытался избежать ее, измыслив разговор с Питкином.

– Но разве это не проясняло все? – спросил Дрейк.

– Конечно, но тут он ничего не мог поделать. Правда, он несколько расслабился, узнав, что экономка Холлистера убеждена, будто коврик отдан Люсиль. Машину Холлистера нашли по счастливой случайности, а если бы не нашли, не обнаружили бы и тела хозяина.

В случае смерти Холлистера все складывалось против Аргайла, а в случае смерти Питкина – все благоприятствовало. Как вы знаете, Люсиль не хотела вызывать полицию, пока не договорится с Уиллардом Бартоном. Он вынудил ее все рассказать и навел на мысль подбросить револьвер, инсценировав самоубийство Питкина. Артур Колсон с готовностью содрал номера с револьвера. Когда Люсиль узрела в гараже труп своего бывшего мужа, ее осенила догадка, что орудием убийства мог послужить этот самый револьвер. Возможно, заметила следы хозяйничания в секретере, когда ее не было дома. Я разрядил револьвер, они его снова зарядили, выстрелили один раз и положили в гараже рядом с трупом.