Рыба ушла с крючка - Гарднер Эрл Стенли - Страница 36

Селлерс еще раз взглянул на чулок, потом на меня, достал из кармана наручники, перевернул на спину неподвижное тело Германа Окли, замкнул наручники на его запястьях и сказал Долли:

– Вот так-то, сестричка. Давай натягивай свою одежку.

– Как, прямо у вас на глазах? – спросила она.

Селлерс посмотрел на нее с мрачным презрением:

– Не смеши меня.

Долли вздохнула и вылезла из-под простыни.

Глава 19

Газеты подали эту историю на самых видных местах.

Сержант Ф. Селлерс и глава уголовного розыска капитан Д. Матисон разделили честь раскрытия сложного преступления, располагая поначалу лишь одной уликой – камнем, вложенным в дамский шерстяной чулок.

Они сняли завесу загадочности с убийства Жанетты Лэтти и сообщили прессе о ее «Службе сопровождения» приезжих джентльменов, которая на самом деле прикрывала преступную деятельность Германа Окли, водителя такси, и Джорджа Литтлтона Дикса, торговца недвижимостью днем и сводника, а также шантажиста – по ночам.

Арчера газеты упомянули, не называя фамилии, как некоего «ответственного сотрудника одной крупной импортирующей фирмы», который, испытывая финансовые затруднения, обратился к своему другу Диксу с просьбой выручить его. Сообща они задумали прибрать к рукам всю фирму. Согласно разработанному ими плану хозяина фирмы нужно было застать в компрометирующей ситуации, а затем с помощью шантажа вынудить поделиться с заговорщиками властью и состоянием. Жертва, однако, не клюнула на подсунутую ей приманку, не захотела пойти у них на поводу и тем самым разрушила их схему. Заговорщикам пришлось заметать следы.

В свою очередь, Жанетта Лэтти, узнавшая через одну из своих девиц о действиях преступников, решила погреть на этом руки. Используя полученную информацию, она самостоятельно занялась шантажом и вымогательством, хотя и в небольших масштабах. Поскольку в случае провала она рисковала привлечь внимание полиции не только к себе, но и к Диксу и Окли, последние встретились с Жанеттой Лэтти и «призвали ее к порядку», запретив заниматься такими делами без их разрешения.

Вспыхнувшая затем ссора была расписана в прессе со всеми подробностями. Окли нанес женщине удар по голове «молотком», сделанным из шерстяного чулка, в который был вложен камень. Потерявшую сознание миссис Лэтти задушил Дикс. Ответственный сотрудник фирмы, который по плану должен был присоединиться к двум убийцам, испугался, увидев, что за домом наблюдает полиция, и не появился на месте преступления. Пока что полиция не считает возможным огласить его фамилию, но ведет энергичное расследование.

Заметая следы, преступники пытались оказать давление на одну из девушек, которая слишком много знала. Они пытались заставить ее уехать из города. Обнаружив этот факт, сержант Селлерс увидел в нем ключ к раскрытию преступления. Он поделился своими соображениями с капитаном Д. Матисоном, и два опытнейших полицейских профессионала раскрыли дело менее чем за сорок восемь часов напряженной круглосуточной работы.

Что касается Дикса, то он пока еще прячется от правосудия. Окли выразил желание выступить свидетелем обвинения, признать себя виновным и отдаться на милость суда. Полиция считает, что сотрудник крупной фирмы фактически в убийстве не участвовал, а также не являлся соучастником противозаконной деятельности Жанетты Лэтти, Дикса и таксиста, но он пытался использовать упомянутую троицу в целях борьбы за власть в фирме.

О смерти Бакстера С. Джиллета в газетах не было ни слова.

– А как же насчет Джиллета? – удивлялась Берта. – Неужели так ничего и не напишут?

– Нет, – сказал я. – Я разговаривал по телефону с Норманом Клинтоном. У полиции такое ощущение, что Джиллет не клюнул на живую приманку, которую они хотели подложить ему в постель. Вместо этого он позвонил жене, и они отправились на машине отдыхать. Тело кремировали, так что наличие яда в организме доказать невозможно. Заранее ясно, что сами убийцы в этом не признаются и полиция не станет им доказывать, что имело место отравление, потому что доказать это они не могут, да и не захотят давать повод для разговоров, что они проворонили убийство. У полиции ведь так – ей вполне хватает одного убийства на одном отрезке времени, с большим им и не справиться.

Размышляя над тем, что я сказал, Берта развернула газету. Сообщение под большими портретами капитана Матисона и Фрэнка Селлерса гласило, что начальник полиции собирается представить обоих к наградам. «Бесстрашные офицеры начинали расследование на голом месте, не обладая никакими следами преступников, но, работая день и ночь не покладая рук, они раскрыли преступление».

– Все это прекрасно, – проговорила наконец Берта. – Котелок у тебя, Дональд, варит. Но мы-то что со всего этого будем иметь?

– Не знаю, по крайней мере, мы хорошо поработали для клиента.

– Для какого клиента? – спросила Берта. Послышался робкий стук в дверь.

– Кто там? – крикнула Берта.

– Элси Бранд.

– Входите, Элси. Не будьте такой жеманной. Что вам понадобилось в такое время дня?

Элси Бранд вручила мне заказное письмо.

– На этот раз вам, Дональд, – сказала она, – и с пометкой: «Срочно».

Я разорвал конверт. В нем лежал чек на две тысячи пятьсот долларов, подписанный Рут С. Джиллет, и никакого объяснения.

Я бросил чек на письменный стол Берты.

– Ну что же, день начинается неплохо, – сказал я.

Берта взглянула на чек и сказала почти ласково:

– Черт возьми, Дональд, ты все-таки – величайший дамский угодник!

Элси продолжала стоять рядом.

– Ну, что там у тебя еще? – спросила Берта.

– Мэрилин Чилан ждет в приемной, – сказала Элси. – Она хочет поблагодарить Дональда, но только лично, с глазу на глаз.

Берта жадными руками схватила чек, взяла штамп оприходования, пришлепнула им чек с двух сторон, расписалась и вручила Элси со словами:

– Так, прекрасно. Отнеси и положи на наш депозит. И пригласи Мэрилин – пусть войдет и поблагодарит Дональда. Только проследи потом, чтобы наш шустрик стер губную помаду со щеки перед приходом следующего клиента.