Содержанки по своей воле не уходят - Гарднер Эрл Стенли - Страница 40

— Он обещал вам?

— Да, он собирался передать их мне как бы на хранение.

— И что же произошло?

— Вы знаете, что произошло. Он принялся рассказывать мне разные сказки о том, что он собирался делать, но все более и более уклонялся от того, что он был намерен делать со мной. Видите ли, довольно скоро я узнала об этой Эвелин Эллис. Вы же знаете, у женщины есть много возможностей разузнать о подобных вещах. Полагаю, что женское существо обладает особой интуицией для распознания соперницы.

— И что было потом? — спросил я.

— Знаете ли, Дональд, если вы хотите, чтобы я сказала вам всю правду, то скажу сразу. Я совершила большую ошибку. Я выложила на стол не те карты. Вместо того, чтобы взять верх над другой женщиной, я оказалась в дурочках.

— Что же такое вы сделали?

— О, я прямо обвинила его в том, что он обманывает меня. Я устроила ему сцену и сказала ему все то, что говорит женщина при подобных обстоятельствах. Но это было как раз то, чего я не должна была делать.

— Что было потом?

— Потом я узнала, что он приготовился улизнуть от меня. Я-то думала, что он оставит мне кое-что на жизнь, но это животное ушло, не дав мне и цента. Поэтому я обратилась к вам с просьбой попробовать разыскать его. Если бы вы смогли найти его, то я бы сумела отобрать у него деньги.

— Сколько?

— Не знаю. Я говорила вам, что он обещал шестьдесят тысяч, но это преувеличение. Возможно, я получила бы пятнадцать или двадцать тысяч. Видите ли, я использовала вас и вашу партнершу в жульнической игре. Дональд, боюсь, я не была с вами честной.

— Каким образом вы заставили бы его выложить деньги?

— Мне известно слишком многое о нем. Многозначительно подмигнув ей, я сказал:

— Послушайте, Хейзл, я хочу все расставить по своим местам. Есть ли какая-либо вероятность того, что он имел отношение к грабежу бронированного пикапа?

— Дональд, я так не думаю. Полагаю, что никакой вероятности этого не было.

— Говорите мне только правду. Вы знали Бэксли?

— Он звонил мне пару раз. Я не знаю, каким образом он узнал мой телефон.

— У вас были с ним свидания?

— Бог ты мой, конечно нет.

— Вы говорили мне, что сказали Стэндли “да” перед алтарем. Это была правда?

— Нет.

— Вы не были замужем за ним?

— Я сказала ему “да”, но это было в автомобиле, а не перед алтарем.

Я написал на листке бумаги: “Продолжайте говорить. О чем угодно, но говорите”.

Она продолжала, многозначительно взглянув на меня:

— Предполагаю, что вы можете посчитать меня кем-то вроде проститутки. Догадываюсь, что, возможно, в этом есть доля истины. Не думаю, что вы способны понять, что значит для девушки лишиться права на то, в чем по-настоящему нуждается женщина, а именно права на финансовую обеспеченность.

Но вот появился Стэндли. Он хорошо относился ко мне, к тому же его карманы были набиты деньгами. Я не знаю, каким образом он их зарабатывал, но могу догадаться об этом. У него был партнер, вместе с которым они возглавляли контору по заключению пари. Он был без памяти от меня. Он был готов на все ради меня — так он говорил. Он давал мне достаточно большие суммы денег и я думала, что он даст еще больше. Он не переставал обещать мне полнейшую финансовую обеспеченность. Он заявил, что собирается распорядиться в мою пользу целым состоянием в размере шестидесяти тысяч долларов.

— Пятьдесят или шестьдесят? — попросил я ее уточнить.

— Шестьдесят, — подтвердила она.

— Продолжайте, — предложил я ей. Все время, пока она говорила, я писал на листке бумаги. Я написал ей следующее: “Они могут слышать все, о чем мы говорим. Они, вероятно, записывают наш разговор. Я должен убраться отсюда. Но это как раз то, чего бы они хотели от меня, поскольку в этом случае они будут утверждать, что я совершил побег, и это будет доказательством моей вины. Я хочу, чтобы вы сделали вид, что покидаете комнату, но на самом деле это я выйду отсюда. Я закрою дверь, и вы сделаете вид, что покидаете эту комнату. Скажите мне “до свидания” и все, что положено в подобном случае. Затем вы вернетесь и станете шумно ходить по комнате. Включите телевизор. Время от времени переключайте каналы, чтобы они подумали, что в комнате кто-то есть. Спускайте воду в туалете. Можно и кашлять, но так, чтобы они не разобрали ваш голос. Продолжайте находиться в комнате до полуночи, изредка переключая телевизор. Затем, если я не вернусь к этому времени, ложитесь спать. Время от времени просыпайтесь и покашливайте. Дверь оставьте незапертой, чтобы я мог войти. Можете выполнить все это? Думаю, что я смогу помочь вам, если вы сделаете все это. И я уверен в одном — вы можете помочь мне”.

Она прочитала записку, продолжая при этом говорить:

— Дональд, я считаю, что вы просто замечательный человек. Не знаю, почему это бывает так, что женщина посмотрит на мужчину и сразу же почувствует, что может довериться ему. Полагаю, что иногда и интуиция подводит, но я чувствую, что могу доверять вам. Я готова для вас сделать все, буквально все.

В подтверждение своих слов она многозначительно кивнула.

— Я не думаю, — заметил я, — что существовала возможность партнерства между Стэндли и Бэксли и что они ограбили этот…

— Дональд, не говорите глупости, — перебила она меня. — Стэндли совсем не такой человек. Он был азартным игроком и, откровенно говоря, Дональд, я думаю, что он был не против того, чтобы помошенничать. Не знаю. У него была возможность зарабатывать деньги, и эта возможность себя оправдывала. Я никогда не встречала в своей жизни более богатого человека, чем Стэндли Даунер.

Он мне нравился. Сначала я думала, что влюбилась в него и, вероятно, продолжала бы любить его, если бы не его поступок с Эвелин.

Однако я хорошо узнала его после нашей так называемой свадьбы. Он был неугомонным человеком. Ему ничего не нравилось, кроме денег и стремления к перемене жизни. Он должен был переключаться от одного дела к другому и чем скорее, тем лучше. Он никогда не мог спокойно сидеть на одном месте. И он никогда не мог постоянно жить с одной и той же женщиной.

Что меня злило в Эвелин, так это то, что она была типичной вымогательницей. О, я знаю… Я и сама в каком-то смысле вымогательница. Но я могу сказать вам, Дональд, что это моя самая большая беда. Я не стремилась найти в своей жизни одного-единственного мужчину. Я всегда меняла парней.., ну что ж, так оно и было.., но такая я и есть.

— И сколько парней вы поменяли? — поинтересовался я.

— Слишком много, — призналась она, — не слишком много в одном плане, но слишком много в другом. Никто из парней не собирался проводить со мной время, чтобы предложить мне выйти за него замуж, и никто не ожидал, чтобы я накинула на голову белую свадебную вуаль и предстала вместе с ним перед алтарем. Никто не собирался делать мне предложение и точка на этом. Я всегда была содержанкой, а содержанки по своей воле не уходят.

— Я могу понять ваши чувства по отношению к Стэндли, — заметил я.

— Я знала, что вы можете. Дональд, вы — понимающий человек.

Я кивнул и показал на дверь.

— Хорошо, Дональд, — заявила она, — мне надо уходить. Мне просто надо было повидаться с вами и… Я не знаю, Дональд. Я хочу, чтобы вы поняли меня.

А теперь я спущусь в свой номер, напишу несколько писем и затем сладко высплюсь. Я увижу вас утром?

— Почему бы и нет? — согласился я. — Как насчет того, чтобы вместе позавтракать?

— Дональд, я просто хочу, чтобы вы знали, как я ценю вашу лояльность и преданность мне и.., я хочу поцеловать вас на прощание.

Мы подошли к двери. Я открыл ее.

— Спокойной ночи, Дональд, — попрощалась она со мной.

Нарочито значительно я спросил ее:

— Хейзл, вам действительно надо уходить? Она нервно засмеялась и ответила:

— Дональд, конечно, я должна уйти. Я.., я могу быть неблагоразумной, но я не проститутка. Что-либо с вами было бы всего лишь случайной связью. Это не по мне. Я.., о, я не знаю. Увидимся за завтраком, Дональд, доброй ночи.