Убийство во время прилива - Гарднер Эрл Стенли - Страница 20

Дюриэа на минуту задумывается, затем спрашивает:

— Почему вы встали на эту позицию, мистер Шейл?

— Потому что я уверен в том, что все, что я делал после этого, не имеет никакого отношения к убийству.

— В котором часу «Альбатрос» вышел в море?

— Не знаю.

— Но вы ведь были на борту?

— Да, но я спал.

— В котором часу вы проснулись?

— Уже в открытом море.

— И что вы сделали?

— Я попытался выйти из кабины, но дверь оказалась запертой на ключ. Я принялся так стучать в нее, что мисс Харплер пришлось меня выпустить.

— И какое она вам дала объяснение?

— Ей показалось, что полицейским на борту «Джипси Квин» не нравится, что мы слишком интересуемся тем, что там происходит, и поэтому она решила немного проветриться.

Нита Молин хочет что-то сказать, но передумывает.

— Итак, в котором часу вы проснулись?

— Перед самым заходом солнца.

Дюриэа медленно качает головой и говорит:

— Хорошо. Я думаю, что на сегодня достаточно. У меня сложилось впечатление, что после обнаружения трупов произошло нечто, что вы пытаетесь скрыть от меня… Придется мне набраться терпения и подождать, пока вы решитесь просветить меня на этот счет.

Дюриэа вопросительно смотрит на молодых людей, но они оба молчат. Обменявшись коротким взглядом, они упрямо и сосредоточенно смотрят на носки своих туфель.

Грэмпс Виггинс ерзает на стуле и не выдерживает:

— Я бы хотел задать один вопрос. Дюриэа бросает на него строгий взгляд. Грэмпс повторяет свою просьбу:

— То, о чем я хочу спросить, сынок, очень важно.

— О чем же? — произносит Дюриэа сухим тоном.

— Мне бы хотелось знать, не спрашивала ли мисс Молин Шейла о том, в какой момент он не смотрел в сторону яхты, прежде чем сказать ему, когда она туда поднялась? — спрашивает Грэмпс.

Лицо Шейла на секунду мрачнеет, затем, улыбнувшись, он обращается к Дюриэа:

— Не понимаю.., но я могу ответить на этот вопрос. Мисс Молин абсолютно не…

Неожиданно он, быстро взглянув на Ниту, отводит глаза в сторону, так и не закончив фразы.

Грэмпс Виггинс встает со стула и подходит к Шейлу, устремив на молодого человека свои проницательные голубые глаза.

— Разве она не заехала за вами в отель, чтобы угостить вас в каком-нибудь баре? — спрашивает он своим высоким голосом. — Разве она вам не объяснила, почему вы не заметили ее в тот момент, когда она поднималась на борт яхты?

— Кто этот господин? — интересуется Шейл у прокурора.

— Он не является официальным лицом, поэтому вы не обязаны отвечать на его вопросы.

— Мне кажется, я уже все сказал, — произносит Шейл.

Грэмпс Виггинс подносит свой палец к носу молодого человека.

— А разве у «Альбатроса» не было в море рандеву с другим судном?

— Я не знаю, — отвечает Шейл. — Я спал. Когда я поднялся на палубу, «Альбатрос» уже возвращался в Санта-Дельбарру.

— Жаль, очень жаль, — вздыхает Грэмпс Виггинс.

— Ладно, на сегодня достаточно, — говорит Дюриэа. — Конечно, при условии, что никто не хочет сделать заявление.

Молодые люди молча встают и выходят из кабинета.

Когда дверь за ними закрывается, Грэмпс Виггинс говорит:

— В субботу днем Таккер видел совсем другую девушку, поднявшуюся на борт «Джипси Квин». Но он не видел, чтобы мисс Молин поднималась на яхту в воскресенье утром. Он видел только, как она вышла на палубу и бросилась в воду.

— Она говорит, что плохо себя почувствовала.

— Это она говорит. Таккер утверждает, что она просто нырнула.

— Почему вы спросили Шейла о рандеву в море с другим судном?

— Потому что я постоянно думаю о морском круизе, в который собирался отправиться Стирн в воскресенье днем. «Джипси Квин» не смогла выйти в море по известным причинам, но «Альбатрос» отправился на рандеву и вернулся. Почему?

— Понятия не имею, Грэмпс.

— «Альбатрос» отправился на рандеву вместо «Джипси Квин». А где сейчас мисс Харплер? Что она говорит по поводу своей воскресной прогулки?

— Она имеет право на любые прогулки на своей яхте, — замечает шериф Лассен.

— Если она нам понадобится, мы всегда сможем вызвать ее, — говорит Дюриэа, потягиваясь и вставая. — Я считаю, что на сегодня достаточно. Картер, скажите всем, что они свободны.

Полицейский открывает дверь в коридор:

— Вы свободны.

— Поддерживайте контакт с Таккером, — обращается Дюриэа к Грэмпсу. — Он еще может пригодиться нам…

В кабинет возвращается Картер:

— Там некто Хазлит настаивает на встрече с вами. Он говорит, что это очень важно. Дюриэа недовольно морщится.

— Я уже устал от этого дела, — замечает он.

— Он сказал, что он адвокат и поверенный в делах.

— Ах, так… В таком случае придется его принять. Вы подождете, Грэмпс?

— Ты хочешь, чтобы я вышел? Дюриэа смеется:

— Боюсь, что мистер Хазлит захочет поговорить со мной конфиденциально.

Дверь в кабинет открывается. Входит Картер, за ним Хазлит и Нита Молин. Нита обращается к Дюриэа:

— Мистер Дюриэа, представляю вам своего поверенного, мистера Хазлита.

— О! — восклицает прокурор. — Я не знал, что поверенный мисс Молин ждал в коридоре…

— Я не ждал, — говорит Хазлит. — Я только что приехал.

— Если бы я знал, что вы приедете, я подождал бы вас, чтобы допрашивать мисс Молин в вашем присутствии.

— Но я приехал по другому поводу. А мисс Молин абсолютно нечего от вас скрывать… Нита с возмущением выпаливает:

— Я не думала, что прокурор спросит меня о.., что он позволит себе инсинуации… Хазлит обрывает ее:

— Успокойтесь, дорогая.

Затем, повернувшись к Дюриэа, он говорит ему своим самым медоточивым тоном:

— Я привез вам информацию, которая, по моему мнению, является важным свидетельством…

— Что за информация? — спрашивает Дюриэа, снова садясь за стол.

Никто не обращает внимания на Грэмпса, который на цыпочках пробирается в угол комнаты и скромно садится там на стул.

Хазлит начинает объяснять ситуацию:

— Я был адвокатом мистера Стирна и вел все его дела на протяжении долгих лет. Месяц назад мистер Стирн заключил контракт о покупке нефтяного участка, последний срок подтверждения которого истекал в субботу, в полночь. Сегодня утром я назначил мисс Молин управляющей делами Стирна. Этим назначением я преследовал также цель, чтобы мисс Молин могла потребовать продления срока подписания контракта с учетом сложившихся обстоятельств. Сегодня днем мисс Молин подписала контракт. Возможно, что нам придется решать дело в судебном порядке. Я объясняю вам все это для того, чтобы было понятно дальнейшее.

— Вы говорили о свидетельстве, — напоминает Дюриэа.

— Оно у меня имеется. Мне стало известно, что Стирн сам написал о своем окончательном решении.

— В чем же дело?

Хазлит бережно достает из кармана конверт и объясняет:

— Вот конверт, отправленный в адрес конторы мистера Эддисона Стирна в Лос-Анджелесе. Он был отправлен по почте из Санта-Дельбарры в субботу, в шестнадцать часов тридцать минут.

— Ну и?..

— В этом конверте лежит копия письма, отправленного Эуэллу и Филдингу. Здесь объясняется, почему подтверждение контракта было отправлено в самый последний момент. На втором листе копии рукой Стирна написано, что он сам отправил оригинал в субботу в шестнадцать тридцать из Санта-Дельбарры.

— Покажите это письмо, — просит Дюриэа. Он берет копию, изучает ее в течение нескольких минут и спрашивает:

— Письмо было отпечатано в Лос-Анджелесе?

— Не думаю. В таком случае он оставил бы его в своем кабинете, а с собой взял бы только оригинал, чтобы отправить его по почте.

— Я вижу штемпель Санта-Дельбарры. У Стирна была на яхте пишущая машинка?

— Да, портативная. Он иногда пользовался ею. Артур Райт тоже умел печатать, раньше он был секретарем Стирна.

Дюриэа с интересом смотрит на Хазлита, тот продолжает:

— Эуэлл и Филдинг утверждают, что не получали письма Стирна, но я убежден, господин Дюриэа, что это ложь. Они узнали о смерти Стирна и решили воспользоваться этим, чтобы скрыть получение письма. Они могут выиграть таким образом большую сумму. Я приехал, чтобы просить вас вызвать сюда этих двух бандитов и разобраться с ними. Если Стирн отправил это письмо, то вы располагаете сведениями о времени наступления его смерти и возможного мотива…