Вороны не умеют считать - Гарднер Эрл Стенли - Страница 36

– Вы знаете Фелипе Муриндо? – спросил я.

Она согласно кивнула.

– Вы давно с ним знакомы?

– Это мой сын.

– Он присылает вам деньги?

Кажется, впервые она смутилась.

– Зачем вам это знать? Кто вы?

– От кого еще вы получаете деньги?

Она молчала.

– Я дам вам возможность заработать, – продолжил я. – Разве можно жить в такой нищете? В таком жалком домишке?

– Все нормально, – задумчиво сказала старуха. – Меня все это устраивает.

– Устраивает? Но вам даже не во что одеться. Вам нечего есть. И кто-то же должен помогать вам по хозяйству.

– Все у меня нормально, – повторила сеньора Лерида. – Мне ничего не нужно.

– Когда вы приехали из Колумбии?

– Не помню. Давно.

– Как жаль, что у вас не было возможности повидать родных и знакомых. А ведь это вполне вероятно: вы могли бы купить себе новую одежду и раза два в год летать в Колумбию.

– Кто вы? – хрипло спросила старуха. – Что я должна сделать?

– Доверьтесь мне. Вы хотите вернуться в Колумбию?

– Вы говорите по-испански?

– Девушка говорит.

Старуха затараторила по-испански.

– Она хочет домой, к родным, – перевела Дона. – Здесь у нее никого нет. Она очень тоскует.

– Все можно уладить, – сказал я. – Если вы доверитесь мне, я все устрою.

Старуха поняла меня, но хотела услышать мои слова еще и в переводе Доны.

– Что ему надо? – спросила она по-испански.

– Вы много лет работали на прииске «Два клевера», не так ли? – спросил я.

Она кивнула.

– Вы были поварихой и нянькой. Это вы нянчили малышку, которую привезла из Штатов Кора Хендрикс?

Она закивала, хотела ответить, но вдруг осеклась, посмотрела на Дону и попросила перевести мои слова. Дона повторила мой вопрос по-испански.

Сеньора Лерида, что-то заподозрив, молча смотрела на меня.

– Хорошо, я сам все расскажу, – согласился я. – После смерти Коры Хендрикс в США отправили совсем не того ребенка, которого она привезла. Жена управляющего подменила детей. Ее дочь стала наследницей огромного состояния. А девочка, которую привезла на прииск Кора, считалась Доной – дочерью Хуаниты Грэфтон. Вы знали об этом. Поймите, ваше свидетельство необычайно ценно.

Старуха по-прежнему молчала. Но вот в ее глазах появилось что-то звериное, и она обернулась к Доне, предлагая переводить.

Дона недоуменно смотрела на меня. Я видел, какое впечатление произвели на нее мои слова.

– Прошу вас, Дона, не поддавайтесь эмоциям. Ради бога, переводите, – сказал я.

Девушка начала переводить. Сперва старуха отвечала односложно, потом, словно перешагнув какой-то внутренний барьер, заговорила все быстрее и быстрее – казалось, хотела излить душу.

Когда сеньора закончила, я увидел слезы в глазах Доны.

– Она заверяет, что это правда, – дрожащим голосом сказала Дона. – И она не знала, что девочек подменили из-за наследства... Ей казалось, дело в чем-то другом. Теперь она готова довериться вам.

– Хорошо, – сказал я. – Спросите, приезжал ли к ней Роберт Кеймерон?

Сеньора Лерида не стала ждать перевода.

– Сеньор, которого убили? – переспросила она.

– Да.

– Он был очень добр. Дал мне денег.

– Когда он приезжал к вам?

– Перед смертью. Он принес мне деньги, а на следующий день его убили.

– Вы говорили с ним?

– Совсем недолго.

– Вы сообщили кому-нибудь о вашем разговоре с Кеймероном?

– Нет.

– Это правда?

– Могу поклясться.

– Скажите сеньоре, – обратился я к Доне, – что ей придется повторить полицейским все, что она нам рассказала. И подписать протокол. Потом она получит деньги и сможет навестить друзей в Колумбии. Этим я сам займусь.

Переводить не потребовалось. Сеньора Лерида кивнула и с философским видом заключила:

– Я согласна. Может, выпьем?

– Когда останетесь одна, – сказал я. – А мы не пьем. – И попросил Дону: – Позвоните в управление полиции капитану Селлерсу – пусть немедленно идет сюда, взяв с собой стенографистку, знающую испанский, и нотариуса.

– Может, мы сами поедем к нему? – предложила Дона.

– Я хочу, чтобы он побывал здесь. Думаю, это произведет на него впечатление.

– Давайте вместе поедем за ним.

– Нет, Дона. Однажды я оставил свидетеля без надзора, и вскоре у него за стеной взорвалась тонна динамита. Извините, но вам все же придется сесть в машину и доехать до ближайшего телефона. Я остаюсь здесь. С этой женщиной ничего не должно случиться, пока ее показания не будут заверены нотариусом. Надеюсь, вы понимаете, что это для всех нас значит?

– Я стараюсь не думать об этом, – сказала Дона и поспешно вышла...

Глава 25

Дрожащей рукой Лерида писала свои показания.

Капитан Селлерс заверил подпись, сложил бумагу, спрятал во внутренний карман пиджака и многозначительно посмотрел на меня.

Я встал со стула, и мы вышли на крыльцо.

– И что теперь? – спросил Селлерс.

– Ты можешь распорядиться, чтобы ее охраняли как особо важную свидетельницу?

– Свидетельницу чего?

– Обстоятельств, которые привели к убийству Роберта Кеймерона.

– Не вижу никакой связи.

– Не видишь?

– Старуха является свидетельницей лишь одного – подмены девочек на далеком колумбийском прииске много лет назад. Тебе придется немало потрудиться, чтобы доказать это. Одно дело – подписать показания, и совсем иное – повторить их перед судом, да так убедительно, чтобы судья решил передать наследство в целых двести тысяч баксов другому лицу! Если бы это было так просто, все наследницы Соединенных Штатов давно стали бы объектом шантажа и вымогательств. Моментально появились бы сотни самозванок, выдающих себя за настоящих наследниц!

– Неужели ты ничего не понял?

– А что я должен был понять?

– Забудь об этой подмене. Переключись на убийство Кеймерона.

– Я весь внимание.

– Кеймерон и Шарплз были опекунами. Их интересы никоим образом не пострадали бы, окажись Ширли Брюс – Доной Грэфтон, а Дона Грэфтон – Ширли Брюс. Ситуация изменилась с тех пор, как началась тайная добыча изумрудов. Шарплз, Кеймерон и крошка Ширли вступили в сговор.

– Возможно, – согласился Селлерс. – Но как все это связано с убийством Кеймерона?

– Никак.

Он посмотрел на меня так, будто я был дебилом.

– Допустим, что Шарплз еще много лет назад мог услышать от Фелипе Муриндо всю эту историю с подменой девочек – ведь именно Шарплз назначил Муриндо управляющим. Допустим также, что Кеймерон знал о незаконной добыче изумрудов. Но совершенно очевидно, что о подмене девочек ему известно не было. Шарплз до поры молчал об этом, преследуя свои личные цели.

– Допустить можно что угодно, – возразил Селлерс.

– И, однако, допустим, что все было именно так. Достаточно увидеть эту парочку – Ширли и «дядю Гарри», – как сами собой отпадают сомнения.

– Ладно, и что дальше?

– В этот злосчастный день Кеймерон приготовился действовать: поговорил с сеньорой Леридой и назначил встречу Хуаните Грэфтон. Именно это и привело к тому, что кто-то пырнул его ножом.

– Кто же?

– Хуанита Грэфтон не только сама мастерски владеет холодным оружием, она считает, что каждая юная леди должна научиться этому.

Селлерс нахмурился.

– Тем временем, – продолжал я, – Ширли Брюс решила преподнести Роберту Хокли рождественский подарочек – две тысячи долларов.

– Почему?

– Она узнала, что Хокли оформляет документы для поездки в Колумбию. И ей так же, как и дяде Гарри, это вовсе не понравилось. Ведь в таком случае Шарплзу пришлось бы отправиться следом. Именно для наблюдения за Хокли и наняли Берту. Они пытались помешать Хокли – надеялись, что две тысячи баксов его остановят. Но он не поддался, наверное, понял, что может получить гораздо больше! И все же Ширли не зря побывала у Роберта Хокли: она не только ухитрилась незаметно отсыпать в свою сумочку горсть голубых кристаллов из банки с наклейкой «Яд», но и напечатать на его машинке адрес Доны Грэфтон.