Макс Вебер за 90 минут - Митюрин Д. В. - Страница 9

Рационализация по Веберу

Для такого рационально мыслящего человека, как Вебер, и коммунизм и фашизм были неприемлемы именно как вызов рационализму, а, следовательно, и самим законам исторического развития.

Согласно Веберу, именно «рационализация» все в большей степени будет определять магистральные пути развития человечества в дальнейшем.

Но что сам Вебер вкладывал в понятие «рационализация»?

В первую очередь под этим термином он подразумевал такую систематизацию, при которой необозримая, хаотичная группа явлений с принципиально бесконечным множеством связей между собой упорядочивается по определенным критериям.

Главная же проблема заключалась в том, что под термин «рационализация» Вебер также пытался подогнать самые разнообразные явления — «бюрократизацию», «инду стриализацию», «интеллектуализацию», «развитие рациональ ного производственного капитализма», «специализацию»,

«овеществление», «методизацию», «дисциплину», «расколдо вание», «секуляризацию» или «расчеловечивание».

Ситуация упорядочивалась, когда Вебер начинал говорить о вещах более конкретных, например, о рационализации сво бодного труда капиталистического предпринимательства на Западе. В работе «История хозяйства» (1911) в качестве наиболее общих условий для этого он выделил следующие: — рациональный расчет капитала (что является нормой для всех крупных промышленных предприятий, работающих на удовлетворение повседневных потребностей); — присвоение автономными частными промышленными, предприятиями свободной собственности на средства производства (землю, приборы, машины, орудия труда и т. п.); — вольный рынок, то есть свобода рынка от нерациональных «стеснений обмена» — например, от сословных ограничений, когда известному сословию предписывается определенный образ жизни, при котором не существует ни свободного товарного рынка, ни свободной рабочей силы; — рациональная, то есть строго рассчитанная и поэтому механизированная техника — как в сфере производства, так и в сфере обмена; — рациональное, то есть твердо установленное право, определяющее нормы труда и управления, обеспечивающее функционирование капиталистического порядка и защищающее от возникновения путаницы в хозяйственных расчетах; — свободный труд, то есть наличность таких людей, которые не только имеют право свободно продавать на рынке свою рабочую силу, но и экономически принуждены к этому; — коммерческая организация хозяйства, под которой подразумевается широкое применение ценных бумаг для установления права участия в делах предприятия и права, на имущество.

Вебер считал, что главная идея западного капитализма заключалась в том, что при всей значимости экономических факторов, связанных с рационализацией техники и права,

«все же экономический рационализм зависит и от способности и предрасположенности людей к определенным видам практически рационального жизненного поведения».

Уязвимость веберовского рационализма

По мнению Вебера, наиболее податливой для систематизации и порядка («рационализирования») была «внешняя организация» мира. К ней он относил экономику, право, технику, науку, государственное устройство. Одновременно ученый пытался ответить на три важных вопроса, которые, в сущности, и были основным предметом его исследований:

— Почему только на Западе, в Западной Европе развилась специфически «рациональная» культура, имеющая универсальное значение? Почему процесс «рационализирования» не происходил в той же Азии, где существовала гораздо более древняя и разветвленная культура?

— Почему только в Западной Европе в Новое время возникли «рациональная» наука и техника, «рациональный» производственный капитализм, «рационально-бюрократическая» организация государства?

— Какие преимущества любому обществу и его отдельным группам дает эта «рационализация», и какую цену должны заплатить общество, социальные группы и отдельный человек за это развитие?

Идея Вебера о «капиталистическом духе» как порождении протестантизма позволила хотя бы частично ответить на первые два из этих вопросов, хотя последний так и повис в воздухе. Но были ли ответы, найденные немецким социологом, правильными?

События, случившиеся уже после его смерти, и нынеш нее состояние мировой цивилизации заставляют предполо жить, что «капиталистический дух» может вполне удачно развиваться на разной религиозной почве.

То же конфуцианство создало собственный набор мо тивационных ценностей, которые, отличаясь от западных и имея иные корни, тем не менее, смогли оказать благотвор ное влияние на формирование современного экономическо го рационализма.

Приверженность китайцев, корейцев и японцев к дисциплине, а также их способность откладывать удовлетворение некоторых своих потребностей на длительное время внешне напоминают христианскую аскезу, хотя и базируются на совершенно иной духовной культуре.

Сама эта база претерпела определенные трансформации во времени, примером чему может служить Япония. По крайней мере дважды (во второй половине XIX века и после Второй мировой войны) официальная пропаганда предпринимала очень серьезные усилия для того, чтобы «на мирный лад» преобразовать традиционную самурайскую этику. Присущие представителям военного сословия самоотречение и дисциплина стали использоваться ни для вооруженной борьбы, а в целях капиталистического предпринимательства, благодаря чему возникло совершенно уникальное «сочетание воинского патриотизма и экономически рационализированной этики».

Тем не менее достаточно бережное отношение к своим традициям на сегодняшний день превратило Японию в страну, где отдельные «рудименты» прошлого уживаются с самыми современнейшими новациями.

Нечто подобное можно наблюдать и в таком динамично развивающемся государстве, как Индия, которая в религиозном плане не имеет ничего общего ни с Японией, ни с Западом.

Таким образом, время подтвердило правильность многих веберовских тезисов, а также универсальность самого процесса «рационализации». Другое дело, что «рационализация» зависит не только от изучаемых Вебером религии и культуры, но и от таких любимых марксистами-материалистами понятий, как «уровень развития экономики», «хозяйственная политика», «внешняя конъюнктура».

Сам Вебер полностью не отрицал значения всех этих материальных факторов, но и не уделял им достаточного внимания, чем отличался от своего старшего коллеги и соотечественника Карла Маркса.

Впоследствии их имена часто будут ставить рядом, как имена двух выдающихся социологов и ярых антагонистов.

На самом деле противоречия между ними были не настолько уж явными, тем более что работали они в несколько разных сферах.

Вебер и Маркс как исследователи капитализма

Пожалуй, главным, на чем сходились дороги Вебера и Маркса, был их интерес к капитализму.

Вебер, при всем своем весьма критичном отношении к буржуазному обществу, считал капитализм более прогрессивным, по сравнению, например, с феодализмом. Старые патриархальные ценности, по его мнению, неизбежно должны были отойти в прошлое.

Надо сказать, что и Маркс относится к капитализму сходным образом, но если он предпочитал исследовать капитализм с точки зрения экономики и политики, то для Вебера капитализм являлся, прежде всего, культурным явлением.

Нередко можно встретить утверждения, будто Вебер в своем стремлении опровергнуть теорию Маркса пытался объяснить сущность экономического развития исходя из того влияния, которое оказывают на общество религиозные нормы.

На самом деле подобный взгляд является упрощением.

В действительности Вебер стремился показать, насколько сложный комплекс факторов влияет на поведение целого общества и конкретного индивида. Правда, из всего многообразия сам ученый вычленял только один фактор — религиозный, но, как справедливо отмечают некоторые исследователи, это не означает, что именно за религиозным фактором он сам признавал решающее значение. В сущности, открытие Вебера заключалось в обнаруженной им четко выраженной адекватности духа капитализма духу протестантизма.