Падающая Звезда - Гаррисон Гарри - Страница 55

– Давай соединяй, покончим с этим скорей.

Дилуотер кивнул и что-то сказал в свой микрофон. Голос Флэкса загремел из динамика.

– Говорит Центр управления полетом. У меня на связи «Прометей», могут ли они поговорить с Белым домом?

Дилуотер, опередив вконец рассердившегося президента, быстро заговорил:

– Да, мы вас слушаем.

– Хорошо. Вы готовы, «Прометей»?

– Да.

– В таком случае, – внятно проговорил Флэкс, – я хочу, чтобы все слышали ответ генерала Бэннермана на вопрос, который я ему задам. Генерал, верно ли то, что вы сообщили несколько часов назад: что транспортный «челнок» для спутника ВВС США пока еще не готов к полету?

– Да, это так.

– Нет, это не так Это ложь. Верно только то, что корабль находится сейчас на стартовой площадке на мысе Канаверал и с ним поддерживается постоянная связь. Однако он готов стартовать, как только закончится заправка. Разве не так?

– Нет. – Лицо Бэннермана не дрогнуло, по нему ничего нельзя было прочитать. Зато Дилуотера и других членов кабинета этот вопрос Флэкса просто ошеломил. Флэкс между тем продолжал:

– Вы лжете. Два пилота, Кук и Декоста, находятся в настоящее время в предстартовой кабине. И я могу просто снять трубку и позвонить им.

Воцарилась мертвая тишина. Генерал Бэннерман не пошевелился и не произнес ни слова. Пауза длилась до тех пор, пока в комнате не зазвучал голос майора Уинтера с «Прометея».

– Мы слышали вопрос, однако не слышали ответа.

– Извините, – сказал наконец Бэннерман, – корабль ВВС США – совершенно секретный объект, и мы не можем здесь обсуждать этот вопрос…

– Но мы должны! – Дилуотера трясло от гнева, он вскочил на ноги. – Не могу поверить. Если ваш «челнок» уже мог быть запущен, мог уже снять экипаж «Прометея»…

– Прекратите связь, – сказал Бэндин.

– Но, господин президент, мы должны это знать, там, на «Прометее», тоже должны это знать! Ведь этому преступлению нет прощения, если все сказанное…

– Я приказываю прекратить связь, – зло рыкнул Бэндин.

Дилуотер колебался, он не сводил с президента глаз, которые вдруг расширились от внезапной догадки.

– Я перезвоню вам через пять минут, – сказал он Флэксу.

– Вы не можете… – Голос Флэкса умолк, и Дилуотер обратился к президенту:

– Вы ведь знали, не так ли? Все то время, пока эти люди боролись за спасение корабля, умирали, слепли, вы знали, что их можно эвакуировать с помощью «челнока». И согласились, чтобы они уничтожили себя и «Прометей» благодаря программе «Змеиное кольцо». Хотя прекрасно понимали, что…

– Придержите язык, Дилуотер, и сядьте. Кто вам дал право разговаривать в таком тоне с президентом Соединенных Штатов?

– Я получил это право после тех отвратительных поступков, которые вы совершили…

– Дилуотер, вы лезете не в свои дела и можете нажить большие неприятности, – сказал Бэннерман. Он встал, оказавшись лицом к лицу с Дилуотером. – Ничего больше мы об этом слушать не желаем.

– Нет, мы выслушаем об этом все до конца, генерал, – твердо произнес Дилуотер. – Надеюсь, мы пока еще находимся в свободной стране. Вы не можете расстрелять меня за то, что я сказал. Вы немедленно расскажете мне всю правду, или я передам эту информацию прессе, и весь мир узнает о вашей подлой лжи.

– Дилуотер, это государственная измена! – Бэннерман судорожно схватился за кобуру своего пистолета с украшенной перламутром рукоятью.

– Неужели? Тогда вы должны арестовать и убить меня, ибо я до тех пор не замолчу, пока все не узнают про ваши преступления. Вам придется также расстрелять всех в Центре управления полетом, потому что и они слышали то, что сказал Флэкс.

– Он прав, господин президент, – спокойно вмешался доктор Шлохтер. – Кота выпустили из мешка, и его обратно не загонишь. Нам нужно предпринять какие-то конкретные шаги, и очень быстро, пока не расползлись слухи. Если ваш «челнок» действительно пребывает в состоянии боевой готовности, то следовало бы немедленно отправить спасательную экспедицию. Может быть, еще не слишком поздно.

– Ни в коем случае! – взорвался Бэннерман, резко повернувшись к своему новому противнику. – Этот корабль несет совершенно секретный груз, недопустимо, чтобы о нем в прессу просочилось хоть слово. Если это произойдет, ответ придется держать суровый. Суровее, чем за «Прометей».

– Что за груз? – спросил Шлохтер.

– Вы видели сопроводительные документы. Пакет ЦРУ, кодовое название «Ку-ку».

Шлохтер побледнел и тяжело опустился в кресло.

– Да, – сказал он, – информация об этом не должна просочиться ни в коем случае, что-то нужно делать…

– Дайте город, – сказал Дилуотер в телефонную трубку. – Мне необходимо сообщить всем информационным службам Вашингтона о пресс-конференции. Правильно, Си-би-эс, Эн-би-си и Эй-би-си. Пожалуйста, перезвоните мне, когда все буду! оповещены. – Он повесил трубку и посмотрел Бэннерману прямо в глаза. Потом очень тихим голосом произнес:

– У вас около минуты, чтобы сказать мне, что это за «Ку-ку».

– Все, Дилуотер, это все! – закричал Бэндин. – Пошел ты…

– Господин президент, я подаю в отставку и со своего поста в НАСА, и со всех прочих в вашей администрации. Как только завершу начатое дело.

– Вы ставите под удар всю страну, черт бы вас побрал, и я вполне мог бы вас за это расстрелять. «Ку-ку» – сложнейшая двадцатичетырехтонная установка, которую наша страна с радостью использует в случае любого непредвиденного обстоятельства.

– А что она, собственно, предназначена делать? – спросил Дилуотер.

– В чрезвычайной ситуации и только в интересах обороны эта птичка способна быть носителем самого большого из когда-либо имевшихся в мире лазеров, к тому же она полностью компьютеризована и может защитить себя от попадания любых ракет.

– А почему на нее должны быть нацелены ракеты? – спросил Дилуотер.

– Потому что «Ку-ку» будет выведена на орбиту в нулевую точку над Москвой. Этот лазер имеет источником питания ядерный реактор и, возможно, по сути своей ближе всего к фантастическому «лучу смерти». Он способен буквально проткнуть атмосферу и сжечь любую цель на Земле. С поразительной точностью. В его «памяти» имеется карта Москвы, притом очень подробная. Лазер может уничтожить весь Кремль, не повредив булыжника на Красной площади рядом с ним; сровнять с землей кремлевские казармы, не тронув магазина ГУМ, который к ним примыкает.

– Понимаю, – очень тихо произнес Дилуотер.

– Ну а я нет, – вмешался Гродзински. Дилуотер ответил ему:

– Мы нарушили свое соглашение с Советами о демилитаризации космоса. Это чудовищное оружие, помещенное на синхронной орбите, будет держать под прицелом Москву. То, о чем столь громогласно договорились обе стороны, мы снова втайне обходим. ЦРУ сохраняет свои запасы химического оружия, невзирая на приказ об их уничтожении, ФБР хранит списки радикалов, хотя утверждало, что давно спустило их в бумагорезательную машину, а генерал Бэннерман создал смертоносное оружие, которое угрожает всему миру… – Он повернулся к Бэндину. – И вы, разумеется, знали об этом, господин президент?

– Разумеется, знал, и безопасность моей страны для меня превыше всего. Дай вам, либералам, волю, уже сегодня над Белым домом развевался бы красный флаг.

– Господин президент, джентльмены, груз, находящийся в «челноке», сейчас не имеет ни малейшего значения, – вмешался Шлохтер, для разнообразия применяя свой талант дипломата-международника в «домашних условиях». – Груз можно извлечь, тщательно складировать и сохранить в тайне до поры до времени. А сам «челнок» нужно немедленно приготовить к спасательной операции. Другое решение невозможно. Слишком многие уже знают о его существовании. У вас нет выбора, господин президент. Вам не следует делать этого, господин президент, – резко развернувшись к Бэндину, сказал Бэннерман. – Все еще можно сохранить в тайне, информационные «протечки» можно заткнуть. Но нельзя ставить «Ку-ку» под угрозу. Проект практически завершен. Когда эта штука будет на орбите, Советы уже не осмелятся даже пикнуть.