Куда исчез Филимор? Тридцать восемь ответов на загадку сэра Артура Конан Дойля - Фрай Макс - Страница 40

- Что-то вы путаете, - говорили милиционеры, - куда он мог подеваться из дома? Вы под кроватями смотрели? а в шкафах?

Но под кроватями лежала только пыль, а в шкафах - только моль и ворох невкусных газет.

Наталья Сергеевна рыдала в углу, служебная собака сочувственно дышала ей в ухо, дети оживленно спорили про НЛО и американских шпионов, кошка мыла лапу.

А Чиволйахим Йескела счастливо смотрел на них из зеркала и махал рукой. Он уже давно был влюблен в белую королеву и всю свою заамальгамную жизнь собирался посвятить только ей. И немножко - варенью на послезавтра.

ДМИТРИЙ ГУРИН

ПЯТЫЙ ЗОНТ

Первый раз в жизни Алик забыл зонтик, когда ему было одиннадцать лет.

Он оставил его в автобусе, на котором ехал домой из школы. Всего три остановки. Три остановки и прекрасная погода, Алик, сколько раз я тебе говорила, ходи пешком, это полезно, ты же только тогда и гуляешь, а то все за партой или перед телевизором, - так говорила мама.

Алик предвкушал, как мама будет ругаться: зонтик, разумеется, стоил денег; потеря зонтика, несомненно, сделает "дыру в бюджете" и всем докажет, что Алик растеряха и не понимает стоимости вещей. Поэтому Алик, съежившись, стоял на остановке, втаптывал в подошву кроссовка крышечку от пива и бормотал непонятное словосочетание "дыра в бюджете". Можно было выяснить, где у автобуса парк, добраться туда, расспросить всех водителей, очистить совесть. Но, во-первых, он не помнил номера автобуса: он всегда заскакивал в первый попавшийся, не глядя, потому что всего три остановки по прямой, - и хотя этой причины было самой по себе достаточно, была и вторая: Алик был ужасно нерешительным.

Мама знала про Алика всю правду, но все равно стала бы ругаться, как будто это что-то могло изменить. Алик тоже знал всю правду про маму и поэтому не торопился домой. Он просидел на автобусной остановке около часа, придумывая разные маловероятные приключения, в ходе которых он мог бы лишиться зонтика так, чтобы его не отругали, но в результате поплелся домой и рассказал правду. И мама ругалась.

Второй зонтик он эффектно подарил девушке на третьем курсе. Шел дождь такого напора и грохота, что прохожие улыбались друг другу, как люди, попавшие в общую беду. Алик шел домой от метро, а перед ним семенила босая и совершенно промокшая девушка. На ней было потемневшее от влаги красное платье. Туфли она держала в руках. Алик догнал ее и накрыл широким черным зонтом. Она обернулась, - у нее оказались очень ярко накрашенные губы, а по щекам текла тушь.

- Спасибо, но это, боюсь, уже не поможет, - сказала девушка. И засмеялась.

Она смеялась всю дорогу и продолжала зачем-то вяло отказываться от его помощи, пока они не дошли до ее подъезда. Тогда Алик сложил зонт и протянул ей со словами: "Берегите себя". Она сказала:

- Да ну, зачем.

Он проникновенно ответил:

- Я очень вас прошу.

И посмотрел ей в глаза. Он потом очень гордился этой своей импровизацией. Это было как в кино. Он протягивает ей зонтик и проникновенно смотрит в глаза; она вдруг перестает улыбаться, как бы осознавая всю важность момента, и повинуется этому взгляду, протягивая руку за мокрым зонтиком. Затем она поворачивается, чтобы уйти, но вдруг останавливается, поспешно роется в сумочке и протягивает ему какую-то монетку, что-то бормоча про примету, а потом убегает в глубь подъезда. А он идет под дождем к себе, поглаживая монетку большим пальцем, прокручивая в голове варианты возможного развития событий. Он идет по улице и узнает ее по зонтику. Она дает объявления в газеты и на радио, чтобы его найти и отблагодарить, и он случайно находит одно такое объявление на автобусной остановке, с фотографией зонтика. Он завтра придет к ее подъезду с большим букетом и будет ждать ее, а она выйдет с ярко-накрашенными губами и засмеется.

Но Алику не то чтобы понравилась девушка - его захватил сам сюжет. Так что если она потом и пыталась его разыскать, то он ничего об этом не узнал, а сам был, как уже говорилось, слишком нерешительным, чтобы воплощать свои романтические фантазии. Хотя нерешительность тут отходила на второй план, конечно: может быть, если бы девушка ему понравилась, он бы и совершил что-нибудь эдакое, прекрасное. А так - зачем.

Монетка оказалась английской. Он покрутил ее в руках и положил в стол, где у него валялась всякая всячина, а маме сказал, что забыл зонтик в автобусе - как много лет назад. Мама точно так же ругалась.

Потом времена изменились, мама бросила работу инженера и открыла точку на рынке. Алик закончил институт и пошел к маме торговать зонтиками. Зонтики покупали в основном женщины, скучного вида любительницы дешевизны, целевая аудитория брендов "Пер Кордон" и "Луй Воттун". Женщины были разного возраста, женщинам было важно, чтобы зонтики не выворачивало ветром, но ни у одной не было ярко накрашенных губ, и ни одна не смеялась. Не то чтобы Алик скучал по незнакомке. Он ничего о ней не знал, чтобы скучать. Но после встречи с ней он понял, что "хорошо" - это когда женщина рядом смеется. Да, думал Алик, проблема именно в этом: все эти женщины не смеются. У них нет повода красить губы, потому что им нечего подчеркивать. Брови многие из них исправно выщипывают, потому что брови - рабочий инструмент, они их хмурят, демонстрируя озабоченность, возмущение, недоверие, пристальность, гнев, обиду - кучу разных эмоций, с которыми смех или даже улыбка совершенно несовместимы. Поэтому когда у Алика появилась напарница Галя, хохотушка на каблуках, он сразу влюбился. Ведь что такое любовь? Это когда ты не можешь оторвать глаз от ее лица, пока она смеется. И пытаешься все время сделать что-то такое, чтобы она засмеялась снова. И тогда можно будет опять смотреть и не отводить глаз.

Мама была не слишком довольна выбором Алика, потому что Галя была без высшего образования и приехала покорять Москву из какой-то украинской глубинки, совсем как ее собственные родители. К тому же Галя на нее работала. Такой шаг назад в семье советских интеллигентов был крайне нежелателен. Но, присмотревшись к потенциальной невестке, она обнаружила, что Галя "бойкая и хваткая" - а значит, сын попал в надежные руки. И отвела Галю в сторонку, чтобы дать ей необходимый женский совет: милочка, если ты что-нибудь от него хочешь, бери все под свой контроль, сам он ни на что не решится. В отца пошел, такой же мямля и тютя.

Свадьба была скоропостижной. "Он женился, не приходя в сознание от любви", - рассказывала потом мать соседкам по подъезду. "Не приходя в сознание - это точно! - смеялась Галя. - Он забыл взять зонтик, хотя я его просила - привези в ЗАГС зонтик, обещали дождь! Я его специально еще месяц назад под прилавок отложила, он белый в маленькую розочку, то что надо для такого случая. А он забыл, и букет свадебный тоже забыл, пришлось в последний момент кого-то к метро посылать за цветами".

Алик чувствовал себя счастливым. Он еще подумал: вот, например, когда фильм хорошо заканчивается, обязательно звучит какая-нибудь проникновенная музыка, так что ты обязательно плачешь, и даже если очень постараться не заплакать, все равно немного коварной влаги выступит на глазах, а все почему? Потому что хеппи-энд не может не вызывать слез счастья. Так и со свадьбой: разве можно не чувствовать себя счастливым, когда вокруг столько нарядных людей и вкусной еды, как в детстве по праздникам?

Это был третий раз, когда Алик забыл зонтик.

Четвертый раз в некотором смысле можно считать продолжением третьего: дело было перед медовым месяцем, сборы были сумбурными, и Алик опять забыл зонтик, тот самый, белый в розочках. Хотя Галя несколько раз напомнила, что если он забудет, а дождь все-таки пойдет, им придется искать новый зонтик неизвестно где, за неизвестно какие деньги, а главное - даже с помощью разговорника она ни за что не сможет произнести слово "зонт" по-французски. И с чего его мать вообще решила, что Париж - это город любви? Вместо того чтобы ощутить себя счастливыми молодоженами, они будут чувствовать себя неуклюжими туристами. На них все будут смотреть как на идиотов. Может быть, стоит взять с собой свадебное платье и весь медовый месяц проходить в нем? Ну, чтобы люди с первого взгляда понимали, что они не идиоты, а молодожены.