Армагеддон в юбке (СИ) - Бойко Евгения Владимировна - Страница 5

— Возможно, в этом и будет доля правды, — я ухмыльнулась, стараясь не замечать хмурого взгляда. — Но конечно, только часть.

Стараясь загладить конфликт, возникший можно сказать на ровном месте, я сотворила на завтрак очень аппетитную, копченую куриц, но пес только фыркнул.

— Я ем твою магию на обед и ужин, ну, хоть на завтрак, я могу съесть что-то настоящее?

Дело в том, что магической едой, сотворенной из воздуха, наесться нельзя. Но это так вкусно! Правда, поначалу мой желудок очень возражал, против такой замены. Но потом привык, и стал переваривать сам себя. Не очень полезно, зато дешево. И до чего людей доводит безденежье!

С горем пополам, мы все же съели несчастную, ни в чем неповинную курицу, и после недолгих споров продолжили наше маленькое путешествие, которое рисковало затянуться в многодневную эпопею, как это часто у меня бывало. За свои двадцать лет, я истоптала почти все близлежащие города и села. Меня частенько посылали… не в том смысле… короче за травами и корешками. Сидеть дома и выслушивать нравоучения, мне нравилось меньше всего, потому почти всю свою сознательную жизнь, я провела в дороге.

В дороге я научилась драться и спасать свою шкуру от неприятностей, которыми те изобиловали. Как бы мы не были близки к столице, нравы тут царили диковатые. Если не ты, значит тебя. Выбора у меня не было, и я училась жить в этом мире. Мать сначала возражала, но потом смирилась, признав таки, что как деревенская знахарка, я должна уметь за себя постоять.

И я стояла, и не только за себя. Когда со мной посылали Керну, приходилось защищать и ее.

— Почему молчишь? Замышляешь очередную пакость? — спросил пес, прервав мои размышления.

— А с кем мне говорить, с собой? Я еще не сошла с ума, и в ближайшее время не собираюсь.

— А я? — Он обиженно отвернулся.

— Ты это ты. И когда выйдем к людям, постарайся не говорить, и не привлекай лишнего внимания. Иначе мне светит тюрьма, а тебе виселица.

— А почему не наоборот?

— Потому, балбес, что собак пруд пруди, а магов не так и много. Вот посадят на недельку, чтоб другим не повадно было.

— Не справедливо…

— А где ты видел справедливость в нашем мире? Она разве в сказках и бывает…

— Ты о чем? Злишься, что это Керну отпускают, а тебя заставляют становиться колдуньей?

— Все-то ты знаешь. Лучше вольные хлеба, чем скованные руки и сытая жизнь. У нее ведь не отнимают дар. Она может им пользоваться в свое удовольствие.

— Скажи об этом Ноне.

— Будто это так легко! Променять шило на мыло. На кота в мешке. Лучше уж колдуньей, чем выйти за мага.

— Кто сказал, что он маг?

— Отец и сказал. Все этот идиотский обычай! Всю жизнь испортил.

Пес замолчал, так как впереди показалась деревня. Первая за наш путь. Она была небольшой, куда меньше нашей, но был в ней определенный шарм и очарование. Аккуратные домики, невысокие изгороди и клумбы с цветами, все мило уживалось по соседству с лесом и рекой. Гармонично переплетаясь и образуя единый, цельный ансамбль.

— Привет, Вишня, — женщина с усталым видом и ребенком на руках, слабо улыбнулась. — Не посмотришь малыша, что-то захворал.

— Привет, — я тоже улыбнулась, — иди сюда, малыш.

Мальчик улыбнулся и протянул ко мне ручки, я шепнула несколько слов, и он засмеялся.

— Спасибо, Вишенка. А ты к бабушке?

— Да. Отец попросил зайти.

— Что ж, передавай ей низкий поклон и многие лета. И отцу тоже. Возьми, — она протянула мне золотую монету.

Я только отмахнулась.

— Даром получила, даром и даю. Вам она нужнее.

— Эх, Вишня, Вишенка, доброе у тебя сердце. Ну, возьми хоть пирожки с вишнями.

— Вы знаете, чем меня соблазнить. — На этот раз, я просто не смогла отказаться.

Вообще то, плату за излечение и даже консультацию, берут еще как. Но эта небогатая женщина, всегда вызывала у меня искреннюю симпатию, и я помогала ей просто так. Говорят, как аукнется, так и откликнется. Авось и мое доброе дело спасет однажды.

Я мрачно усмехнулась. После смерти сестры Лиа, я поклялась, что стану ведьмой, и буду помогать людям. Помогать…. но мое сердце очерствело, и я чувствовала скорее по инерции. Симпатия, дружба, ненависть… но никогда любовь или боль, пронзающая подобно кинжалу. Все чувства если таковые и были, я прятала под маской цинизма и смеха, никого не впуская в сердце. Правда, в последнее время меня все чаще стало посещать ощущение, что защитный кокон вокруг меня, трещит по швам.

Не останавливаясь, я пошла дальше. Время не стояло на месте, я а еще хотела навестить сестру. Она жила в городке, неподалеку от бабушки, и была рада, когда я приходила.

Пожалуй, из всех сестер, я больше всего любила Морену. Как это ни странно, но разница в двенадцать лет, казалась пустяковой. Она отлично меня понимала, и редко осуждала то, что я делала. Может, все дело в схожести характеров? Только почему оставили меня, а не ее? Ведь она старшая. Сестра только отмахивалась, говорила, что я сильнее. И характер у меня подходящий. И однажды я стану могущественным магом, или ведьмой…если до этого времени не найду приключений на свою голову.

Но только где те годы, когда я была десятилетней девочкой? Миновали, протекли как песок сквозь пальцы.

Учиться меня не отпускали, и вот по прошествии девяти лет, я получила шанс все исправить. Хотя…может это и к лучшему, я в отличие от многих, иду знающей. И знаю много, если не все. Не зря же наша мать, ведьма, как это ни странно звучит. И я просто не могу ее подвести!

Я подняла глаза, окинув взглядом кладбище, которое как-то незаметно выросло на моем пути. Нет, я не боюсь кладбища. Не боюсь я и упырей, которых там предостаточно, и зомби которые частенько рыщут, в поисках пищи, или разрывают могилы за неимением лучшего… Консервы, так сказать…

Но не будем о грустном, возможно сегодня, мне повезет. И из могилы ничего не вылезет.

Но моя счастливая звезда, скрылась за дождевой тучкой, и видимо не услышала моих просьб. Из-за склепа, неизвестно откуда затесавшимся на этом деревенском кладбище, вышло с десяток вполне обычных мертвецов.

Все понятно, упыри. Только отчего они сбились в стаи? Не уж то брачный сезон начался? Да они вроде не спариваются. А интересно, они могут получать от этого удовольствие? Чувствуют же они боль. Вот возьму и спрошу!

— Эй! Упыри! — Я даже руками махнула, привлекая их внимание, — а вы испытываете удовольствие, от процесса спаривания? А?!

Упыри, оскорбленные в лучших чувствах замерли, соображая, сошла ли я с ума, или так, просто захожая идиотка. Я тем временем остановилась, и притопывала от нетерпения ногой.

— Не знаю, — сказал, наконец, один из них.

— Как? — тем, что они ответили, я была удивлена не меньше, чем они мои вопросом минуту назад. — А вы, простите кто?

— Работники каменоломни.

— А-а-а, — я засеменила прочь, пока они не опомнились.

Переглянувшись, и пожав плечами, они тоже пошли по своим делам. Вот, дожилась, упырей от рабочих не могу отличить! Я кинула в их сторону косой взгляд, а бурное воображение уже рисовало жуткие картины. Как они заходят сзади, хватают и рвут меня на части своими не чищеными зубами…. Лапают немытыми руками, покрытыми пылью…. Фу! Какая мерзость…

Меня передернуло, а желудок протестующе заурчал. Надо контролировать свое воображение…

Но кладбище на этом не закончилось. Мне предстояло еще минут двадцать тащиться по нему довольно бодрым шагом. И почему все дороги идут через кладбище? Или все началось с путников, которых по мере надобности закапывали по обочинам, а потом эта привычка счастливо прижилась? А может, не в меру экономные власти, решают таким способом проблему перенаселения. Натравливают зомби и выпускают на дорогу…. И зомби сыты и люди не расплаживаются больше нужного.

— Вишенка, — пес странно посмотрел на меня. — А как ты относишься к тухлому мясу?

— Нормально, когда оно лежит в мусорной яме.

— Тогда займись этими голубчиками. — Он показал глазами на табун, в количестве двенадцати уже довольно не свежих зомби.