За третьей гранью - Морган Джезебел - Страница 41

А если он действительно не сможет вернуть меня домой? Скорее уж, не захочет… Если даже я за хельгин экзамен требовала у родной сестры «оплату труда», то что уж говорить о вампире? Какая ему выгода надрываться ради собственной рабыни, за большие деньги купленной? Убыток один…

Пока выдалась свободная минутка, я быстро сняла браслет с лодыжки и вернула на предплечье. На ноге остались красные следы: кожа у меня не особо нежная, но металл стёр её до крови.

Скрип двери подействовал на задумавшуюся меня не хуже ведра ледяной воды на голову. Подскочив на лавке и чуть не упав с неё, я обернулась к вошедшему. Вернувшийся вампир был на этот раз абсолютно спокоен, холодная маска равнодушия неестественно застыла на его лице, вызывая оторопь. Теперь, когда мы знали, кто он, хозяин не скрывал своей жуткой сути.

Внутренне я напряглась, приготовившись к худшему, но приложила много сил, чтобы выглядеть непоколебимо спокойной. Мне не хочется всем и каждому демонстрировать свою неуравновешенность, но Брунгальда наше состояние, кажется, не волновало. Он с каменной миной защёлкнул на наших предплечьях по тонкому медному браслету с непонятными насечками, но меня не покидало ощущение, что он над нами элементарно издевается, провоцирует, чтобы с научным интересом затем препарировать наши мысли. На непонятно откуда взявшийся золотой браслет он не обратил внимания.

Анрис злобно косилась на хозяина, её желание вцепиться мужчине в глаза было таким сильным и чётким, что считывалось мной, как и её мысли. На одно мгновение я испытала всё то, что сейчас чувствует верная жрица, и этот миг мне ну о-очень не понравился. Перестать контролировать свои эмоции может и не так страшно для обычного человека, но мои чувства всегда напрямую были связаны с пустотой. Волна ничто прокатилась по телу, спазмом скрутив внутренности и обрушилась на вампира. Точнее, попыталась обрушиться, в последний момент разбившись о силу моего кольца. Обиженно кольнув меня болью в сердце, мой дар-проклятие снова уютно спрятался в глубине души до следующего, осознанного или нет, пробуждения.

Я постаралась незаметнее перевести дыхание, сбившееся как после длительного кросса. К моему счастью, Брунгальд ничего не заметил. Или сделал вид, что ничего не заметил. С ним мне придётся вести себя осторожнее. Я же не хочу потерять свой шанс вернуться домой лишь из-за того, что случайно оскорблю его мысленно. Впрочем, преисполняться раболепием перед хозяином я тоже не собираюсь.

«Идите за мной», – коротко велел вампир, не оборачиваясь. Я быстро шагнула за ним, и вовсе не потому, что мне так не терпелось выполнить его приказ, а мешая египтянке подобраться к нему ближе. Не сомневаюсь, она попытается напасть на него, и мне даже думать не хочется, чем это может закончиться. Откуда ей знать, как быстры и сильны вампиры. И как жестоки.

Привёл нас вампир к двум комнатам, находящимся почти рядом с прежней. Спрашивается, на хрен было сначала оставлять нас там, а? Ну я прям поражаюсь логике Брунгальда… А вернее, её отсутствию. Вот сколько приходилось слышать ехидных смешков, мол женская логика то, женская логика сё… Но она хоть есть, а с наличием мужской я ещё в своей жизни не сталкивалась!

Предоставленная в моё одиночное пользование комнатушка мне понравилась. Скупо обставленная, но с некоторой претензией на уют. Койка в углу застелена разноцветными тканями не самого лучшего качества, шерстяное одеяло вообще, кажется, притащено вампиром откуда-то с севера. Грубо сколоченный шкаф в углу с первого взгляда показался мне вертикально стоящим гробом. Осторожно подкравшись к нему и внимательно прислушиваясь, я стремительно дёрнула за ручку и разочарованно вздохнула. Нет, я не дура, знаю, что Высшей Расе кровь нужна, как мне амброзия, но найти в шкафу полусгнивший труп было бы гор-раздо интересней, чем криво прибитые полочки со стопками одежды. Я вытащила одно платье и скептически его разглядела, держа на вытянутых руках. Ничего особенного, грубое полотнище, небрежно выбеленное, жестковатое и царапающееся. О модности и стильности фасона я вообще лучше промолчу. Скомкав одежду и запихав обратно, я подошла к единственному в моей комнате окну. Выходило оно во двор, но точно рассмотреть что-то было невозможно – обзор загораживало дерево с шикарной изумрудной кроной. Ветерок едва касался широких листьев со светлыми прожилками, тихий шелест служил умиротворяющим фоном. Немного подышав свежим воздухом, которого в моём времени днём с респиратором не сыщешь, я заглянула к египтянке. Её комната была точной копией моей, за одним исключением: окно выходило на узкую улочку, и порадовать красотой видов не могло. Эта деталь чуть приподняла мне настроение: пустячок, а приятно.

«Расскажи мне, кто наш хозяин», – тихо попросила Анрис, неуверенно теребя ворот платья.

Я согласно кивнула и, закрыв глаза, попыталась вспомнить, а что мне собственно известно о представителях Высшей Расы в целом, и о вампирах вне категорий в частности. Оказалось, не так уж и много. Последние всегда были достаточно скрытны из-за своей малочисленности, и, может быть, по-этому никому не удалось установить их точное количество. И тем не менее, они существуют. Ну или существовали в нашем недавнем прошлом, ибо в одном занюханном пособии мне попалась схемка одного мудрёного заклинаньица, которое надлежало применять именно к представителем этого вида клыкастых. О результатах эксперимента сообщалось очень расплывчато, но что подопытный выжил, это я помню. Кажется, авторство этого «шедевра» магии принадлежало всё той же леди Морган.

Идиотская мысля, как обычно, пришла незваной, выпихнув из моего разума все остальные. Предвкушающе улыбнувшись, я поведала простодушной египтянке все запомненные байки, столь популярные в литературе и кинематографе. Припомнила и жуткие средневековые легенды, от которых кровь стыла в жилах. С каждым моим словом девушка становилась всё бледнее и бледнее, пока её кожа не приобрела сероватый оттенок старого асфальта. Египтянка вздрагивала от каждого шороха, доносившегося с улицы, неосознанно пыталась нашарить на поясе отобранный ритуальный кинжал.

В задумчивости я подошла к окну и, свесившись вниз, начала дотошно изучать открывшийся вид. Довольно рядом, казалось, что даже на расстоянии вытянутой руки серела стена другого дома. Внизу, прислонившись к серому камню спиной, сидели худые мальчишки в оборванной одежде и о чём-то тихо переговаривались. Откуда-то доносился мерный и тихий плеск воды, прохладный мягкий ветерок легонько мазнул по лицу и улетел дальше. Словно почувствовав мой взгляд, один из мальчишек поднял голову и столкнулся со мной взглядом. Несколько секунд мы придирчиво изучали друг друга, а затем пацанёнок что-то залопотал привлекая внимание своих друзей. Они как по команде вскинули головы и воззрились на меня с таким любопытством и удивлением, что я смутилась и поспешила отойти от окна.

Анрис уже успокоилась, сперва затравленный взгляд стал жёстким и бесчувственным. Я даже пожалела вампира – теперь, если девушка сочтёт, что нам что-то угрожает, ему несдобровать. Клыков египтянка уже не испугается – похоже, она нацелилась сделать себе из них ожерелье.

«О божественная, скажи, отродье Сета будет пить нашу кровь?» – на удивление спокойно спросила жрица, словно желала прояснить для себя один не очень приятный вопрос.

Я даже поперхнулась от спокойной торжественности с которой был задан этот вопрос.

«Нет, – от удивления я даже не успела придумать уклончивый ответ, – ему это не нужно. Высшие и вне категорий могут питаться обыкновенной пищей». Анрис нахмурилась, в чёрных глазах блеснула чёрная сталь.

«Если он заставит тебя, о солнцеглазая Тефнут, марать руки недостойной работой, клянусь правосудием Осириса, я убью его!!!»

«Сбавь обороты, – лениво улыбнулась я, – если бы ему нужны были слуги, рабов здесь было бы гораздо больше»

Девушка молча склонила голову, признав правоту моих слов. Я ещё немного походила по её комнате, сунула свой любопытный нос в шкаф, обнаружила, что он в точности, даже до стопок одежды на полках, повторяет мой, пару раз уныло вздохнула и неожиданно почувствовала, что голодная. Как волк суровой зимой… Или нет, скорее, как я после трёхдневной морковной диеты. Поэтому я направила свои стопы к двери, и когда уже закрывала её из коридора невежливым пинком ноги (ручек у дверей не было), меня нагнали мысли Анрис. «Куда ты, богиня?!»