Кадеты Точка Ру - Зервас Никос - Страница 3

Внучка генерала Еропкина потащила кадета через школьный двор к празднично украшенному подъезду.

— Пахнет у вас… как в детстве в деревне! — удивился Тихогромов и стал оглядываться.

— М-дя, действидельдо, — прогундосила Морковка, зажимая нос двумя пальчиками.

— Целую машину навоза зачем-то привезли? — удивился Петя. — Что это они решили в октябре клумбы удобрять, странно…

К корпусу младших классов жался «Зилок» с провинциальными номерами и чёрной жижей в кузове. А напротив, у главного входа, уже пестрела толпа: мигали лампочки, верещала чудо-рамочка, чуткая к металлам. Вокруг рамы бдили милиционеры. Гостей вежливо понуждали выворачивать внутренности рюкзачков и сумочек. Оно и понятно: по телевизору третий день говорили о просочившейся в столицу банде сепаратистов.

Петруша, приоткрыв рот, глядел на входные двери, в которые, позванивая холодным оружием, заходили и не спеша осматривались чудища — молчаливые, плечистые, и отчего-то действительно страшные, несмотря на дикие парики и пластмассовые бивни. Это были массовики-затейники, как пояснила Надя. Директриса пригласила студентов ГИТИСа поработать на празднике чудовищами, повеселить гостей.

Школьники приветствовали необычных клоунов радостным визгом. Первым преступил порог пожилой вампир в чёрном фраке с крахмальной манишкой, с голубоватым злым лицом, которое подпирал под самые веки негнущийся воротник. Следом, громыхая развалившимися ботинками, ввалилась громадина без шеи, с развороченной мордой — чудовище Франкенштейна, неладно скроенное из клочков рыхлой резины цвета мёртвой плоти. Из-под локтя у гиганта выскользнул вёрткий призрак заколдованного самурая с гнилым черепом вместо лица, с рукоятью азиатского меча, торчащего из-за спины.

Бородатый горбун в полумаске. Иссохшая ведьма в оборванной зонтичной шляпе. Двухметровый «скелет» с зазубренным клинком, торчащим между лопаток… Магнитная рамка истошно выла, поневоле пропуская скелета, опутанного ржавыми веригами, а за ним — низкорослого тролля в медном ошейнике с шипами.

Милиционеры, посмеиваясь, позволили ряженым пронести ворох бутафорских клинков, пару блестящих игрушечных арбалетов и длинный алюминиевый посох с мигающим кристаллом на верхушке.

В зале вдруг стало темно, гогот подростков заглох, лишь изредка кто-то смешливо икал и хрюкал. Наконец вспыхнули прожекторы, высвечивая ослепительный круг ярко-багрового занавеса. В сиянии света показалась на сцене новая учительница Стелла Яновна.

— Противная, — шепнула Надинька Пете, — не успела прийти, кружок волшебников создала, прикинь! — она посмотрела на Тихогромова с ужасом.

— Дети. Меня зовут ведьма Эстель, и я хозяйка сегодняшнего пиршества! — объявила она в микрофон. — Духи мёртвых будут веселиться вместе с нами. Давайте поприветствуем их! Да здравствует самая жуткая и весёлая ночь в году! Объявляю наш праздник открытым!

Покатились бешеные колёса барабанного грохота. Старшеклассницы открыли вечер безумным «Танго Лысой горы», наслаждаясь шансом показаться на публике в полуголом виде с плохо промытыми и растрёпанными волосищами. Бедный кадет как увидел, так и замер с отпавшей челюстью.

Но ведьма Эстель уже объявляла следующий номер: «Орки-придурки на пикнике». Под хрюкание группы «Раммштайн» орки-придурки прямо на сцене разрезали бутафорскую куклу директрисы бутафорскими же бензопилами (Надя шёпотом пояснила, что всемогущая мама Неллечки Буборц уговорила директрису согласиться на трюк с распиливанием).

Тем временем монстры-затейники прохаживались по рядам, кровожадно поглядывая на зрителей, которых это немало веселило. Кто-то бросал скоморохам конфетки, однако чудища, как и подобает чудищам, лишь злобно скалились в ответ.

Тут от толпы уродов отделился один из ряженых — юркий клоун в костюме мёртвого самурая. Забавляя толпу, артист сделал вид, что атакует милиционера, дежурившего у входа в зал. Выдернул из-за спины игрушечную катану — жутко красивую, ну совсем как настоящую — и, помахивая ей, стал медленно надвигаться на розовощёкого сержанта.

Старший сержант Пухов добродушно расхохотался и подмигнул клоуну в чёрно-красном кимоно.

— Й-йо! — выдохнул Самурай и наотмашь рубанул. Дети, сидевшие неподалеку от выхода, в диком восторге завизжали. Конечно, клоуны договорились с сержантом заранее: подыгрывая Самураю, милиционер правдоподобно захрипел и грузно повалился розовым лицом вниз.

Кто-то захлопал в ладоши. Прошла секунда, вторая… но милиционер лежал ничком и не собирался вставать. Зал стал затихать, улыбки на лицах медленно гасли.

Шутка затянулась.

Через миг во всём здании погас свет. А ещё через миг из заломленной руки второго милиционера вывалился пистолет «Макарова» и брякнул об пол. Сержант не успел даже прохрипеть в свою рацию.

Музыка на сцене резко сползла в тишину. Танцующие замерли на своих ходулях и через миг рассыпались. Стелла Яновна юркнула за кулисы. В наступившей тёмной тишине где-то на заднем ряду громко зашёлся непонятно как оказавшийся в зале младенец.

— Мне страшно, — прошептала Надя.

Кадет Тихогромов вытаращил глаза так, что заломило виски. В груди сделалось жарко и жутко, как на параде. Мягко, тошнотворно закружилась голова. Через силу улыбаясь, он склонился над Надинькой:

— Совершенно нечего бояться! Самые обычные террористы. Минут через десять нас освободят.

Надинька заморгала растерянно, вытерла слезинку под глазом, прижалась к широкому Петрушиному плечу.

— Надо посидеть немного, подождать. Даже интересно, не каждый день в заложники хватают! Скоро нас освободят, — подбодрил Петруша.

Надинька даже улыбнулась. Петруша был такой большой, невозмутимый и благостный, что рядом с ним просто не получалось паниковать. Генеральская внучка шмыгнула носом, тряхнула золотистым плюмажем на макушке. Ничего! В прошлом году мы ещё не такого натерпелись в чёрном замке Мерлина. Подумаешь, какие-то несчастные террористы. У них даже волшебных палочек нет!

Но уже через миг от Надиной уверенности не осталась и следа: рядом истерически расхохоталась молодая женщина. Она вцепилась ногтями в собственное лицо и завыла от ужаса. Лысоватый сосед справа тоже заныл, закрыл лицо руками и полез под сидение.

Петруша нахмурился. Подполковник Телегин рассказывал кадетам о чеченских смертниках, которые в Первую кавказскую войну ходили в атаку с самурайскими мечами, — это у «духов» такая мода была. А ещё Тихогромов разглядел, что поверх резиновой маски на лбу у Самурая и других чудовищ появилась короткая трубка с двумя окулярами. Устройство слегка подсвечивало лоб и щёки зелёным светом.

«Приборчик ночного видения. Так нечестно: духи нас видят, а мы их — нет», — хмыкнул кадет, осторожно переключая свою маленькую видеокамеру в режим ночной съёмки. Есть! Петруша улыбнулся, рассматривая в видоискатель серебрящийся силуэт Самурая, двигавшегося во мраке, будто в чёрно-зелёном дыму. В одной руке злодей держал дымящуюся катану, в другой — отобранный у милиционера пистолет. Видно было, что бандит не просто так бродит, а выискивает среди заложников крепких мужчин, способных помешать террористам.

Петруша поспешно поднял с пола чью-то тёмную накидку в блёстках и звёздочках, набросил на мощные плечи. Ура! По крайней мере, алых кадетских погон не видно. Вовремя спрятал свои знаменитые боксерские кулаки и видеокамеру под плащ — Самурай был уже рядом!

— Смотри в пол! — успел шепнуть девочке Петруша. А сам сделал плаксивое лицо и чихнул. Длинная сопля повисла на кончике носа. Видимо, это убедило Самурая в том, что пухлый мальчик в накидке со звёздочками безобиден. Злобно сопя под маской, бандит прошёл мимо.

Надинька обернула к Пете бледное личико с дрожащими губами.

— Всё не так страшно, — ободрил её кадет. — Я-то думал, у вас в школе правда привидения завелись, а тут — обыкновенные «духи». Эка невидаль!