Один на один с Севером - Уэмура Наоми - Страница 58

Не вижу почему-то старшего Каунна. Обычно он лежит где-нибудь около палатки, а сегодня, сколько я его ни звал, он не появился. У него сломаны когти, ему трудно бежать, но неужели ему стало еще хуже? Я очень беспокоюсь. На снегу не видно никаких следов. Накануне Каунна совсем не ел. Может быть, у него нет сил и есть? Раньше он был самый сильный в драке, а вчера его победил Горо. Но что бы там ни было, я ничего не могу сделать, пока не кончится пурга.

19 августа

Облачно, затем ясно. Температура — минус 5 градусов.

Остановка. Вчера поздно вечером ветер прекратился, и тут же откуда-то появился Каунна-старший. Услышал его лай за палаткой и вышел. Я волновался, хотя и думал, что он непременно вернется. Наверное, он где-то пережидал пургу. К собачьему корму Каунна опять не притронулся, съел только немного мяса, которое предназначено для меня.

20 августа

Ясно, потом облачно. Температура — от минус 12 до плюс 7 градусов.

Мысль о непредвиденных задержках в пути сводит меня с ума. Сегодня пять часов ехали по склону. Высота покровного ледника быстро снижается. После тридцатиминутного отдыха опять в путь. В 16 часов справа я увидел что-то черное. Оно стремительно становилось все больше и больше, и я понял, что это вершина горы.

Нунатак! Высота его южного пика — 2840 метров.

Через 30 минут перед нами появился целый ряд черных скал. Я так ждал этого часа!

Разбил лагерь в южной части покровного ледника, который я пересек со своей упряжкой.

Собаки бежали изо всех сил, они, наверное, решили, что у черных скал их ждет выход из этого белого мира и там закончится наш путь.

— О… уже конец! — громко крикнул я, и при этом обращался не столько к собакам, сколько к себе.

Сегодня я был в пути 10 часов, это наиболее длительный и самый большой по расстоянию переход. Мы прошли 78,2 километра. В 18.30 я остановился. Я очень благодарен Нисикуцу, Есида Хироси и всем остальным, кто прибыл встречать меня в Нарссарссуак. Вечером они связались со мной по радио и передали различные сведения о последнем отрезке пути. По прогнозу, на следующий день опять ожидается пурга. Мне бы очень хотелось завтра завершить путешествие, но, в конце концов, можно и подождать один день.

21 августа

Облачно: Поземка. Температура — минус 4–2 градуса.

Но пока нет ветра, в 7.30 отправляюсь в путь. Преодолел 61° северной широты. Я все приближаюсь к южной части ледникового щита Гренландии. Еду среди нунатаков, не видно ни конца ни края. Жизнь полна перемен. То я двигался по бесконечному белому леднику, то попал в горы. Раньше собаки бежали веером, а теперь перестроились в колонну. Тридцатиметровым линем привязал себя к нартам для страховки от падения в расщелину ледника. Но собаки, забыв свой страх перед всеми расщелинами, мчались без всякой осторожности.

Я сел на переднюю часть нарт, а в руки вместо хлыста взял цепь. Если встретится трещина, я, не теряя ни минуты, подложу цепь под полозья, и мы застрянем в снегу. Цепь должна играть роль тормоза.

В 11 часов была связь с базой. Мне передали, что во второй половине дня ожидается буран, и действительно после полудня подул сильный ветер и повалил снег.

Быстро натянул палатку. Сегодня принял решение о последней точке своего путешествия. Она находится в южной части острова, на расстоянии 20 километров от того места, где берет начало ледник Корупуккусэрума, спускающийся к Нарссарссуаку. Ее координаты — 61°39 северной широты и 44°15 западной долготы.

Такое решение я принял после консультаций с базой. Дело все в том, что ледник Корупуккусэрума изобилует страшными трещинами и летом во время таяния снегов по нему невозможно проехать на собачьей упряжке. А сейчас именно такое время, и спускаться по нему на нартах — опасная, неразумная авантюра. Поэтому я закончу путешествие у вершины.

От этой точки до города Нарссарссуак, находящегося в самой южной части Гренландии, — 90 километров. На базе Аврора приняли решение доставить меня в Нарссарссуак самолетом.

22 августа

Переменная облачность. Температура — от минус 10 до минус 6 градусов.

Сегодня последний день путешествия. Выпил вчерашний чай и выехал. Было уже довольно-таки поздно — половина десятого. Все утро пришлось откапывать из-под снега нарты. В 7 часов на востоке-северо-востоке с пожеланиями нам счастья взошло солнце. Облака на востоке окрашены утренней зарей. Очень красиво!

До цели 21 километр, но сегодня я жду чего-то необычного: ведь сейчас начнется последнее ри моего путешествия в 100 ри. Я опять обвязываюсь веревками. Поднимаю спящих собак, привязываю их к нартам и в 9 часов даю знак: «Трогай!»

Собаки все быстрее бегут под уклон. Всегда отстающие Панда и Сякайю тоже несутся вовсю. Мой лагерь остался уже далеко позади.

— Быстрее бегите, ой, быстрее!

Собаки, безусловно, впервые слышат эти слова. Обычно я говорю: «Спешите, спешите, еще быстрее». Собакам передается мое возбуждение, и они бегут очень быстро, понимая все слова команд.

Я останавливаю нарты, отрываю с задней части пастила доску и просовываю ее между досками в передней части, делая как бы решетчатую ограду. Мне кажется, что одной цепью не остановить нарты, поэтому при необходимости эта доска может служить дополнительным тормозом.

Тин и Каунна-старший поранили лапы, из которых течет кровь, но они ведут себя спокойно и бегут наравне с другими собаками.

Уже показалась скала, к которой мы стремимся. Скалы черные, мрачные, величественные. С глубокой древности стоят здесь эти горы, века оставили на них свои отметины. Я остановил нарты, чтобы полюбоваться этими молчаливыми свидетелями прошедших веков и запечатлеть их навсегда в своем сердце. Снизу поднимался туман и исчезал у вершины.

Мое путешествие от северного побережья Канады к Северному полюсу и от мыса Моррис-Джесеп к южной части Гренландии — часть моей жизни — заканчивается у этой безыменной скалы.

Нельзя сказать, что я открыл что-то новое. Нельзя сказать, что я несу что-то новое в общество. Мои действия, мое путешествие оставили следы только в моей душе и останутся воспоминанием только для меня.

В 11 часов по радио я узнал, что прилет вертолета намечается одновременно с моим прибытием в конечную точку.

Опять в путь. По мере спуска с высоты нас все больше и больше обволакивает туман. Постоянно поднимается он с ледника Корупуккусэрума. В тумане кричу собакам мое последнее «пошли!». Собаки сегодня тоже радостные, может, оттого, что голос у меня сейчас необычный, особенный. Похоже, что смеется даже Каунна-старший, забыв про свою боль. И мне радостно, что скоро не буду чувствовать холод и боль.

Мы попадаем в седловину между нунатаком и ледовой равниной, где совсем нет трещин.

В 13.20 мы прибыли к подножию скалы, и здесь закончилось мое путешествие на собачьей, упряжке по Гренландии.

Я крикнул упряжке «ай», соскочил с нарт и бросился к собакам.

Вожаки Кума, Таро, Томи, Каунна…

«Большое вам спасибо за то, что вы так хорошо сюда шли. Спасибо». Я погладил каждую собаку, погладил по голове, по спине. Каждой сказал спасибо, И собаки прыгали мне на грудь, будто стараясь обнять. Словами трудно передать чувство, охватившее нас. Собаки молча прижались ко мне.

Такое завершение путешествия, конечно, воплощение моей мечты. Я не думал, что смогу претворить ее в жизнь.

Сейчас я в палатке делаю эти записи. Вертолет из-за плохой погоды не смог прилететь, отложили на завтра. Это даже хорошо. Сегодня я хочу побыть один. В последнюю ночь на огромной ледяной равнине хочу быть один.