Танец мертвых - Голден Кристи - Страница 51

Ларисса пыталась подумать, но мысли ей изменяли. В отчаянии она запустила корень, надеясь на помощь.

Позади Лариссы послышалось рычание:

– Беги Ларисса! Оставь этого подонка на меня.

Лонду удалось увернуться от главного удара меча Дюмона, но тот попал ему по предплечью. Лонд закричал, оскорбленный тем, что капитан посмел напасть на него.

Дюмон начал свой волшебный свист, но Лонд протянул руку и сжал ее. Рука, приставленная капитану от зомби, стала разрывать ему грудную клетку и наконец вытащила сердце Дюмона. Оно еще билось и обливалось кровью. Дюмон закатил глаза и упал.

Ларисса взирала на все это с ужасом. Когда-то она любила Дюмона как отца, он и теперь, вопреки его предательству, был для нее небезразличен.

– Дядя, – прошептала она.

– Надоел! – сердито сказал Лонд. – Теперь очередь за тобой, Белая Грива.

Глаза Лариссы гневно блеснули. Теперь она была готова встретить опасность. Несколько секунд соединения с деревом дали ей идею. Она прижалась всем телом к полу, посылая сигнал всему живому. Ее сигнал доски пола передали деревянному грифону, украшавшему корабль.

Его глаза заблестели, крылья расправились, он сорвался со своего места. Как орел на добычу, он бросился на Лонда.

Колдун, однако, успел подготовиться. При подлете грифона Лонд произнес заклинание, и грифон натолкнулся на невидимую стену, воздвигнутую стараниями Лонда. Столкнувшись с препятствиями, грифон обратился в груду щепок.

Ларисса испытала глубокое разочарование. Она потратила много энергии за прошедшую ночь, грифон забрал остатки. Лонд повернулся, чтобы встать лицом к ней. Ларисса собиралась с силами, чтобы встать. Она ожидала, что Лонд нанесет ей смертельный удар.

Но Лонд ничего не предпринимал. Он критически рассматривал ее и ничего не сделал, даже увидев, что она поднимается на ноги.

– Ты думала остановить меня деревянной подушкой. Магия плодов и цветов не дает ничего. Твои возможности ограничены собственными правилами. Если бы ты сама придумала новые правила, твоя мощь была бы безграничной.

Он ближе подступил к ней, она шагнула назад, держась за поручень.

– Ты проявила немало таланта, – вкрадчиво говорил Лонд. – Недаром Дева рассчитывала на твою помощь. Но теперь ты убедилась, что магия плодов и цветов терпит провал. Настоящая мощь построена на крови и костях. И я могу тебя научить, Ларисса Снежная Грива. Я могу провести тебя этим путем.

Ларисса смотрела на своего врага, но в уме прикидывала, сколько времени займет у нее путь до рулевой рубки и на другой борт…

– Зачем растить зелень, легко ломающуюся рукой? Зачем поддерживать жизнь, когда смерть более предсказуема и управляема? Чем хуже мерцающие огоньки другого рода?

Он разорвал длинный рукав из черной ткани. В его руке появился нож, острый и длинный. Он коснулся кожи своей руки и надрезал ее. При свете луны Ларисса отчетливо видела его руку.

Она ничем не отличалась от обычной руки, но вся была иссечена. Кровавая магия покупалась, а не давалась, и он оплачивал ее своей кровью. Он снова и снова вскрывал свою плоть, иногда удаляя куски мяса.

Красная жидкость капала на палубу с шипением. Его руки потянули капюшон с лица. Под накидкой он носил одну только рубашку, и вся видимая плоть была иссечена рубцами. Самым ужасным было лицо. Больше всего дьявольский размен плоти коснулся щек. Сквозь них просвечивали кости черепа. Казалось, только глаза и были пощажены. Они блестели холодно и злобно, спрятавшись в складках.

Лужа крови начала разливаться в сторону Лариссы.

Пора, подумала танцовщица. Она сделала прыжок в сторону рулевой рубки. Поднявшись по трапу, она оказалась на крыше. Она перебежала плоскую поверхность… но столкнулась с зомби, поднявшимся, чтобы поймать ее.

Это был Дюмон. Его глаза тупо смотрели на нее, а его трупная рука протянулась и схватила ее за лодыжку. Ларисса подавила крик, вывернулась от его хватки, направляясь к другому борту. Но там ее поджидал зомби-полуящерица.

Ларисса огляделась. Ее окружали. Пока она оглядывалась, показался Лонд. Он парил в воздухе, как бы поддерживаемый невидимой рукой. Он плавно опустился около Лариссы, которая вдруг избавилась от своих панических чувств.

Страх покинул ее. Она выпрямилась и хладнокровно посмотрела на Лонда.

– Мне знакомо твое прошлое, Алондрин-предатель, – произнесла она, глядя на приближающихся зомби. – Твои мертвецы не пугают меня. Я обедала с Господином Мертвецов, была желанным гостем в Доме Печали. На борту «Мадемуазель» я являюсь эмиссаром Антона Мисроя, которого ты хорошо знаешь, как мне кажется. Ты думаешь, что мощь и власть обретены мною без его помощи? – Она засмеялась, но без веселья в голосе.

Не без элегантности она поднялась на ноги:

– Мисрой научил меня Танцу Мертвецов. Позвольте я покажу.

Ларисса выхватила плеть, которую ей Дал Мисрой, и ударила себя по левой руке. Стало больно, и появилась кровь, но она не обращала на это внимания.

Плеть удлинялась, превращаясь в змею, которую Ларисса знала по топям. Змея не пугала ее теперь. Она поборола этот страх и действовала решительно. Она была Белой Гривой, танцовщицей. Ее отступление навлекло бы поражение.

Абсолютно без содрогания она посадила змею себе на плечи. Змея быстро обвила ее, но Ларисса от этого почувствовала только еще большую уверенность.

Змея задрапировала ее как шаль, и Ларисса начала танцевать. Не испытывая никаких сомнений, она отбросила все, чему ее учила Дева, и пустилась в ужасающий Танец Мертвых.

Глава XXIV

Внимание Уилена на короткое время было отвлечено возрождением грифона, он не мог наблюдать дальнейший ход событий, потому что он сражался с зомби Елузой, которая стала первым зомби из животных.

Она размахивала мечом, который, казалось, был тяжелее ее самой. У Елузы перед ним было преимущество: она могла сражаться без конца, в то время как блуждающий огонек начал уставать.

На мгновение сова прекратила сопротивление и была обезглавлена, к удивлению самого Уилена. Он оглянулся вокруг:

все зомби прекратили бой. Как один они стали подниматься на самый верх корабля.

К нему подбежал Сардан. Мрачное выражение его лица сильно отличалось от обычного беспечного. Уилен успел подумать, что тенор может навсегда остаться угрюмым.

– Что случилось? – задыхаясь и вытирая пот сказал он.

– Не знаю, – ответил Уилен, – мне это не нравится. Почему Лонд вдруг отозвал всех зомби из боя?… Ларисса!…

Сардан побледнел:

– Она здесь? Ты позволил ей воевать? Она не знает…

– Сардан, она руководит нами. Она там наверху, пойдем.

Уилен поднимался по трапу со скоростью, которой он не подозревал в своем человеческом обличье. Им двигал ужасный страх: как ни сильна Ларисса, одной ей не справиться с армией зомби Лонда. Блуждающий огонек не знал, как он может помочь ей – его магия в основном была защитной, но он знал, что надо попытаться помочь.

С перехваченным дыханием он добрался до крыши. Сардан следовал за ним. Блуждающий огонек был позади толпы зомби, и ему не было видно, что происходит.

Он уловил голос Лариссы: «Мисрой научил меня Танцу Мертвецов. Позвольте я покажу».

Ужас овладел Уиленом при этих словах, временно лишив его силы. Он зашатался от переполнившей его информации. Сардан появился позади него и положил свою руку на его плечо. Уилен соразмерил силы и, сказав «Прости меня», ударил Сардана в челюсть. Сардан упал скорее от удивления, чем от силы удара:

– Что…

Вопрос Сардана остался без ответа, Уилен нанес ему второй удар. Глаза Сардана закатились, он лежал без движения.

Теперь Уилен знал, что Сардан вне опасности. Он раздумывал над тем, есть ли у него время остановить Лариссу. Но ноги против его воли потянули его туда, где Ларисса начинала свой адский танец.

Он двигался мимо замерших зомби. Внезапно Ларисса попала в поле его зрения.

У него перехватило дыхание. Он думал, что схватит ее слепую, заставив прекратить танец, который разрушит и ее, и любого человека, увидевшего этот танец. Но он увидел ее. Теперь он был неспособен оторваться от нее.