Зов ягуара - Гроф Станислав - Страница 70

Крылья смерти

— Я вызвал тебя, потому что мы стоим перед лицом серьезного политического кризиса, — вместо приветствия заявил Генри Фабинг Крэйгу Энрайту. — Мы получили срочное послание из Вашингтона, — добавил он со значительным видом. — Если передать его содержание в двух словах, китайцы учуяли в чжоушаньском инциденте что-то неладное. Очевидно, тайфун не обеспечил ожидаемого прикрытия.

— Они все поняли? — спросил Энрайт.

— Не думаю, — ответил Фабинг. — Похоже, они не знают точно, что произошло, но сильно подозревают, что это была диверсия, к которой причастны США. В своем расследовании они уже упоминали странный курс «Калипсо» — корабль приблизился к месту катастрофы, повернул под прямым углом и поспешно удалился.

— Понимаю ваше беспокойство, — сказал Энрайт, оценивая серьезность ситуации.

— Это еще не все, — продолжал Фабинг. — Есть и много другого! Арабы явно подозревают, что ЦРУ приложило руку к убийствам нескольких их влиятельных лидеров.

— Вы имеете в виду пластиковые бомбы, доставляемые крысами? — спросил Энрайт.

Это было одно из заданий Энрайта: развив первоначальный замысел Роберта, создать серию дистанционно управляемых грызунов. Потом их можно было программировать и направлять на разные стратегические объекты, к которым обычными способами подобраться было трудно. Эти животные оказались особенно полезны в операциях по устранению конкретных людей, там где нужно было обойтись без особых разрушений.

— Ты добился успеха, вот в чем дело! — подтвердил Фабинг. — Говорят и о некоторых других прицельных акциях. Не думаю, что они и здесь вычислили что-то конкретное, но у них возникли серьезные подозрения. Слишком уж много было таких акций, и все они построены по одной узнаваемой схеме. Этого наверняка достаточно, чтобы подтолкнуть арабов к решительным действиям.

— И что же они собираются предпринять? — осведомился Энрайт.

— Есть достоверная информация, что китайцы заключили тайный союз с арабскими странами, — сказал Фабинг мрачно. — Главная цель этого сговора — координировать совместную террористическую деятельность против Соединенных Штатов.

— Китайцы и арабы? Что за невероятная коалиция! — изумился Энрайт. — Не зря говорят: «Враг моего врага — мой друг».

— Ключевые фигуры этой новой инициативы собираются провести секретное совещание на вилле на окраине Гонконга, чтобы выработать совместную стратегию тайных терактов, субсидируемых правительствами стран-участниц, — продолжал Фабинг. — Они планируют использовать ядерные устройства, чтобы нанести удары по различным стратегическим целям на территории Соединенных Штатов. Это будет их ответом на наши тайные диверсии. Можно представить, какие катастрофические последствия нас ожидают. Вашингтон требует, чтобы мы немедленно приняли упреждающие меры.

Понимая, что для решения проблеы такого масштаба нужен нетривиальный подход, Энрайт спросил:

— Какие упреждающие меры они имеют в виду?

— Нам известно время и место встречи. В назначенный час все главные действующие лица соберутся в одном зале. Вот примерный список участников. Судя по фамилиям, это встреча исключительной важности. Люди в Вашингтоне требуют, чтобы мы разработали план радикальной атаки, используя ресурсы проекта Немезида.

— Для такой операции понадобится правдоподобная легенда, причем желательно хорошая, — сказал Энрайт. — Такой комбинированный удар по арабским и китайским лидерам запросто может привести к мировой войне. Есть у них подходящие козлы отпущения?

— Я задал тот же вопрос, — ответил Фабинг. — Конечно, в таком деле крайне важно найти правдоподобное объяснение. Люди в Вашингтоне работают над этим, у них есть кое-какие идеи. Недавно китайское правительство провело в Гонконге крупную операцию против организованной преступности. Можно постараться обставить дело так, чтобы все выглядело как возмездие китайской мафии за эту облаву.

— Сколько времени у нас на подготовку? — спросил Энрайт.

— Совещание состоится через неделю, так что времени в обрез, — сказал Фабинг. — Справишься, Крэйг?

— Для проекта такого масштаба срок чертовски мал, — сказал Энрайт. — За такое короткое время нужно успеть очень много. Необходим хороший план виллы и точное описание ее конструкции. Еще нужно проверить, сколько у нас в запасе людей и животных для операции на Дальнем Востоке.

— Мои ребята уже работают над этим. Они установят точное время начала и конца встречи, координаты здания и все архитектурные данные, которые тебе нужны. Вам нужно срочно собраться и вместе проработать все детали.

— Какой материал нужно будет доставить на место? — спросил Энрайт.

— Ежу понятно, что на этот раз мы не станем пользоваться ядерным устройством, — сделал Генри слабую попытку пошутить. — Логичнее всего остановить выбор на одной из новых пластиковых взрывчаток. Может быть, кракатит? Его легко достать, так что версия о том, что это дело рук китайских террористов, будет выглядеть вполне правдоподобно.

Во второй половине двадцатого века, когда в Чехословакии царил коммунистический режим, контролируемый Советским Союзом, чешские химики изобрели очень мощную пластиковую взрывчатку, которая первоначально предназначалась для угольных шахт Моравии и Силезии. Эти синтетические соединения имели много замечательных свойств, которые делали их идеальными для подобных целей. Им можно придать любую форму, залить в расщелину скалы и взорвать с помощью дистанционного устройства.

Те же свойства делали их очень полезными для террористов. После того как были обнаружены ценные возможности этих веществ для подрывной деятельности, чешские коммунистические власти стали щедро снабжать ими террористов по всему свету. С тех пор химики изобрели еще более мощные взрывчатые вещества того же класса. Самым современным из них был кракатит — взрывчатка непревзойденной силы. Оставалась только одна проблема: как точно и надежно доставить это вещество к намеченной цели. Здесь-то и выходил на сцену проект Немезида.

В этом проекте, который возглавлял Крэйг Энрайт, были задействованы образцы животных-биороботов, разработанные Робертом Хантером, — их повторяли и использовали в различных военных целях. Кроме дельфинов и китов, ставку делали на мелких животных и птиц, которым отводились совершенно особые роли. После долгих неудачных попыток устранить враждебных лидеров, таких как Фидель Кастро на Кубе, Каддафи в Ливии, Саддам Хусейн в Ираке, глава шиитов Нусрат аль-Садик и китайский диктатор Чан Кайши, ЦРУ решило, что проект Немезида может обеспечить идеальное решение этой стратегически важной проблемы.

— Придется доставить столько кракатита, чтобы полностью уничтожить здание вместе со всем содержимым. Выжившие свидетели нам абсолютно не нужны, — сказал Генри. — Как ты думаешь, какие носители лучше всего подойдут для этой цели?

Энрайт знал ответ еще до того, как Фабинг задал вопрос. При данных обстоятельствах идеальными курьерами для кракатита будут летучие собаки, самые крупные из летучих мышей. Теракт можно спланировать и организовать так, чтобы первые взрывы разрушили здание снаружи. Тогда остальные летучие мыши смогут доставить груз прямо в зал заседаний.

На работу с летучими мышами Энрайта вдохновил американский проект времен Второй мировой войны, в котором использовалась их привычка устраиваться на ночлег под карнизами японских деревянных домов. Это делало их хорошим средством доставки самовоспламеняющихся веществ на горючие кровли японских селений. Энрайт значительно усовершенствовал эту идею, сделав проект независимым от природных инстинктов летучих мышей.

Ему удалось заинтересовать в работе с летучими мышами Роберта Хантера, которого увлекли принципиальные трудности, связанные с необходимостью контролировать полет мышей и их ориентацию. После того как Хантер разрешил эти сложнейшие теоретические проблемы, Энрайту оставалось скопировать процесс, а потом программировать летучих мышей и направлять их в такие места, которые они сами вряд ли выбрали бы. Как и сонар дельфинов, радар летучих мышей, использующий высокочастотные звуковые волны, позволяет им обходиться без света, что делает их пригодными для ночных операций.