Избранник Пентакля - Вильгоцкий Антон Викторович - Страница 28

Эрталион начал делать руками пассы, концентрируя магическую энергию в кончиках пальцев. Демон становился все реальнее: прозрачные контуры наполнялись живой материей. Однако пробить эту плоть не смогли бы ни стрелы, ни самый острый клинок. Ноги, руки, плечи, торс и голова монстра стремительно покрывались черной кожей. За спиной постепенно вырисовывались линии, складывавшиеся в перепончатые крылья. Эрталион уже видел желтые глаза с узкими треугольными зрачками и острые зубы, промеж которых сновал раздвоенный язык. Демон еще не представлял опасности, до его окончательного воплощения в плотном слое оставались считанные минуты, если не секунды.

Почувствовав, что нужный момент настал, Эрталион взмахнул руками и выкрикнул слова заклинания. Яркий луч, подобный солнечному, вырвался из каждого его пальца. В точке, где лучи сошлись, в нескольких метрах над землей, возник большой светящийся шар.

Демон, уже почти полностью воплотившийся, воздел все четыре руки, запрокинул рогатую голову и издал чудовищный рев. На троллей его крик подействовал как нечто весьма вдохновляющее, и они начали теснить эльфийских воинов к Чертогу Разума. — Айял-маартал! — вскричал Эрталион. Волшебный шар, висевший в воздухе над его головой, лопнул, разбрызгивая искры и выпуская из своих недр трех сверкающих золотым оперением птиц. Одна из них сразу устремилась к демону. Монстр попытался отбиться, выставив вперед одну из лап, но пернатая молния обогнула когтистую конечность и врезалась прямо в морду ужасного создания. Тут же птица растеклась по его черному телу струями жидкого пламени. Чудовище заорало от боли так, что с сосен посыпались иголки, а эльфы с троллями, перестав драться, схватились за уши. Несколько судорожных попыток отскрести волшебную лаву ни к чему не привели. Черный гигант задымился, пошатнулся и развалился на части превратившись в груду раскаленных углей. Он не погиб, но был изгнан обратно в тонкий слой реальности. А шаманы троллей потратили слишком много сил, чтобы попытаться совершить повторный вызов!

Им и самим оставалось жить совсем недолго. Вторая птица спикировала в составленный из деревянных щитов круг и взорвалась там, разбросав по площади длинные щепки вместе с ошметками трех шаманов и их охранников.

А третий огненный птах пронесся над остатками воинства троллей, срезая им крыльями уродливые головы. Эрталион Итрандил без сил повалился на траву. Тролли были повержены. В живых осталось лишь несколько десятков болотных карликов, но эти воины были настолько деморализованы, что расправиться с ними эльфам не стоило вовсе никакого труда.

На этот раз Нонкариэль выстоял. Но никто из живущих в нем не смог бы дать ответа на один из вечных вопросов мироздания: что будет дальше?

Индалинэ открыл глаза и обнаружил себя в совершенно незнакомом месте. Это была не гостиница и, уж конечно, не стены родного дома в Нонкариэле. Последним, что помнил младший Итрандил, было нападение четверых молодчиков на ночной улице. Сеть… Его спеленали ею, как дикого зверя и брызги какого-то дурманящего снадобья летящие прямо в лицо. Значит, его похитили. И сейчас он находится там, куда его доставили похитители. Должно быть, и сами они скоро появятся.

Но где, в таком случае, путы? И почему кошелек на месте? Нет, разбойники не бывают столь беспечны.

Индалинэ встал с кровати, на которой лежал, и осмотрелся. Комната, в которой он находился, совсем не была похожа на разбойничье логово — да и какой разбойник уложил бы пленника на мягкую постель? Здесь царил идеальный порядок, любовь к которому редко бывает свойственна лихим головорезам. Да и не стали бы головорезы обставлять свое пристанище — оно все равно временное — роскошной мебелью и дорогими керамическими вазами. А также занавешивать окна алыми атласными занавесками и тем более стирать и гладить их. Бандитам и грязная черная тряпка сгодилась бы, причем ей они, скорее всего, и отдали бы предпочтение.

Нет, это, несомненно, был жилой дом. Индалинэ все больше склонялся к мысли, что он вовсе не находится в чьем-то плену. Ведь даже если похититель и приволочет жертву к себе домой — может же быть так, что больше просто некуда, — куда он его посадит? В подвал, конечно, или же в чулан. Заткнет рот надежным кляпом, свяжет за спиной руки… А тут — комфорт и практически полная свобода. Может быть, и дверь не заперта?

Индалинэ подошел к двери и попробовал повернуть ручку. Дверь, как оказалось, действительно была открыта, и это окончательно уверило его в том, что он в безопасности.

Шагнув в коридор, Индалинэ сразу почувствовал приятно щекотавший ноздри запах готовящейся пищи. Жареное мясо и запеченный картофель. Аромат доносился из дальнего конца коридора, оттуда же раздавались звуки передвигаемой посуды, а стало быть, владельцы этого уютного жилища находились именно там. Туда и направил свои стопы Итрандил. Скоро он оказался рядом с открытой дверью, ведущей в просторную кухню. И увидел людей, которые, во-первых, не имели ничего общего с теми, кто напал на него ночью, а во-вторых, не могли быть разбойниками по определению. Пожилая женщина и толстый, а следовательно, неповоротливый мужик. Тот самый, кстати, что ужинал накануне вечером в «Кирке и кувалде» в компании сурового воина, имевшего ауру сильного мага. «Да, этот ведь тоже маг», — вспомнил Индалинэ.

Женщина корпела над печкой, где шкворчали на сковороде симпатичные мясные ломтики — Итрандил проглотил слюну, — а мужчина читал какую-то книгу, сидя за столом. Увидев эльфа, он отложил фолиант встал и подошел к Итрандилу:

— Доброе утро, господин Индалинэ, — сказал бородач. — Рад, что вы так быстро пришли в себя. Проходите, присаживайтесь. — Хозяин указал на свободный стул.

Женщина на мгновение оторвалась от своего занятия и приветливо кивнула эльфу.

Индалинэ сел за стол. Толстяк занял свое место напротив.

— Меня зовут Заффа, — тихо сказал он. — А это — моя сестра Клара. Вам, должно быть, не терпится узнать, как вы здесь оказались?

— Разумеется, — кивнул Индалинэ.

— Я помню ваше вчерашнее выступление в таверне, — сказал Заффа. — Мы были там с моим другом Кедриком — придворным магом герцога Фирена. Когда вы покинули таверну, Кедрик предложил пойти следом — познакомиться со столь искусным музыкантом… Мы быстро доели свой ужин и пошли за вами. Как раз вовремя: чтобы стать свидетелями того злополучного нападения. Увидели, как вам на голову надевают мешок. Один из злодеев плеснул вам в лицо настоем багрянки…

— Теперь понятно, почему я потерял сознание! — Эльф опять кивнул.

Дикорастущее растение багрянка обладало свойствами сильного снотворного. Люди, вдохнувшие его запах, становились медлительными и вялыми, а эльфы мгновенно засыпали — именно это и произошло вчерашним вечером с младшим Итрандилом.

— Ну, а увидев это безобразие, Кедрик сразу выхватил меч и бросился вам на выручку, — продолжал Заффа. — Он хоть и маг, а хорошую драку любит. Злодеи — те сразу разбежались, но одному из них не повезло. Он замешкался и был схвачен. Сейчас сидит в городской тюрьме. Мы с Кедриком собираемся допросить его сегодня.

— Я бы тоже хотел присутствовать при этом, — сказал Индалинэ. — Все-таки похитить намеревались меня. Вы не возражаете?

— Нет, с чего бы? — Заффа покачал головой. — Кедрик, думаю, тоже не будет против. Так что давайте сейчас позавтракаем, выпьем чаю и отправимся в тюрьму.

— Вот как раз и еда готова, — сказала Клара и принялась раскладывать по тарелкам мясо с картошкой.

— В городе сейчас мясной бум, — потирая руки, сказал Заффа. — Рынок завален дешевой свининой. Предложение превышает спрос.

Борланд прохаживался взад-вперед рядом со зданием полицейского управления. Напротив располагалась городская тюрьма куда минувшей ночью определили незадачливого похитителя эльфов.

До самого похищения, хоть и не состоявшегося, Весельчаку особого дела не было. Пускай бы с этим делом разбирались сами менторы. Но внешний вид и повадки пойманного злодея навели придворного мага — Борланд уже не иронизировал, называя себя так в диалоге с самим собой: в конце концов, должность у него была именно такая — на мысль, что человек по имени Филгор может быть причастен к мерзостям, творящимся на Кладбище криков. Мертвенно бледный, хоть и довольно крепкий физически, одетый в странного покроя черный костюм… Взгляд — остановившийся, мутный. А самое главное — он носил на левой руке этот зловещий перстень. На безымянном пальце, словно был обвенчан с Мраком. На первый взгляд могло показаться, что кольцо изображает череп волка, но Борланд, не раз листавший иллюстрированный учебник по истории Схарны, сразу узнал очертания головы дзерга!