Стихотворения и поэмы. Том 1 - Белый Андрей - Страница 66

66

Июнь 1916

Дорнах

Лазури

Танка

Н.А. Залшупиной

Светлы, легки лазури… Они – черны, без дна; Там – мировые бури. Так жизни тишина: Она, как ночь, черна.

Июнь 1916

Дорнах

Асе

(а – о)

Снеговая блистает роса: Налила серебра на луга; Жемчугами дрожат берега; В светлоглазых алмазах роса. Мы с тобой – над волной голубой, Над волной – берегов перебой; И червонное солнца кольцо: И – твое огневое лицо.

Сентябрь 1913

Христиания

Утро

(и-е-а-о-у)

Над долиной мглистой в выси синей Чистый-чистый серебристый иней. Над долиной, – как извивы лилий, Как изливы лебединых крылий. Зеленеют земли перелеском, Снежный месяц бледным, летним блеском, В нежном небе нехотя юнеет, Хрусталем, небо зеленеет. Вставших глав блистающая стая Остывает, в дали улетая… Синева ночная, – там, над нами, Синева ночная давит снами! Молньями как золотом в болото Бросит очи огненные кто-то. Золотом хохочущие очи! Молотом грохочущие ночи! Заликует, – все из перламутра Бурное, лазуревое утро: Потекут в излучине летучей Пурпуром предутренние тучи.

Ноябрь 1917

Сергиев Посад

Асе

(при прощании с ней)

Лазурь бледна: глядятся в тень Громадин каменные лики: Из темной ночи в белый день Сверкнут стремительные пики. За часом час, за днями дни Соединяют нас навеки: Блестят очей твоих огни В полуопущенные веки. Последний, верный, вечный друг, —

Не осуди мое молчанье;

В нем – грусть стыдливый в нем испуг, Любви невыразимой знанье.

Август 1916

Дорнах

Асе

Опять – золотеющий волос, Ласкающий взор голубой; Опять – уплывающий голос; Опять я: и – Твой, и – с Тобой. Опять бирюзеешь напевно В безгневно зареющем сне; Приди же, моя королевна, — Моя королевна, ко мне! Плывут бирюзовые волны На веющем ветре весны: Я – этими волнами полный, Одетая светами – Ты!

Сентябрь 1916

Москва

«Я» и «Ты»

Говорят, что «я» и «ты» — Мы телами столкнуты. Тепленеет красный ком Кровопарным облаком. Мы – над взмахами косы Виснущие хаосы. Нет, неправда гладь тиха Розового воздуха, — Где истаял громный век В легкий лепет ласточек, — Где, заяснясь, «я» и «ты» — Светлых светов яхонты, — Где и тела красный ком Духовеет облаком.

1918

Москва

Зов

Сквозь фабричных гудков Сумасшедшие ревы Мы в тиши городов Слышим тихие зовы. Исполняется час. И восходит в тумане, Как прозрачный алмаз, Все из ярких блистании, — Снеговое лицо На огнистом закате, Замыкая кольцо Славословящих братий. Исполняйтесь, вы, – дни. Распадайтесь, вы, – храмы. Наши песни – огни. Облака – фимиамы.

Май 1914

Арлесгейм

Родине

В годины праздных испытаний, В годины мертвой суеты — Затверденей алмазом брани В перегоревших углях – Ты. Восстань в сердцах, сердца исполни! Произрастай, наш край родной, Неопалимой блеском молний, Неодолимой купиной. Из моря слез, из моря муки Судьба твоя – видна, ясна: Ты простираешь ввысь, как руки, Свои святые пламена — Туда, – в развалы грозной эры И в визг космических стихий, — Туда, – в светлеющие сферы, В грома летящих иерархий.

Октябрь 1916

Москва

Инспирация

В волне Золотистого Хлеба По-прежнему ветер бежит По-прежнему Нежное Небо Над зорями грустно горит. В безмирные, Синие Зыби Лети, литургия моя! В земле — Упадающей Глыбе — О небо, провижу тебя… Алмазами Душу Наполни, Родной стариною дыша: — Из светочей, Блесков, И молний, — Сотканная, – плачет душа. Всё – вспомнилось: прежним приветом Слетает В невольный Мой стих — Архангел, клокочущий светом, — На солнечных Крыльях Своих.