Полное собрание стихотворений - Волошин Максимилиан Александрович - Страница 51

51

21 мая 1921

Симферополь

VII. Возношения

Посев

Как земледел над грудой веских зерен,Отобранных к осеннему посеву,Склоняется, обеими рукамиЗачерпывая их, и весит в горсти,ЧуяИх дух, их теплоту и волю к жизни,И крестит их, —так я, склонясь над Русью,Крещу ее – от лба до поясницы,От правого до левого плеча:И, наклонясь, коленопреклоненноЦелую средоточье всех путей —Москву.Земля готова к озимому посеву,И вдоль, и поперек глубоким плугомОна разодрана, вся пахоть дважды, триждыЖелезом перевернута,Напитана рудой – живой, горючей, темной,Полита молоньей, скорожена громами,Пшеница ядрена под Божьими цепами,Зернь переполнена тяжелой, дремной жизнью,И семя светится голубоватым, тонким,Струистым пламенем...Да будет горсть полна,Рука щедра в размахеИ крепок сеятель!Благослови посев свой, Иисусе!

11 ноября 1919

Коктебель

Заклинание

(От усобиц)

Из крови, пролитой в боях,Из праха обращенных в прах,Из мук казненных поколений,Из душ, крестившихся в крови,Из ненавидящей любви,Из преступлений, исступлений —Возникнет праведная Русь.Я за нее за всю молюсьИ верю замыслам предвечным:Ее куют ударом мечным,Она мостится на костях,Она святится в ярых битвах,На жгучих строится мощах,В безумных плавится молитвах.

19 июня 1920

Коктебель

Молитва о городе

(Феодосия – весной 1918 г.)

С. А. Толузакову

И скуден, и неукрашенМой древний градВ венце генуэзских башен,В тени аркад;Среди иссякших фонтанов,Хранящих гербТо дожей, то крымских ханов —Звезду и серп;Под сенью тощих акацийИ тополей,Средь пыльных галлюцинацийСедых камней,В стенах церквей и мечетейДавно храняГлухой перегар столетийИ вкус огня;А в складках холмов охряных —Великий сон:Могильники безымянныхСтепных племен;А дальше – зыбь горизонтаИ пенный валНегостеприимного ПонтаУ желтых скал.Войны, мятежей, свободыДул ураган;В сраженьях гибли народыДалеких стран;Шатался и пал великийИмперский столп;Росли, приближаясь, кликиВзметенных толп;Суда бороздили воды,И борт о бортЗаржавленные пароходыВрывались в порт;На берег сбегали люди,Был слышен трескВинтовок и гул орудий,И крик, и плеск,Выламывали ворота,Вели сквозь строй,Расстреливали кого-тоПеред зарей.Блуждая по перекресткам,Я жил и гасВ безумьи и в блеске жесткомВраждебных глаз;Их горечь, их злость, их муку,Их гнев, их страсть,И каждый курок, и рукуХотел заклясть.Мой город, залитый кровьюВнезапных битв,Покрыть своею любовью,Кольцом молитв,Собрать тоску и огонь ихИ вознестиНа распростертых ладонях:Пойми... прости!

2 июня 1918

Коктебель

Видение Иезекииля

Бог наш есть огнь поядающий. ТвариЯвлен был свет на реке на Ховаре.В буре клубящейся двигался он —Облак, несомый верховными силами —Четверорукими, шестерокрылыми,С бычьими, птичьими и человечьими,Львиными ликами с разных сторон.Видом они точно угли горящие,Ноги прямые и медью блестящие,Лики, как свет раскаленных лампад,И вопиющие, и говорящие,И воззывающе к Господу: «Свят!Свят! Вседержитель!» А около разные,Цветом похожи на камень топаз,Вихри и диски, колеса алмазные,Дымные ободы, полные глаз.А над животными – легкими сводами —Крылья, простертые в высоту,Схожие шумом с гудящими водами,Переполняющими пустоту.Выше же вышних, над сводом всемирным,Тонким и синим повитым огнем,В радужной славе, на троне сапфирном,Огненный облик, гремящий, как гром.Был я покрыт налетевшей грозою,Бурею крыльев и вихрем колес.Ветр меня поднял с земли и вознес...Был ко мне голос:«Иди предо Мною —В землю Мою, возвестить ей позор!Перед лицом Моим – ветер пустыни,А по стопам Моим – язва и мор!Буду судиться с тобою Я ныне.Мать родила тебя ночью в полях,Пуп не обрезала и не омыла,И не осолила и не повила,Бросила дочь на попрание в прах...Я ж тебе молвил: живи во кровях!Выросла смуглой и стройной, как колос,Грудь поднялась, закурчавился волос,И округлился, как чаша, живот...Время любви твоей было... И вотВ полдень лежала ты в поле нагая,И проходил и увидел тебя Я,Край моих риз над тобою простер,Обнял, омыл твою кровь, и с тех порЯ сочетался с рабою Моею.Дал тебе плат, кисею на лицо,Перстни для рук, ожерелье на шею,На уши серьги, в ноздри кольцо,Пояс, запястья, венец драгоценныйИ покрывала из тканей сквозных...Стала краса твоя совершеннойВ великолепных уборах Моих.Хлебом пшеничным, елеем и медомЯ ль не вскормил тебя щедрой рукой?Дальним известна ты стала народамНеобычайною красотой.Но, упоенная славой и властью,Стала мечтать о красивых мужахИ распалялась нечистою страстьюК изображениям на стенах.Между соседей рождая усобья,Стала распутной – ловка и хитра,Ты сотворяла мужские подобья —Знаки из золота и серебра.Строила вышки, скликала прохожихИ блудодеяла с ними на ложах,На перекрестках путей и дорог,Ноги раскидывала перед ними,Каждый, придя, оголить тебя могИ насладиться сосцами твоими.Буду судиться с тобой до конца:Гнев изолью, истощу свою ярость,Семя сотру, прокляну твою старость,От Моего не укрыться лица!Всех созову, что блудили с тобою,Платье сорву и оставлю нагою,И обнажу перед всеми твой срам,Темя обрею; связавши ремнями,В руки любовников прежних предам,Пусть тебя бьют, побивают камнями,Хлещут бичами нечистую плоть,Станешь бесплодной и стоптанной нивой...Ибо любима любовью ревнивой —Так говорю тебе Я – твой Господь!»