Правила флирта - Энок Сюзанна - Страница 38

— Можно промотать немного вперед? — обратился он к охраннику.

— Да, под столом имеется клавиатура. Там уже все настроено, мистер Аддисон.

На экране значилось время: 9.03. Это означало, что «мерседес» еще не вернулся в гараж. Выдвинув клавиатуру, Саманта нажала на кнопку, и пленка начала стремительно перематываться. Примерно через сорок пять минут машина въехала в гараж и заняла свободное место.

Саманта отмотала пленку назад, чтобы еще раз осмотреть вход. Бен Хиннок поставил «мерседес» на место, вылез из машины, стер пятно с лобового стекла и вышел через главные ворота, плотно закрыв их за собой. В одиннадцать свет погас, и гараж погрузился в полумрак.

— Что за глупости! — пробормотала Саманта, снова начав перематывать пленку. — Можно подумать, машинам нужна темнота, чтобы заснуть или еще что-нибудь сделать.

— Как можно что-то разглядеть в таком темпе?

— Смотри только на багажник. Больше нас ничто не интересует, если, конечно, тебя не прельщает перспектива просидеть здесь тринадцать часов.

— Ладно. А что будем делать, если обнаружим нечто подозрительное, а, Саманта?

— Если мы что-то обнаружим, то покажем пленку Кастильо, скажем, что специально из-за этого проверили мою сумку и обнаружили в ней странный предмет.

Ричард изумленно приподнял бровь:

— Ты меня пугаешь.

Она продолжала смотреть на экран, но на губах ее промелькнула легкая улыбка.

— Я тебя тоже побаиваюсь.

Ричард прислонился к столу, уставившись в экран немигающим взглядом.

— Надо было сначала позавтракать или хотя бы выпить кофе.

— Нет, лучше содовой. Кофе — это для слабаков.

— Я не говорил, что ты очень стра…

— Господи! — Саманта быстро нажала на стоп. — Ты это видел?

Ричард мгновенно насторожился:

— Что именно? Я не заметил никакого движения.

— Да нет, не это. Время. — Девушка отмотала пленку назад и пустила в обычном режиме. В семь пятнадцать магнитофон как будто зажевал пленку, а на следующем кадре было уже семь девятнадцать. Больше на экране ничто не изменилось. — Четыре минуты.

— То же самое произошло в комнате видеонаблюдения в ту ночь. — Ричард посмотрел на нее. — Это легко делается?

Она пожала плечами:

— Если хорошо знать, как работает система, то ничего сложного нет. Если ты уверен, что наш друг Кларк не приложил к этому руку, — прошептала Саманта, — то табличку подбросили в этот промежуток времени, причем так, что не сработала ни одна сигнализация.

— Думаешь, Кларк не заметил, что на экране ничего нет?

— Изображение было обычным, просто камера не записывала. Или картинка застыла на четыре минуты, или что-нибудь в этом роде. — Саманта крутанулась на стуле. — Кларк, в котором часу у тебя утренний перерыв?

Охранник провел рукой по лысеющей голове.

— Я вышел на кухню где-то в семь пятнадцать, но меня не было всего пять минут. Потом до половины десятого я обычно не покидаю комнаты.

— Значит, у вас твердый характер?

— Ну да. Ханс говорит, что убьет меня, если я попытаюсь сварить кофе прямо здесь, а сам он начинает работать не раньше семи утра.

— Ханс очень трепетно относится к своему кофе, — с легкой улыбкой проговорил Ричард. — Однажды он получил за него премию.

— Жаль, что я не пью кофе.

Саманта снова начала мотать пленку вперед, но больше ничего необычного не произошло вплоть до десяти часов утра, когда они вдвоем, держась за руки и одетые в шелковые халаты, вошли в гараж. Ричард внимательно наблюдал за их флиртом и, заметив, как Саманта смотрела на него, когда он не видел, удовлетворенно улыбнулся. Кастильо появился в кадре в тот момент, когда они склонились над багажником, но, слава Богу, таблички на экране видно не было.

Сэм остановила пленку.

— На всякий случай надо просмотреть записи с подъездной дорожки, — сказала она. — Возможно, преступник проходил по ней по пути в гараж или обратно.

— Ты правда считаешь, что этот человек вообще не покидал пределов дома? — заметил Ричард. — Ты сама говорила, что преступник все время находился внутри.

— Я все больше убеждаюсь в том, что этот человек отлично знает образ жизни в Солано-Дорадо и разбирается в устройстве системы безопасности.

— Чего я никак не могу понять, так это кто и каким образом заложил бомбу, — сказал Ричард, взяв Саманту за руку. Глупо, конечно, но ему необходимо было каждые несколько минут прикасаться к Саманте, чтобы удостовериться, что она по-прежнему рядом, а заодно продемонстрировать всем окружающим, включая самого себя, что она, сама того не сознавая, принадлежит ему.

— А можно мне позавтракать? Или уже пообедать? — проговорила она с напускной плаксивостью в голосе, когда они вернулись в холл. — На голодный желудок мне плохо думается.

— Давай, только на моей веранде, — отозвался Ричард.

— Нет, на моей. Оттуда видно подъездную дорожку.

Ричард не мог винить ее за эту паранойю. Не будь она излишне осторожна, она была бы уже мертва.

— Я отдам распоряжения Хансу и зайду в кабинет проверить, не пришел ли факс от Доннера.

Саманта кивнула и направилась было вверх по лестнице, но Ричард вдруг схватил ее за руку и развернул лицом к себе.

— Что такое? — воскликнула она.

— Я не могу насытиться тобой, — пробормотал он, прикоснувшись губами к ее губам.

— А знаешь, для богатенького британца ты не так уж плох, — слегка задыхаясь, проговорила Саманта. — Не возражаешь, если я загляну к тебе в комнату за своими вещами?

«За своими вещами» — значит, за табличкой.

— Саманта, ты…

— Я не хочу, чтобы эту вещь обнаружили в твоей комнате, — сказала она, удивив Ричарда серьезностью тона, — но я не стану ничего с ней делать без твоего согласия.

Ричард не стал вступать в заведомо проигрышный поединок.

— Ладно, увидимся через несколько минут.

— Я никуда не денусь. Ты разве забыл, что мы партнеры?

Он-то помнил. Главное, чтобы помнила она.

Во всей этой суматохе Рик упустил самое главное, думала Саманта, направляясь по коридору к его апартаментам. Себя самого. Она мало встречалась с мужчинами, ссылаясь на необычный образ жизни, но на самом деле ей просто было с ними скучно… В лице Рика она встретила достойного и даже опасного соперника. И этим он сводил ее с ума. Они познакомились меньше недели назад, но она уже не могла обходиться без него. Как она найдет в себе силы уйти?

— Мисс Джеллико.

Саманта резко обернулась. К ней подошел менеджер по предметам искусства, слащавенький итальянец с безупречно уложенными черными вьющимися волосами.

— Здравствуйте, Партино.

— Я хотел сказать, что рад видеть вас в нашей компании.

— Прошу прощения? — нахмурилась Саманта.

— Я читал статью в утренней газете. Рик нанял вас для охраны предметов искусства.

— Ах да. Я буду работать до тех пор, пока мы не разрешим все эти проблемы.

— Я навел кое-какие справки. Вы, оказывается, работаете в Нортоне экспертом по искусству и предметам старины.

В устах итальянца это прозвучало почти как обвинение, и девушка невольно улыбнулась. Пришло время применить женские чары.

— Я не пытаюсь отнять у вас хлеб. Я здесь только для охраны ценностей, причем временно.

Партино лучезарно улыбнулся ей в ответ, хотя улыбка не затронула его темных глаз.

— Конечно, временно.

— Почему вы так уверены?

Его улыбка стала еще шире.

— Вы не первая сотрудница, которая пытается залезть в постель к боссу, мисс Джеллико. Ни одна из ваших предшественниц здесь не задержалась.

Глаза ее сузились.

— По-моему, это вас мало касается.

— Разумеется, — кивнул Партино. — Понимаете, каждый ведь должен в первую очередь преследовать собственные интересы.

— Понимаю, конечно.

— В таком случае всего хорошего, — проговорил итальянец и откланялся.

Саманта стряхнула с себя неприятное липкое чувство, оставшееся после разговора с коротышкой итальянцем. Видимо, он тоже в какой-то степени чувствует себя неловко. Менеджер по предметам искусства, позволивший ускользнуть столь ценному экспонату, как троянская табличка, рискует потерять работу.