Адская закусочная Джила - Мартинес А. Ли - Страница 10

Мелинда дожевала добычу и с довольным видом проглотила. Бетти соскочила с сиденья машины и, бесстрашно набросившись на корову, вонзила зубы в ее беззащитный бок. Человек-зомби вряд ли бы обратил внимания на собаку, однако недавно умершие коровы сохранили остатки инстинкта, присущего крупнорогатому скоту. Мелинда тотчас отбросила Бетти в сторону. Собака выпустила из пасти клочья откушенной шерсти и кожи с кусками мяса, и, обнажив клыки, воинственно залаяла. Коровы в страхе отступили.

Дюк и Ред помогли Уолтеру подняться. Вернее, Дюк практически подхватил старика под мышки, и вся троица дружно бросилась к пикапу. Ред и Уолтер юркнули в кабину. Дюк плюхнулся на свое прежнее место. Уолтер повернул ключ зажигания. Ред открыл «бардачок», в котором лежал револьвер и коробка патронов. Пули выспались на пол и сиденье. Бальзамировщик схватил целую пригоршню и принялся торопливо заправлять в барабан.

Противоестественный голод придал коровам силу, которая помогла им преодолеть страх. Бетти яростно хватала Мелинду за ноги, однако та отбросила ее мощным ударом правой задней.

Уолтер завел мотор и нажал на педаль акселератора. Подняв облако пыли, пикап резко взял с места.

Дюк свистнул. Бетти вскочила на ноги и бросилась вслед за машиной. Уолтер притормозил; собака ловко запрыгнула в машину и заняла место рядом с Дюком. Коровы-зомби устремились было в погоню за пикапом, но быстро отстали. Уолтер долго наблюдал за ними в зеркало заднего обзора, пока они не превратились в крошечные точки. Спустя какое-то время он остановился.

— Какого черта это тебе понадобилось? — удивился Ред.

Уолтер взял у него револьвер и вылез из машины. Затем, хромая, подошел к откидному борту, сел рядом с Дюком и протянул оборотню носовой платок. Стадо коров неумолимо надвигалось на пикап.

— Извини, что так случилось с твоими пальцами, сынок.

Дюк перебинтовал пострадавшую руку. Белая ткань моментально пропиталась кровью.

— Все не так плохо, как кажется.

Угрожающе мыча, коровы-зомби подошли уже на довольно близкое расстояние.

— А ведь такие были мирные, такие ласковые!

— Я бы сделал это за вас, но я левша.

Сжимая револьвер обеими руками, Уолтер поднял его на уровень глаз.

— Ничего страшного. Сам справлюсь. Я и так многим вам обязан. — И он нажал на курок.

Прогремел выстрел. Пуля вонзилась корове прямо между глаз, и она тут же повалилась на землю. С бесхитростной решимостью стадо бросилось вперед. Уолтер, нахмурившись, быстро перестрелял всех остальных. Пять выстрелов, пять коров. Последнее животное свалилось буквально в шести шагах от цели. Бетти быстро соскочила на землю и осторожно обнюхала коровьи туши — те все еще продолжали подергиваться.

— Все нормально?

— Вполне. Как ваша нога?

Уолтер пожал плечами.

— Я бывал и в худших переделках. Надеюсь, после укуса я не превращусь в зомби, как вы думаете?

— Не похоже. В зомби обычно превращаются иным образом. Но на всякий случай, чтобы подстраховаться, следующие несколько дней ешьте побольше соли. Это прекрасно очистит ваш организм.

— Вам не кажется, парни, что стоит показаться какому-нибудь костоправу? Пусть бы подлатал маленько, а? — крикнул из кабины Ред.

Уолтер вытащил из бумажника потрепанную двадцатку и протянул ее Дюку. Затем, подумав, добавил еще одну — в знак компенсации за потерянные пальцы.

После чего снова забрался на водительское сиденье.

— Бетти, быстрее в машину!

Собака гавкнула на мертвых коров и бросилась к пикапу.

ГЛАВА 7

Раны оборотня залечиваются в зависимости от того, когда они получены. Однажды грудь Дюку разворотило выстрелом в упор. Произведенный из дробовика, он почти не причинил ему вреда. А все потому, что произошло это поздно вечером, во время полнолуния. Тогда он просто стряхнул на землю дробины и вскоре пришел в норму. На этот раз пальцев он лишился в дневное время плюс к этому в новолуние, что явно не в его пользу.

Дюк пошевелил полуторной фалангой. Вот и все, что пока отросло. Из-за травмы есть пришлось, держа ложку и левой руке. В принципе невелика беда, но все равно досадно.

Из кухни, позевывая, появился, Эрл.

— Самое время вставать, — заметил Дюк, покусывая стручок чили.

Вампир покопался в глубоких карманах комбинезона и извлек расческу. Затем, сев на стул возле Дюка, провел ею по редким волосам. Сначала в одном направлении, потом в другом. Потом в третьем. Закончилось все смехотворным перечесом, призванным скрыть тот факт, что вампир был практически лыс. Дюк не стал подшучивать над Эрлом. Пытаться скрыть лысину — значит выставлять себя идиотом. Слава богу, Эрл не мог видеть в зеркале свое отражение. Так что откуда ему знать, какой дурацкий у него вид. Вампир снова зевнул.

— У тебя клыки торчат, — сообщил ему Дюк.

Эрл провел языком по зубам.

— Черт!

Он, ворча, отвернулся: мол, только этого не хватало, словно у него не клыки отросли, а совсем некстати подняла голову утренняя эрекция. Нет, с вампирами и такое случается, но чтобы одновременно — это уже явный перебор.

— Ну давайте, давайте! Наконец-то! — Клыки исчезли, и он снова повернулся к оборотню. — Спасибо. Так ты хотел рассказать мне, что случилось с твоими пальцами.

— Корова-зомби откусила.

— Какой породы? Лонгхорн?

— Джерсейской.

Эрл подмигнул.

— Да, вот это стыдоба! Прямо-таки позор для верзилы-оборотня, если ему надрала задницу какая-то буренка по имени Босси.

— Не смешно.

— Или это была Бесси?

Дюк похрустел суставами, одним за другим. Эрл знал — это признак того, что оборотень закипает, однако удержаться уже не мог.

Он щелкнул пальцами.

— Нет. Ее звали Кларабелль. Угадал?

Дюк резко выбросил вперед руку. Вампир вскрикнул от боли — оказывается, ему в живот вонзилась ложка.

— Черт тебя побери, Дюк! Это же моя любимая рубашка! Шуток не понимаешь!

Из его бока торчал наружу черенок ложки длиной сантиметров пять. Эрл ухватился за него и попытался выдернуть. Увы, безуспешно. Мысленно воззвав к части своей бессмертной силы, он потянул сильнее. Ложка застряла крепко, Эрлу же не хотелось задействовать более мощные мышцы из боязни порвать рубашку.

Из раны показалось несколько капель вампирской крови, густой и темно-красной. Эрл схватил салфетку и торопливо вытер ее.

Вскоре он ощутил в боку легкое пощипывание.

— Черт тебя побери! Признавайся, в чили был чеснок?

— Совсем немного, буквально капелька, — ответил Дюк.

Пощипывание сделалось еще сильнее.

Эрл ухватился за бок и испуганно заметался по комнате.

— Вытащи! Вытащи! Вытащи! — кричал он, прыгая на одной ноге и отчаянно гримасничая.

Дюк схватил его за плечо и толкнул к стойке.

— Хватит дергаться!

— Осторожно! Это моя любимая рубашка!

Оборотень одним коротким рывком выдернул ложку. Раздался громкий треск рвущейся ткани. Дюк бросил ложку на стойку.

— Я же предварительно облизал ложку, придурок!

Эрл тут же сунул палец в образовавшуюся в комбинезоне дыру.

— Зачем ты так! Это же моя любимая рубашка! Я в ней мужественней выгляжу.

— Затем, чтобы в следующий раз думал, что говоришь.

— Признайся честно, история-то приключилась занятная.

— Меня чуть не убили. Может быть.

— Потому и смешно.

Дюк взял ложку и постучал по кружке.

— Ладно, ладно, молчу. Потерял два пальца, а впечатление такое, что и чувство юмора с ними вместе. Впрочем, ты им никогда не отличался.

Оба сели на стулья возле стойки.

— Значит, коровы? И сколько их было?

— Шесть.

— Скверно! — присвистнул Эрл.

— Не думаю, чтобы коровы были мертвы. Они показались мне слишком свежими. То, что в них вселилось, сделало это, когда они еще были живы.

— А это случаем не заразно?

— Мы сожгли их останки. Лоретта тоже сжигала своих зомби. Правда, похоже, это их не остановило.

— Черт!

Эрл и Дюк прекрасно понимали, чего следует ожидать, если эта чертовщина продолжится и дальше. Тем более что дело уже не ограничивается мертвыми существами. Эрл, а он не относился ни к живым, ни к мертвым, и Дюк, с его способностью к регенерации, были надежно защищены от зомбификации. Обычные жители Роквуда подобной защиты не имели.