Святая инквизиция (СИ) - Котикова Мария Вячеславовна - Страница 47

- Ольга - не зазноба.

- Охотно верю. Но ты все-таки на кровать эту Ольгу положи. А то ей от твоей заботы может только хуже стать.

И почему рядом с Евой я чувствую себя мальчишкой? Хотя и старше ее на пять лет как минимум!

- И давно с ней такое?

- Да уже дня три...

Проводки, трубочки, датчики-передатчики... И все компьютеризировано. А раньше-то редко когда можно было точный диагноз поставить. Впрочем, тогда и такой техники не было. Да ее вообще - не было. Ни в каком виде. Даже самом допотопном.

- Так... На что-нибудь жаловалась?

- Нет.

- А что так? Не доверяет?

- А как вы догадались?

- А тебе какое дело?

Нет, пошел я отсюда! Пока еще нервы целы! Потому что с Евой общаться совершенно невозможно нормальным чудовищам. Может, только Лилит, да и то - в ограниченных количествах.

- И перед тем, как ты уйдешь, родной, выполни одно маленькое поручение, ок? Притащи-ка мне сюда его Святейшество господина Инквизитора. Для приватной беседы по поводу моей новой больной, которую ты благородно сбагрил на мои руки.

* * *

Так вот оказывается, почему она постоянно знает, где мы находимся... Просто - слышит. Потому что со зрением у этой художницы просто жутко обстоят дела.

Потому что ее слепота не поддается лечению. Никакому! Хотя сейчас вроде как восстановить утраченное зрение можно всем. Кроме тех, кто болеет такой болезнью, как у Ольги. Потому что это у нее не просто врожденное, а помноженное еще и на нервы с чувствами да еще на жуткую головную боль.

И вот именно эта смесь не позволяет вылечить больного. Потому что тогда надо лишить его чувств. Всех. Абсолютно.

Но тогда от человека не останется ничего...

Впрочем, Ева говорит, что в Ольгином случае все не так страшно. То, что случилось всего-навсего - приступ, который через некоторое время пройдет. И зрение само вернется.

До следующего приступа.

И однажды, один из них станет последним. И темнота навеки накроет пеленой ее глаза.

Жаль, что этого не случилось в этот раз. Потому что тогда бы мне не пришлось ее убивать.

А так... придется. Хотя я очень и очень не хочу этого. Если бы не картина...

Но разве можно найти оправдание убийству? Даже совершенному на благо сотен и тысяч... Даже если ты преследуешь благие цели...

Нет. Потому что жизнь - бесценна. А я должна буду на еще один миг забыть об этом.

Хотя... теперь я не очень-то уверена, что без приказа у меня получится это сделать! Потому что Ольга слаба. Как маленький зверек, которого ранила чья-то злая рука. И в моих силах - спасти. Но сердце гложут сомнения. Уже слабые, но они есть. И выбор пока еще не сделан в пользу жизни.

Но часы уже дрогнули...

- Ты слишком много думаешь. Лилит.

- А я иначе не умею, Ева.

- А надо. Потому что кое-что можно сделать только по воле сердца, а не разума. Но ты совсем перестала слушать свое сердечко, которым тебя наградила моя сестра...

Ангел и Ева - сестры. Только Ангел - старшая. И более смелая. Не желающая скрываться и творить то, что приказывают.

Ева похожа на нее... Но в тоже самое время - нет. Ей проще смирится да делать то, что прикажут. Или из под полы творить добрые дела. Вот и все.

Потому что они абсолютно разные люди! Потому что они - всего-навсего сестры. Похожие - да! Но и только.

Жаль...

- И причем здесь мои мысли?

- При том, что ты горько будешь сожалеть, если убьешь эту несчастную девочку, которую жизнь наградила такой страшной болезнью...

- Не такой уж и страшной...

- А вот ты смогла бы жить, зная, что вдруг тебе придется жить в полной темноте? Что однажды ты откроешь глаза и не увидишь ничего?

- Не знаю. Ведь мне это не грозит.

Я никогда не проснусь в таком состоянии. Даже если меня каким-то чудом враги лишат зрения. Потому что наши врачи вернут его мне. Или просто убьют меня, как какую-то ненужную вещь... Чтобы затем создать для Инквизиции новую игрушку.

- А ей - каждую секунду своей жизни.

- Но я не понимаю при чем здесь сожаления? Эта Ольга никто для меня! Всего лишь очередное задание Полоза.

И все! Она для меня не существует. Почти...

- Эта Ольга, как ты, моя дорогая, соизволила выразиться, является почти таким же Ангелом, как и моя покойная сестра. Ее сердце и душа сияют настолько же ярко! Только эта девочка оказалась намного мудрее моей сестры - она сделала вид, что смирилась.

- Ты все врешь! Таких, как Она больше не существует!

Таких, как наш Ангел не может существовать! Потому что мы сами убили их! А в этом Аду ангелу родиться невозможно!

- Думай, что хочешь. Мое дело - предупредить...

- Да ты сама не меньше нас виновна в ее смерти! Это ты, Ты сдала ее Инквизитору!

Мне больно... Вспоминать. Но я не буду страдать одна! Я заставлю вспомнить и тебя, Ева! Вспомнить то, что ты совершила!

Потому что ты тоже не можешь простить себя за содеянное!

Потому что ты - человек.

Потому что ты - предала свою собственную сестру! Моего Ангела...

* * *

Ненавижу темноту... Всем сердцем ненавижу. Потому что в ней нет ничего и в то же самое время - все. Она не позволяет мне вздохнуть полной грудью, заставляя только слышать... И не мочь сделать что-то еще. Потому что следом за темнотой всегда приходит боль. Настолько сильная, что даже попытка немного приподнять голову от подушки заставляет терять сознание...

Наверное, я даже немного полюбила это состояние бессознательности... В нем нет ни боли, ни темноты. Только сны и воспоминания. Счастливые в большинстве своем. Но иногда приходят кошмары... И тогда я просыпаюсь в холодном поту, не в силах вновь заснуть. И жду... Чего угодно! Лишь бы изгнать эту давящую на уши тишину! Уж лучше - слышать хоть что-то. Даже неприятное.

Потому что в этой тишине мне кажется, что я начинаю сходить с ума... Что того мира с серыми красками никогда не существовало, а была лишь эта темнота без единого лучика света.

И я начинаю забывать кто я...

А есть ли я? Может, это только бред... Сон, который никак не хочет закончится. Сон, давно превратившийся в кошмар...

Но время идет, и нет, нет - да и придет кто-то чтобы напомнить мне о том, что мои мысли настоящая глупость.

Чаще других приходят Полоз и отец Михаил, который знает о картине, реже - Полоз, и уж совсем редко Лилит. Меня даже Инквизитор навестил! Чтобы справиться о здоровье... и выяснить смогу ли я продолжить работу над картиной.

Смогу. Даже если мне придется совершить невозможное.

А еще вокруг меня постоянно крутятся врачи и ученые, но среди них просто потрясающе выделяется одна - некая Ева. Кажется, так звали подругу Милы с которой она училась на одном факультет... Не помню точно!

Но как бы то ни было - я чувствую себе зверушкой подопытной! Но это-то понятно... Та болезнь, которой наградила меня природа, редкость... И ее не вылечить никаким вмешательством в гены. Невозможно это...

Смешно! Сейчас лечат почти все... Человеческую жизнь увеличили вдвое! Зрение можно вернуть любому. Только я - исключение.

Ничего... Этот приступ будет не долгим. Может с неделю... Может, чуть дольше... Во всяком случае я надеюсь на это. Молюсь об этом...

- Скучаем, Ольга? А я тебе тут сладенького принес... Думал, дай порадую больную!

Цербер... Мальчишка! Непосредственный и немыслимо мудрый. Замечающий очень-очень много... Больше других.

Хотя, какой мальчишка, если он старше меня лет на десять?

- Сам видишь мое состояние... Тут уж не до веселья!

- Это с какой стороны посмотреть!

- Назови хоть одну причину радоваться.

- Да без проблем! Ты урвала себе недельку просто потрясающих каникул! Вокруг тебя скачет половина Инквизиции, а другая отгоняется твоим верным цепным псом - Полозом... Ах, если бы ты только видела, как он убивался, когда я ему сообщил, что во всем, что с тобой случилось - виноват он! Естественно, я соврал, но это того стоило... Такие фотографии вышли! Прям смотрю и чуть ли не плачу. От восторга. В следующий раз и тебе принесу несколько раритетов... При условии, что Полозу ты их не покажешь!