Мертвая ведьма пошла погулять - Харрисон Ким - Страница 80

– Кто из вас Рэчел Марианна Морган?

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ

Я охнула, и мое сердце бешено заколотилось. Пес от души зевнул, издавая в самом конце зевка легкое подвывание.

– Надо полагать, это ты, – сказал он. Шкура пса зарябила, точно янтарное пламя, а потом он бросился прямо на нас.

– Берегись! – крикнул Ник, отталкивая меня в сторону, пока слюнявый пес приземлялся на стол.

Я шлепнулась на пол, затем перекатилась и встала в защитную стойку. Ник закричал от боли. Раздался грохот, когда стол въехал прямиком в книжные стеллажи. А затем отъехал обратно, когда пес с него спрыгнул. Тяжелая пластиковая столешница разлетелась на куски.

– Ник! – воскликнула я, видя как он, сжавшись в комок, лежит на полу. Пес стоял над Ником, аккуратно его обнюхивая. На полу была кровь. – Прочь от него! – заорала я. Дженкс бессильно парил под потолком.

Пес повернулся ко мне. Я затаила дыхание. Радужка его была красного цвета с тошнотворной оранжевой каймой, а щелевидные зрачки были скошены, как у козла. Не сводя глаз с чудовища, я попятилась. Затем мои пальцы нашарили серебряный кинжал, пристегнутый к лодыжке.

Я могла поклясться, что свирепые клыки пса еще чуть-чуть обнажились от плотоядной улыбки, слегка скривившей его пасть. Тем временем я в темпе сбрасывала с себя зимнее пальто и старомодные туфли на высоком каблуке.

Ник застонал и пошевелился. Он все еще был жив. Меня тут же омыла волна облегчения. Сидя у Ника на плече, Дженкс что-то орал ему прямо в ухо, побуждая вставать.

– Рэчел Марианна Морган, – сказал пес. Голос его был черен и сладок как мед. Я дрожала от холодного подвального воздуха, с ужасом ожидая, что будет дальше. – Один из вас боится собак, – продолжил пес, явно забавляясь происходящим. – Не думаю, что это ты.

– А ты подойди поближе и выясни, – отважно отозвалась я. Мое сердце по-прежнему отчаянно колотилось. Начиная еще сильнее дрожать, я покрепче сжала кинжал. Псы не разговаривают. Им это просто не полагается.

Чудовище сделало шаг вперед. Разинув рот, я наблюдала за тем, как передние лапы пса вытягиваются, пока он вставал на задние. Тело его сжималось, становясь похожим на человеческое. Появилась одежда: нарочито порванные синие джинсы, черная кожаная куртка, а также цепочка, тянущаяся от ремня к бумажнику. Волосы его стояли торчком, собранные в остроконечные пучки и выкрашенные в красный цвет, чтобы соответствовать его багровой физиономии. Глаза были спрятаны за черными пластиковыми очками. Я не могла шевельнуться от потрясения, пока в его походке появлялась развязность крутого гопника.

– Меня послали тебя убить, – сказал бывший пес с грубым акцентом лондонского хулиганья, по-прежнему приближаясь ко мне и заканчивая свое превращение в члена уличной банды. – Сказали, чтобы ты умерла в страхе, деточка. Еще сказали не торопиться. Может уйти много времени.

Я внезапно отшатнулась, только теперь поняв, что он уже стоит прямо передо мной.

Почти незаметно для глаза его рука дернулась вперед, точно поршень. И ударила меня раньше, чем я поняла, что она двинулась. Моя щека буквально взорвалась мучительной болью, затем онемела. Второй удар, в плечо, оторвал меня от пола. Внутри у меня все упало, и я спиной врезалась в книжный стеллаж.

Я грохнулась на пол, а падающие с полок книги нещадно принялись меня колотить. Когда я хорошенько помотала головой, и из глаз вылетели все искры, я встала. Ник заполз в щель меж двух книжных стеллажей. Кровь бежала из раны у него на голове, стекая по шее. На лице у него застыл благоговейный страх. Коснувшись своей головы, Ник с таким видом уставился на кровь, как будто она что-то такое значила. Оставаясь в разных концах комнаты, мы взглянули друг на друга. Та тварь стояла между нами.

Я резко выдохнула, когда монстр опять ко мне бросился, пытаясь меня схватить. И упала на одно колено. Ударив врага ножом в лицо, я отчаянно качнулась вперед, когда нож просто прошел насквозь, не причинив никакого вреда. Дальше я упала на четвереньки и в ужасе постаралась убраться подальше. Тварь опять на меня пошла. Все ее лицо затуманилось, восстанавливаясь после удара ножом. «Да что она, черт побери, такое?»– мелькнуло у меня, в голове.

– Рэчел Марианна Морган, – продолжил насмехаться монстр. – Я пришел за тобой.

Он протянул ко мне руку, и я вскочила на ноги, собираясь дать деру. Тяжелая ладонь схватила меня за плечо. Затем резко развернула обратно. Тварь крепко меня держала, и я застыла на месте, наблюдая за тем, как другая краснокожая ладонь складывается в совершенно убийственный на вид кулак. Ухмыляясь и демонстрируя поразительно белые зубы, монстр занес руку. Теперь он явно метил мне в живот.

Я едва-едва успела выставить руку, чтобы заблокировать удар. Кулак врезался мне в предплечье. От внезапного болевого шока я совсем лишилась дыхания. А затем с воплем упала на колени, хватаясь другой рукой за ушибленное предплечье. Монстр стал надо мной наклоняться. Прижимая к себе больную руку, я покатилась прочь.

Всем своим телом он жарко и тяжело на меня навалился, явно желая раздавить. Длинные пальцы монстра стали сжимать мне плечо, пока я не взвыла от боли. Его свободная рука забралась мне под платье и, грубо царапая ляжку, быстро пробралась к промежности. Мои глаза изумленно распахнулись: «Это еще что за черт?»

Лицо монстра было в считанных дюймах от моего. Я видела отражение своего шока в его темных очках. Затем язык выскользнул у него изо рта. Омерзительно-теплый, этот язык пробежал от моего подбородка до уха. Грубые пальцы тем временем свирепо тянули мои трусики, заставляя их врезаться мне в промежность.

Как ни странно, это меня встряхнуло. Махнув рукой, я сбила на сторону темные очки. Затем мои пальцы зарылись в красно-оранжевую радужку.

Удивленный крик монстра позволил мне самую малость перевести дух. В последовавшее мгновение замешательства я столкнула его с себя и откатилась в сторону. Тяжелый ботинок с запахом пепла тут же долбанул меня по почкам. Охнув от боли, я сжалась в позе зародыша, по-прежнему держа в руке нож. На сей раз я все-таки его достала. Монстр слишком отвлекся на мою промежность, чтобы вовремя обратиться в туман. А если он мог испытывать боль, он мог умереть.

– Итак, деточка, изнасилования ты не боишься? – до странности довольным голосом произнес монстр. – Крутая же ты сучка.

Он опять схватил меня за плечо, и я принялась отчаянно отбиваться, бессильная против длинных красных пальцев, которые тянули меня вниз. Тут мои глаза, откликаясь на звуки тяжелых ударов, переметнулись на Ника. Вытягивая ногу из-под стола, он молотил ею по запертому деревянному шкафу. Ник был весь в крови. Дженкс сидел у него на плече. Крылышки его покраснели от страха.

Тут воздух передо мной зарябил, и я зашаталась, понимая, что тварь опять изменилась. Рука, что сжимала мое плечо, теперь была гладкой и ухоженной. Задыхаясь, я подняла глаза и увидела перед собой высокого, интеллигентного молодого человека, одетого в официальный сюртук и пальто. Очки с дымчатыми стеклами покоились на его длинном носу. Я была совершенно уверена, что выцарапала ему глаза, но то, что проглядывало сквозь дымчатое стекло, выглядело целым и невредимым. Быть может, он был вампиром? По-настоящему старым вампиром?

– Может статься, ты боли боишься? – осведомилось видение элегантного мужчины. На сей раз его выговор показался бы безупречным даже профессору Генри Хиггинсу.

Я резко от него отшатнулась, врезаясь в книжный стеллаж. Ухмыляясь, монстр протянул ко мне руку. Затем он схватил меня и швырнул через всю комнату прямиком к Нику, который по-прежнему колошматил ногой по тому деревянному шкафу.

Я так крепко ударилась спиной об шкаф, что весь воздух тут же из меня вышел. Раздался громкий стук, когда мои ослабевшие пальцы выпустили ручку ножа. Силясь втянуть в себя воздух, я соскользнула по разбитому шкафу и в результате почти что уселась на краешек полки за разлетевшимися на куски дверцами. Я была совершенно беспомощна, когда монстр ухватил меня спереди за платье и поднял на ноги.