Огонь желания (Ласковая дикарка) - Харт Кэтрин - Страница 66

Таня жаловалась по этому поводу Адаму, предлагая ему альтернативу.

— Если я могу незамеченной выскользнуть из дома, то, я уверена, ты тоже можешь с легкостью это сделать. По правде говоря, не слишком комфортабельно заниматься любовью на влажной, холодной траве и в спешке. Было бы намного лучше воспользоваться мягкой периной и одеялами на моей кровати.

При лунном свете она подняла на него свои мерцающие золотистые глаза. На его бронзовом липе появилось озорное выражение.

— Ты предлагаешь мне проникнуть в твою комнату и под носом у твоего отца заняться с тобой любовью?

— Да! А почему бы нет? — поинтересовалась Таня. — Как бы там ни было, ты — мой муж.

Раздался довольный смех Адама.

— Одна весомая причина, почему нет, состоит в том, что ты поднимаешь слишком много шума, когда возбуждаешься, Дикая Кошка. Ты завываешь, словно филин в жару, фыркаешь громче своей лошади, кричишь, как сова!

Таня начала тяжело дышать, смеясь и негодуя, а потом ткнула указательным пальцем ему в грудь. Можно мне отметить, что я не одна такая, мистер Сэведж? Мои звуки не идут ни в какое сравнение с вашими. Вы храпите, как запряженный вол, стонете, словно падающее дерево, а порой, могу поклясться, что слышу, как вы завываете, будто койот!

— Женщина, хватит! — произнес сквозь смех Адам. — Кроме того, я уверен, что пружины твоей кровати безжалостно скрипят. Как в таком шуме мы сможем избежать того, чтобы нас не поймали? Твой отец ворвется к тебе в комнату с ружьем до того, как мы об этом узнаем.

Глаза Тани светились от удовольствия, Адам мог почти видеть, как усиленно работает ее ум.

— Что происходит в твоей голове? — поинтересовался он.

— Ладно, — сказала она с дьявольской улыбкой. — Ты говорил, что хочешь, чтобы период ухаживания продлился недолго. Это ускорит события и в то же время поможет отделаться от Джеффри.

— Я сказал, что хочу, чтобы помолвка продлилась недолго, но не хочу ее расторжения, — поправил ее Адам, качая головой. — Я не хочу подвергать опасности ни свою, ни твою репутацию. В мои планы не входит обижать этим твою семью, не говоря уже о моей матери. Мне бы хотелось, по крайней мере, познакомить вас до того; как люди узнают о нашей помолвке.

— Полагаю, что ты прав, — неохотно согласилась Таня, а потом вздохнула: — Хотя это была великолепная идея.

Адам усмехнулся, обнажив белоснежные зубы.

— О, конечно! — сказал он. — Мы бы увидели на страницах «Геральда» заголовок: «Свадьба с оружейными выстрелами состоялась в ночной темноте». А потом последовало бы содержание: «Удивительная история произошла вчера ночью в доме Мартинов. Семье невесты пришлось применять силу своего самого прекрасного огнестрельного оружия. Стремительная церемония развернулась сразу после того, как обнаружили в интимном смятении мистера Сэведжа (жениха) и мисс Таню Мартин (невесту) среди смятых простыней кровати последней».

Таня тщетно пыталась подавить смех, а Адам продолжал:

— «Церемония, хотя и поспешная, была торжественной. Мистер Сэведж, плененный не только красотой невесты, но также ее дядей, мистером Джорджем Мартином, стоял, нервничая, слева от судьи Керра. Облаченная в халат и тапочки сестра мисс Мартин, Джулия, спускалась вниз по лестнице. Мать невесты величественно зевала в ночной рубашке и бигудях. В это же самое время Элизабет Мартин, тетя невесты, играла свадебный марш, а ее лицо блестело от крема доктора Даниеля (крем гарантировал предотвращение старения кожи и появления морщин)».

Сейчас Таня уже заливалась смехом. Она спрягала лицо на груди Адама, чтобы заглушить свой смех.

Адам усмехнулся вместе с ней и продолжил:

— «Эдвард Мартин сопровождал свою дочь. Наручники были едва заметны под широкими рука вами ночной рубашки. Как и у всех невест, лицо мисс Мартин пылало — оно было ярко-розовою цвета и прекрасно сочеталось с ее прозрачным пеньюаром. Вместо свадебного букета она держала в руках веник из перьев для смахивания пыли.

Мисс Мелиссу Андерсон, выступающую в роли свидетельницы невесты, пришлось несколько раз будить, поскольку без нее не начинали церемонию, но она, кажется, не сильно была против. Заметим, что молодой Джереми, которому доверили нести обручальные кольца, натягивал нижнее белье. На судье Керре по-прежнему был ночной колпак: его только что оторвали от крепкого сна. Он медленно приступил к церемонии. Либо виной тому были его очки, либо перевернутая вверх ногами книга, с которой он зачитывал ритуальный текст, но начало звучало как-то невнятно, как тарабарщина, до тех пор пока он не приловчился. Нужно отметить, что на женихе не было лишь нижнего белья, туфель и носков!»

— Хватит, Адам… пожалуйста! — умоляла Таня, икая от смеха и держась за бока.

— О, ты не хочешь выслушать, как это все закончится? — поддразнивал он. — «А вместо обручального кольца жених надел на палец невесты сверкающее медное кольцо, и теперь на шторах в гостиной не хватает одного кольца. В конце обряда невеста (с помощью своего отца) вдела такое же кольцо в нос мистера Сэведжа. Тем, кто все еще бодрствовал, принесли кофе и какао. Сыновья мисс Мартин спали все это время, а проснувшись утром, приятно удивились. Свадебное путешествие отменили, поскольку его успели провести в период ожидания настоящей свадьбы. Наилучшие пожелания молодоженам и их маленьким сверткам, которые могут слегка устыдиться, появившись на свет раньше положенных девяти месяцев после свадьбы».

Ослабев от смеха, Таня прижалась к плечу Адама. По ее щекам скатывались слезы.

— Ты хочешь, чтобы я умерла от смеха? Я никогда в жизни так не смеялась! Ты, обезумевший глупышка! — икая, воскликнула она.

— Тебе будет не до смеха, если это действительно случится, моя дорогая, и мне тоже, — серьезно сказал Адам.

Таня кивнула и вытерла со щек слезы.

— Другими словами, сэр рыцарь, вы отклоняете мое предложение присоединиться ко мне в моей постели.

Адам наклонился и поцеловал застрявшую в ресницах слезинку.

— В настоящее время да, — нежно ответил он. — Скоро, Таня. Я надеюсь, что скоро ты поедешь на ранчо и познакомишься с моей матерью.

Может, там у нас будет больше времени, покоя и уединения.

Таня закусила губу, неожиданно встревожившись.

— Твоя мама знает о нас, все знает о нас? — догадалась она.

— Да, — признался Адам. — Она еще один человек, кроме Мелиссы, который знает правду. Кто бы понял лучше, чем она, прожившая несколько лет с чейинцами? Которая тоже любила чейинского вождя и носила его сына. Она знает, через что ты прошла, что ты сейчас чувствуешь.

Таня испытующе на него смотрела:

— Она правда понимает?

— Несомненно. Ей очень интересно встретиться с женщиной, которая наконец завладела сердцем ее сына. Она уже любит тебя и хочет прижать к себе внуков.

На следующий день Адам сопровождал Таню, Джулию и их мать в походе по магазинам. День выдался довольно удачным, и на обратном пути они заглянули в магазин Эдварда и сообщили ему, насколько похудел его кошелек.

Выходя из магазина, Таня подняла глаза и увидела прямо напротив на другой стороне улицы Сьюллен и миссис Райт, жену проповедника.

На какое-то мгновение Таня застыла, чувствуя, как душа уходит в пятки. Но она моментально овладела собой, увидев, что Сьюллен намеревается к ним подойти.

Толкнув Адама в бок локтем, она потянулась за пакетами, которые тот уже собирался ставить в коляску.

Он вздрогнул и его возглас: «Ох!» растворился в бурном потоке речи:

— О, Адам, ты не забыл, что у тебя встреча с Джастином? Поскольку мы находимся рядом, почему бы тебе сейчас не повидаться с ним? Мы можем сами справиться. Увидимся за ужином, — затараторила она.

Одного взгляда на ее побледневшее лицо и чересчур блестящие глаза было достаточно. Адам насторожился. Он окинул взглядом окружающую территорию и быстро заметил источник волнения Тани.

— Ты права, дорогая, — сразу же согласился он. — Спасибо, что напомнила.

Он слегка поцеловал ее в щеку и поспешно удалился в направлении офиса Джастина. Его длинные ноги стремительно уносили его от зорких глаз Сьюллен.