Гарри Поттер и Обитель Бессмертия - akchiskosan - Страница 153

— Прекратите оборачиваться! — зарычала на ребят Гермиона. — Не обращайте внимания, все равно она нас не слышит!

— Тем лучше, — неожиданно заявил Малфой, и его странно решительный тон сразу привлек внимание. — Вы жаловались, что мы удерживаем информацию. Думаю, сейчас как раз настало время кое-что узнать. Наш староста, Блез Забини, собирается рассказать о некоторых существенных моментах, которые будут небезразличны в борьбе с Темным лордом.

И Малфой отступил на шаг назад, кивая приятелю и словно уступая ему место. Все время, пока он говорил, Забини глядел несколько вызывающе. Но некоторая доля неловкости, сквозившая в его движениях, определенно, не была связана с тем, что ему не нравилось находиться в центре внимания, все-таки он без труда справлялся со своими обязанностями старосты. Раньше Гарри не приходилось выслушивать долгих речей от Забини, и реклама Малфоя его, пожалуй, заинтриговала.

Блез выступил вперед, кашлянул и, развернувшись спиной к сверлящей стены теплицы ведьме, заговорил.

— Эта история началась больше двадцать лет назад, когда мама еще училась в школе. Я не знаю подробностей. Знаю только, что Фенрир Грэйбек убил парня, с которым она встречалась. Ее не тронул. Моя мать, она, знаете ли, всегда была красивой ведьмой, наверное, поэтому, ведь тогда она еще не была богатой. Грэйбек сказал, что напомнит о долге потом.

— Кошмар, — пробормотала Лаванда. Ей удалось одним словом выразить реакцию публики, потрясенной одним только упоминанием о легендарном оборотне-убийце. Гарри сталкивался с ним лишь однажды, той ночью, когда Дамблдор в башне инсценировал свою смерть, но юноша ненавидел оборотня скорее за то, что Фенрир укусил Люпина.

— Напомнил, когда она вышла замуж. Ее первый муж, как вы можете знать, был очень богат. Грэйбек потребовал денег, он хотел подкупить кого-то в Министерстве, чтобы оборотням разрешили охоту на магглов. Нет, это у него, конечно, не получилось, но он нашел деньгам другое применение. Потом он потребовал еще, мама, она всегда его боялась, а тут речь шла о большой сумме, такую нельзя было взять без ведома ее мужа. Грэйбек нашел выход — он его убил.

Мой отец был вторым мужем моей мамы, и с ним случилось то же самое. И с тех пор так и происходит. Конечно, она предупреждала их, три последних ее мужа знали, в чем дело, но рано или поздно им надоедало осторожничать, не высовываться из дома, как она требовала, и тогда… Смерть ее четвертого мужа я видел, — голос слизеринца потускнел, и Гарри предположил, что он таким образом пытается сохранить самообладание. — Думаю, это было подстроено специально.

— А почему все мужья твоей матери так богаты? — с подозрением осведомился Захариас Смит и тут же скривился, поскольку Ханна ущипнула его, должно быть, очень больно.

Но смутить Забини ему не удалось.

— Потому что она вращается в определенном кругу, — с достоинством ответил он, — и с другими просто не встречается.

— Значит, оборотни присосались к ней, — мрачно констатировал Смит.

— Я могу только сказать, что до недавнего времени им удавалось тянуть из нее очень приличные суммы, — сказал Забини. — За все годы ушла примерно половина ее сказочного состояния.

— Но гоблины теперь проверяют все, что снимается со счетов, — указал Рон.

Забини кивнул.

— Это здорово облегчило наше положение, но Грэйбек все равно пытался. Помните нападение оборотня в Хогсмиде? Это было своего рода предупреждение для нее, намек, что в случае чего он возьмется за меня. До сих пор он этого не сделал только потому, что без меня ему некем будет угрожать ей. Однако сейчас она все равно не платит, вот… А все знают, что в любом случае маги держат определенное количество золота дома.

— Думаешь, она отдала? — с сочувствием спросила Миллисента.

— Я ей запретил, — очень твердо произнес Забини. — Но, — его голос взлетел столь резко, что все переговоры разом стихли, — я заставил вас выслушать эту неприятную историю не для того, чтобы вы меня пожалели. Вы должны представлять, что и как происходит. И я не могу утверждать, что моя мать единственная жертва шантажа.

— Кто-нибудь знает о том, что Грэйбек ее преследует? — спросила Гермиона.

— Конечно. Все авроры, которые занимались расследованием причин смертей ее многочисленных супругов, — с сарказмом ответил Забини. — Ты думаешь, почему ее не привлекли к суду ни разу, ведь это очень подозрительно — когда у ведьмы один за другим мрут богатые мужья. Авроры, само собой, соблюдали конфиденциальность и все такое, и никто не видел фотографии трупов, разорванных в клочья. Моя мама по понятным причинам тоже не говорила в свою защиту, и потом, она всегда очень не любила давать интервью.

— Но разве ей не предлагали охрану? — продолжала допытываться Гермиона.

— Предлагали, — снисходительно усмехнулся Забини. — Но любая охрана рано или поздно дает сбой. Вот что я хочу вам сказать: прятаться — это не выход. Мне за всю мою жизнь прятаться до чертиков надоело. Я хотел бы прекратить это. Поэтому я здесь.

Амбридж тоже прибыла на место. Она, несомненно, могла видеть, что творится внутри теплицы. Гарри не без злорадства наблюдал, как она подошла к двери, подергала ручку, затем вынула палочку и попыталась применить магию — все без толку.

— Но мы не можем, — беспомощно и виновато протянула Ханна Эббот, — остановить оборотней своими силами!

— Мы не можем сейчас даже прекратить хождение листовок по школе. Значит, нужно смотреть масштабнее, — сказал Малфой.

Собравшиеся, придавленные жутким рассказом Забини, одарили его неприязненными взглядами.

— Это как? На астрономическую башню лазить и вниз с нее поглядывать? — съязвил Рон.

— Нет. Мы должны Темного лорда задержать. Нельзя допустить, чтобы он получил контроль над магами и магглами. И для этого мы, слизеринцы, сразу же определили для себя единственный способ.

— Какой? — спросило сразу несколько голосов.

— Сократить число его сторонников, — ответил Драко. — Над этим ведь и Орден должен работать.

— Что-то не особо у вас получилось, — проворчала Лаванда.

— Возможно. Но они поддерживали тех ребят в нашем колледже, кто сомневался в его методах, — вступился Нотт. — Я лично — один из таких колдунов, и могу сказать, что есть много колеблющихся.

— И что с ними делать? Если переманивать, то с этим есть проблема. Ты хочешь видеть на нашей стороне ненадежных людей? — бестактно спросил Захариас Смит, поворачиваясь к Гарри.

— А ты сразу хочешь увидеть их всех в гробу? — флегматично поинтересовался Гойл у Смита.

— Почти так и выглядит реальная альтернатива, — согласился Гарри, неохотно отвлекаясь от наблюдения за Амбридж, прыгающей по крыльцу. — Вы, слизеринцы, на деле, если уж на то пошло, сосредоточились на том, чтобы охранять «Хогвартс» и поддерживать в нем хотя бы подобие порядка, но этого недостаточно, если снаружи царит хаос.

Сия глубокая мысль, нашедшая в свое время поддержку среди членов Д.А., слизеринцам, несомненно, не понравилась.

— Не знаю, что получится, если мы тоже примем участие в этом хаосе, — возразил Малфой. — Надо правильно оценивать свои силы, Поттер.

— Лично я в своих силах не сомневаюсь, — запальчиво начал Гарри, но предупреждающее покашливание Гермионы побудило его повременить пока с завязыванием споров. — И не надо забывать, мы не одни, другие тоже что-то делают. Между прочим, даже… Министерство реформирует систему содержания в Азкабане! — вдруг кстати припомнилось ему.

— Слышал, — кивнул Малфой. — Только такое впечатление, что они и сами не знают, в чем эта реформа заключается.

— Главное, нас поддержат в Ордене, — продолжал, игнорируя скепсис, Гарри, — и у нас есть преимущество.

— Какое? — усмехнулся Малфой. Сама его физиономия, как всегда, раздражала, но Гарри напомнил себе, что его можно понять, учитывая, что в его теперешнем положении Драко утратил почти все свои преимущества.

— Мы стоим у истоков, — ответил гриффиндорец. — Именно отсюда все начинают — со школы. — Тут в его голове обозначился смутный план, и, еще не разобравшись в нем, Гарри сказал: — Именно здесь, между прочим, спрятано зеркало Сокровения.