Марки королевы Виктории - Мейтланд Барри - Страница 50

– Но он не разговаривал об этом с вами? Он знал, полагаю, что вы не одобрите его сближение с восемнадцатилетней…

Она глотнула чаю, всем своим видом демонстрируя, что не хочет отвечать на этот вопрос.

– И что же он сделал потом?

Она на секунду задумалась.

– Ну… он опять поехал в Португалию… Нет, подождите. Сначала он отправил туда Ронни Уилкса.

– Уилкса? – переспросила Кэти.

– Да, Уилкса. Возможно, вы его знаете, мистер Брок. Сэмми прибегал к его услугам для улаживания разных щекотливых дел.

– И какое дело он улаживал в Португалии?

– Не имею представления. Помню только, тот крутился у нас в доме. Он тогда подолгу у нас сидел, разрабатывал с Сэмми какие-то планы. Когда он вернулся, Сэмми еще пару раз ездил на континент. А потом, совершенно для меня неожиданно, объявил о женитьбе на португальской принцессе. Похоже, хотел меня удивить. Я и удивилась – тому, что эта женщина оказалась принцессой.

– Но вы ее не видели? Она не приезжала к вам, чтобы навестить Сэмми, взглянуть на его дом?

– Нет, я не видела ее. До самого октября, когда они вернулись в наши края после медового месяца.

– Вы догадывались о ее молодом возрасте?

– Нет. Сэмми о ней никогда особенно не распространялся. Поэтому, когда она вышла из машины, я подумала, что это, возможно, его приемная дочь или кто-нибудь в этом роде. Я смотрела мимо нее – ждала, когда появится его супруга, пока Сэмми не сказал мне, что это она самая и есть.

Кэти улыбнулась:

– Ну и какой она оказалась?

Салли обдумала этот вопрос, потом осторожно произнесла:

– Она была свежа, молода и взволнована всем происходящим – прямо как ребенок. Если разобраться, она и была ребенком. Сэмми выглядел счастливым и смущенным одновременно. Помню, она чмокнула меня в щеку и преподнесла мне подарки, потому как на свадьбу я приглашена не была. – Кэти заметила, как у Салли при этих словах сузились глаза. – Французскую парфюмерию и разную ювелирную мелочь. Современный дизайн. Не совсем в моем вкусе, но, похоже, они все-таки старались, чтобы мне понравилось.

– По возрасту она ему во внучки годилась, Салли. Должно быть, это вызывало у вас неприятные ощущения.

Она, секунду поколебавшись, кивнула.

– Мы были взаимно очень осторожны, старались ни словом ни жестом друг друга не обидеть. Так, она заметила, что когда меняла что-нибудь в доме – шторы, к примеру, которые выбирала Бренда, – то я…

– Вы этого не одобряли?

– Скажем так: испытывала по этому поводу печаль. Кто я такая, чтобы не одобрять? Но мне и в самом деле это становилось неприятно. Некоторые вещи, выброшенные ею, находились с нами на протяжении тридцать лет.

«Находились с нами», – отметила про себя Кэти и подумала, что разговор затягивается и Брока это раздражает. Сообщив ему о близком конце, она задалась вопросом, чего, собственно, они хотели добиться от Салли. Признания факта ее посещения Евой во время своих визитов в Лондон? Честно говоря, подобное развитие событий представлялось Кэти маловероятным.

Они вернулись в прихожую. Дождь, раньше ливший как из ведра, уже не был столь сильным, а сквозь разрывы в тучах начало проглядывать солнце.

– Дайте нам знать, если вдруг увидите Келлера или заметите что-либо необычное, – сказал Брок Салли.

– Я всегда держу свой разделочный нож под рукой, мистер Брок.

– Лучше бы вы установили у себя электронную охранную систему и обзавелись мобильным телефоном.

– Я и об этом позабочусь, не беспокойтесь.

Некоторое время они ехали молча, потом Кэти сказала:

– От чего умерла Бренда Старлинг, Брок? Кажется, Келлер что-то сболтнул относительно того, что жен Старлинга преследует какой-то злой рок. Что, собственно, он хотел этим сказать?

Брок хранил молчание, пока они не проехали целый квартал. Потом завозился на сиденье и сел более прямо, словно желая тем самым дать понять, что пришел к какому-то определенному решению.

– Она убила себя, покончила жизнь самоубийством, – пробормотал он. Мимо промелькнул еще один квартал, прежде чем Брок заговорил снова. – Одним летним вечером, когда Сэмми забавлялся со своими марками, она поехала на станцию в Фарнем, вышла на пути и положила голову на рельсы.

– Господи… – Впереди по ходу машины женщина с ручной тележкой сделала попытку перебежать через улицу, и Кэти на какое-то время целиком сосредоточилась на вождении и не разобрала окончания фразы. Чуть позже, притормозив у обочины, она повернулась к Броку и попросила его повторить сказанное.

– Я сказал, что ей отрезало голову.

Пять минут спустя он снова поразил ее воображение. Она пересекла Вестминстерский мост и маневрировала в потоке движения вокруг площади Парламента, пока не высмотрела удобную парковочную площадку неподалеку от ворот Королевы Анны. Именно в этот момент Брок, вновь пробудившись к жизни, произнес:

– Полагаю, будет лучше, если вы соскочите с этого дела, Кэти.

– Вот как? – Она была невероятно удивлена его словами, поэтому отреагировала на них как на попытку пошутить. – А я-то думала, что вам просто необходимы мои уникальные способности мыслить в ключе женского рационализма…

– Я ошибся, – сказал он тихим голосом, перебив ее излияния, и она по его интонации поняла, что это никакая не шутка.

Она покрепче перехватила руль, заезжая на парковку, и одновременно напрягла слух, ожидая продолжения, но его не последовало.

– Я сделала что-нибудь не так?

Он, нахмурившись, рассматривал свои лежавшие на коленях сжатые в кулаки руки.

– Ничего подобного. Это, так сказать, вопрос личного суждения. Я, видите ли, все время чувствовал себя… – он сделал паузу, подыскивая нужное слово, – чувствовал себя некомфортно в связи с вашим участием в этом расследовании, причем с самого начала. Давайте так это и рассматривать. Полагаю, ваши способности найдут лучшее применение в другой сфере. – Он отвернулся от нее и посмотрел в окно.

Она вспыхнула. Что это значит – в другой сфере? Она пару раз мысленно повторила его слова, пытаясь проникнуть в их глубинное значение, извлечь из них дополнительную информацию.

– У вас на примете другое дело, к которому вы хотите меня подключить?

– В другой сфере, – повторил он. – СО-6 сейчас как раз подыскивает себе умную молодую женщину.

– Отдел по борьбе с аферами и мошенничеством?! Брок, я…

– Этот вопрос не обсуждается, Кэти, – сказал он, открывая дверцу. – Я уже обо всем договорился. Завтра утром вы должны отдать рапорт суперинтенданту Макларену.

11

Пути расходятся

Следуя за Броком по извилистым коридорам здания у ворот Королевы Анны, Кэти чувствовала себя премерзко. До сих пор ее еще ни разу не увольняли, а это здание только усиливало завладевшее всем ее существом острое чувство собственной неустроенности. Отдел тяжких преступлений разительно отличался от стандартных полицейских офисов, в том числе и из-за присутствия здесь Брока и его команды, и его эксцентричность лишь подчеркивала тот неожиданно вскрывшийся факт, что для нее здесь нет больше места. Брок имел в виду именно это, когда сказал, что вопрос не обсуждается. Однажды она уже слышала, как Брок произносил эти слова, обращаясь к одному детективу, который его подвел. После этого детектив исчез, никому не сказав ни слова, и вместе с ним исчезли рядком стоявшие у него на столе семейные фотографии. Но он это заслужил – совершил ошибку. Но какую ошибку совершила она?

Брен и Леон Десаи, негромко переговариваясь, стояли у дверей кабинета Брока. Они продолжали разговаривать, когда Брок отпер дверь, вошел в комнату и швырнул свой влажный пиджак на спинку одного из стульев. Мужчины почти не обратили внимания на шедшую следом за шефом Кэти.

– Как наши дела, Леон? – сказал Брок, тяжело опускаясь на свое место за столом и жестом предлагая Десаи и Брену присаживаться. Потом он с силой провел рукой по лицу, словно пытаясь что-то с него стереть. – Результаты какие-нибудь есть?