Таинственный воин - Хикмэн Лора - Страница 77

47

ВОИНЫ

Аботы подняли драконьи посохи, направив взоры Ока Васски на маленький отряд, бежавший к ним по склону холма.

Гален улыбнулся. Он вспомнил магический шар, который мог защитить от Ока, и закричал на бегу, размахивая мечом, а его воины тоже испустили страшный крик.

Цепь аботов рассыпалась перед ними. Зная, что посохи бессильны против магии Галена, аботы, привыкшие сгонять Избранных, как скот, остались беспомощными и беззащитными. Они предпочли убежать и рассыпались, будто стая перепуганных птиц.

Склон стал круче, но ярость воинов Круга не ослабевала. Они с криком мчались вперед, потому что за холмом их ждала надежда. За холмом их ждала свобода. За холмом их ждала судьба.

Гален первым взбежал на вершину, заранее зная, кого там встретит.

— Траггет? Траггет, где ты?

В него ударила огненная стрела и прожгла дублет на плече. Он охнул от боли и почувствовал запах горящей плоти. Удар остановил его, и он попятился назад.

— Стой! Ни шагу больше! — крикнул Траггет и поднял руки ладонями вперед, слегка согнув пальцы.

В его ладонях вспыхнуло красное сияние, от которого во все стороны посыпались огненные искры. Инквизитора отделяло от Галена всего сорок футов. Траггет стоял почти на вершине и ждал.

Гален поднял руку, веля своим спутникам остановиться. Маддок и Pea сумели удержать Сефаса, не дав ему безудержно рвануться вперед. Остальные члены Круга тоже остановились, подняв клинки и встревожено наблюдая за происходящим.

— Такого трюка я еще не видел, — сказал Гален и поморщился, потирая плечо. — Выучился чему-то новенькому?

— Я покажу тебе и еще кое-что похуже, если подойдешь!

Гален широко раскинул руки и опустил их.

— Все необязательно должно закончиться вот так, Траггет.

— Нет, обязательно, — ответил инквизитор высоким напряженным голосом. — Иначе и быть не может, Гален! Все должно закончиться именно здесь.

— Нет! — настойчиво проговорил Гален, делая осторожный шаг вперед. — Еще настанет завтра, Траггет. Ты можешь пойти с нами. Мы выясним, как справиться с этой силой. Мы можем сделать это вместе, ты и я.

Гален сделал еще один шаг. Траггет моргнул и облизнул губы.

— Но пророчество...

— Я не знаю никакого пророчества, — ответил Гален спокойно, не сводя глаз с Траггета. — Я знаю только одно: такую жизнь дала нам судьба. Может, это проклятие, может, дар, кто ведает. Но в одном я уверен: магия — такая же часть нашего мира, как небо, солнце и земля. Мы не можем от нее отказаться, как не можем отказаться дышать. Я не знаю, к чему все это приведет. Возможно, смертные не могут видеть так далеко. Но мы найдем свой путь, Траггет, я обещаю! Мы выкуем свою судьбу!

Траггет, тяжело дыша, чуть опустил ладони.

Гален сделал еще шаг и медленно протянул руку.

— Мы с тобой братья. Мы все здесь братья.

Траггет посмотрел на руку Галена.

Над ними нависла тень, заслонившая солнце.

— Гален! — закричала Pea.

Гален поднял голову. Васска вернулся, и его крылья затмили солнце. Поднятый крыльями ветер запорошил глаза людей пылью; сила этого урагана почти сбивала с ног. Гален невольно попятился от вихря пыли и вырванной с корнем травы. Король-дракон развернулся мордой к Галену и его спутникам, а потом с шумом, который потряс землю, приземлился на холме: ошеломленный Траггет оказался между его передних лап.

Васска гневно взревел, сощурив желтые глаза.

Воины Круга поспешили к Галену: он почувствовал это, хотя не сводил глаз с дракона. Он знал, что его люди ждут от него приказа — что делать. Его магия спасла их посреди боя. И они ждали, что магия спасет их и теперь.

— Гален? — В голосе Pea прозвучали ужас и восторг. — Маддок? Что нам делать?

Гален заглянул в свою душу и не увидел пути к спасению. Он слишком плохо разбирался в дарованной ему странной силе, слишком остро чувствовал неловкость своих слепых попыток. Магия была куда более мощным орудием, чем он сперва предполагал, но плохо подчинялась ему. Успех всякий раз зависел от призрачной, еле ощутимой связи между ним и магическим миром...

На этот раз он не сумел нащупать эту связь.

Перед его мысленным взором больше не стояла крылатая женщина.

Он не ощущал в себе магической силы.

Гален вдруг увидел женщину, появившуюся за головой дракона. То была первосвященница Эдана, и она говорила с Васской, хотя Гален и не слышал ее слов. Впрочем, он вряд ли понял бы их, даже если бы услышал. И все-таки он не сомневался, о чем идет речь.

Васска подался назад, выпятив грудь и раскинув крылья, — он готовился дохнуть огнем.

И тут над ним мелькнула чья-то тень, заставив дракона посмотреть вверх. Но было уже поздно.

Сатинка спикировала на врага; когти ее мощных задних ног полоснули по правому крылу Васски, порвав перепонку сверху донизу. Скорость полета Сатинки была сродни только ее ярости. Удар ее когтей заставил Васску дернуться вверх, и он врезался в Сатинку, а потом рухнул, тяжело ударившись о землю. Трава вокруг вспыхнула от адского пламени, вырвавшегося из его пасти.

Нанеся противнику удар, Сатинка потеряла скорость, и холм вздрогнул еще раз, когда на него опустилась королева-дракон. Она немедленно повернулась к Васске и вперила в него холодный взгляд. Гален увидел, что одно ее крыло неуклюже обвисло: должно быть, ее ранили в воздушном бою.

Опустив голову и задрав шипастый хвост, Сатинка испустила гневный рев.

Гален быстро посмотрел на Васску. Король-дракон припал к земле, готовясь напасть. Из его правого крыла, порванного когтями Сатинки, текла черная слизь.

Теперь драконы не могли взлететь; значит, они продолжат сражаться здесь, на холме.

А Гален и его спутники стояли как раз между двумя взбешенными чудовищами.

Гален сморщился.

— И где армия, когда она так нужна?

— Ты же только что заставил исчезнуть множество воинов! — мрачно заметила Pea.

— Да, и теперь я бы не отказался узнать, куда они подевались!

Дуинуин стояла между охранниками-кирее. Они так крепко ее держали, что у нее онемели пальцы. Искательница печально смотрела себе под ноги. Она так и не нашла новую истину. Из-за нее эти монстры знали теперь, кто такая Айслинн. Из-за нее королеве придется отречься, из-за нее рухнет хрупкое равновесие, существовавшее между Семью Королевствами. Она всех подвела.

— Сегодня тебе повезло, — сказал Зиан.

Дуинуин не нашла в себе сил поднять голову.

Зиан нагнулся, пытаясь заглянуть ей в глаза.

— Хорошенько все обдумав, я решил тебя отпустить.

Дуинуин вскинула голову, разгневанная этой гнусной шуткой.

— Нет, уверяю тебя, я не шучу. — Зиан, отвернувшись, продолжал: — Дело в том, что ты мне нужна в качестве посланницы. Я хочу, чтобы именно ты сообщила лорду Феону, что его невеста у меня и что я буду рад доставить принцессу в... как вы называете ваш город?

— Кестардис, — тихо сказала Дуинуин.

— Да, в Кестардис. Сразу после того, как лорд феон щедро отблагодарит нас за наши услуги.

Дуинуин гневно уставилась на Зиана.

— И каким же образом лорд Феон должен вас отблагодарить?

Кирее поглядел туда, где на столе лежала большая вышитая карта Сине'шаи.

— Он даровал нам все земли к востоку от холмов Сендраль. Теперь, полагаю, ему следует даровать нам и лес Сут.

— Он этого не сделает, — прямо сказала Дуинуин.

— А я думаю, сделает, — ответил Зиан, посмотрев на нее. — Иначе он лишится шанса стать отцом наследника кестардийского престола, разожмет хватку на горле Кестардиса... И ему придется воевать со мной за эти земли.

— Откуда вы знаете, что...

— Что ты доставишь мое послание? — договорил за Искательницу Зиан. — Поскольку ты фаэри, ты скажешь правду. К тому же ты будешь действовать и в своих интересах тоже. Если, вернувшись домой, ты будешь хранить молчание, которым прославились фаэри, ты погубишь свою госпожу. Ты доставишь мое послание, потому что тебе это выгодно... Что там за шум?